Путеводитель по сайту Отличия ЛитСалона от других сайтов

РУСЬ УТРЕННЯЯ. Предисловие третье

РУСЬ УТРЕННЯЯ. Предисловие третье

 

РУСЬ УТРЕННЯЯ

Предисловие третье
(богословское)

...К счастливой, новой жизни... Но она,
Высказываясь очень осторожно,
Едва ли нам надолго суждена,
Едва ли даже и на век возможна.

Греховность человека такова,
Что — так, пожалуй, всякий раз бывает —
Охватывая нас едва-едва,
Потом до рабства долгого пленяет.

И нужно муки адовы пройти,
Душою прозревая понемногу,
Чтоб дотянуть до верного пути,
До искупительной тропинки к Богу.

И это ли Создтелю не знать?
Он, о судьбе вселенной беспокоясь,
Наверно, перед тем, как мир создать,
Придумал человеческую совесть.

Вершина мирозданья — человек,
И оттого, какой вершина станет,
Таким получится вселенский век,
Таким его Он в вечности оставит.

Не совесть, так всея пироды царь
В такого бы зверюгу превратился,
Что звёздный мир от страха б замерцал
И в ноги озверелому скатился.

Но совесть, если даже упадёт
Её владелец гнусной грязи ниже,
Его до мук душевных доведёт,
На сердце муки страшные нанижет.

И если не исправится злодей
И от своих деяний не отступит,
То пусть не весь объём своих страстей,
Но, точно, часть греховности окупит.

И это первый благодатный дар,
Основанный на воле и на силе,
Который Вседержитель людям дал,
Чтоб в полной мере Бога не забыли.

Ведь жить без Бога, значит умереть,
И вместо радости кипеть в геенне,
И это будет не земная смерть —
На вечность вечную, не на мгновенье.

А вот свидетельства из Книги Книг.
Я часто к этим фактам обращался,
Когда в ответственный, тяжёлый миг
Христос Своим творениям являлся.

Явленья эти предвещали гнев
И окончательные наказанья
Для тех, кто совестью окаменев,
Заканчивал своё существованье.

Так, Каина Господь оповестил,
Что он и род его в проклятье Божьем
До смерти будут тяжкий крест нести
В скитаньях жизненных по бездорожьям.

А впрочем, весь греховный род людской
Пойдёт путём изгнанника Господня —
И в гиблой предпотопной эре той,
И в эре постсоветской, посегодня.

Но даже в том Адамовом роду
Бог любящий предусмотрел возможность,
Чтобы в одной из веток Светлый Дух
Помог безверным одолеть безбожность.

Когда исполнилось сто тридцать лет
Отцу отцов, в семье его родился
Богоугодный Сиф, а он на свет
Еноса произвёл. И тот трудился

Во славу Божию. Как брат его,
Убитый Каином, он жертву Небу
От сердца приносил. И ничего
Нарушить не могло святую требу —

Ни жуткая гроза, ни жгучий зной,
Ни  яд духовный вражеских проклятий.
Он к жертвеннику приводил с собой
Не только тех единодумцев-братий,

С которыми молился божеству,
И с каждым годом радостней и строже,
Но и совсем зелёную братву,
Значительно наивней и моложе.

Итак, являлся Бог сынам своим
Не только для печальных сообщений.
Он говорил, как следовало им
Вести себя в плену земных мучений.

Что нужно сделать, чтоб дела пошли
Полезнее, живее и быстрее,
Чтоб путы бездуховные земли
Слабее становились и слабее.

За сорок дней Он Сифа обучил
Премудростям житейским и вселенским
С благою целью, чтобы Сиф открыл
Их людям, от незнанья истин дерзким.

И вот он правду братьям говорит,
Чтоб к свету поднимались адамиты,
И составляет первый алфавит
И переносит знания на плиты.

Уже потом, в послепотопный век,
Господь великий подвиг Свой продолжит. 
Спасительных не пожалеет вех
И передачу знаний приумножит.

Нам всех учеников не перечесть,
Перовопроходцев истинной свободы,
Кому оказывал Владыка честь
И даровал познания и годы.

Бессмертный список возглавляет Ной,
Подобный Сифу мудрому во многом,
Единственный молитвенник святой,
Ходивший до потопа перед Богом.

Из трёх его детей отмечен Сим,
Он лично сам и все его потомки
Священничеством славятся своим,
Возвышенным и многовековым,
Они как животворные потоки.

Енох открыл пророчества тропу,
Он, как поздней грядущие пророки,
Предсказывал народную судьбу,
Разоблачая страсти и пороки.

Он, а потом Илья, на небеса
При жизни были ангелами взяты.
Теперь они с Христом глаза в глаза,
У них в раю особые палаты.

Историки, не знавшие Христа,
Считали Библию пустой придумкой,
Что всё в ней ложь от первого листа
И до последнего. Смертельной скукой,

Мол, веет от церковного вранья.
Но археологи, души отрада,
Доказывают Книгу Бытия.
И потому свидетельствую я,
Что в Библии одна святая правда.

Ему Господь явился: «Авраам!
Я Бог людей. Будь чист и непорочен.
И я твой род размножу. Силы дам
И мудрости народу. Будет прочен

И долговечен честный наш союз.
Ты не Аврамом будешь — Авраамом,
Отцом народов многих. Не боюсь,
Тебе по силам будет этот груз».
Так и случилось всё на деле самом.

Итак, читатель, подведём итог,
Не окончательный, первоначальный.
Я в этих строчках показал, как смог,
План Господа предвечный, идеальный.

Чтоб нравственность в сгущающейся мгле
Наперекор духовному распаду
Держалась бы на матушке земле
Не век, не два, а сто столетий кряду.

Явления достойнейшим святым,
Подсказка цели, истины, дороги
И первых жертвенных каждений дым —
Всё это память долгая о Боге.

И волевой свещеннический род,
В духовном вдохновенье, в Божьем свете,
Который родником и нынче бьёт
На нашей грешной матушке планете.

И церковь, величавый дом Христа,
Достойный вечной славы, исполати,
Где так молитва общая чиста
И так сияет радость благодати.

И мощный нескончаемый поток
Пророческих прозрений, обличений.
Так, Иоанн Кронштадтский нам помог
Постигнуть суть всех нынешних падений.

И патриархов величавый строй,
Их память плодотворна и нетленна.
Они вели народы за собой,
Как Моисей евреев вёл из плена.

Но промысел из промыслов — когда
Господь, спасеньем нашим озабочен,
Явился в мир греховный — так звезда
Вдруг прорывает тяжкий сумрак ночи.

Прости, читатель, за анализ мой.
Хоть и полезен он, но, знаю, скучный.
И всё-таки сойду к еще одной
Проблеме, перечисленным созвучной.

Создатель знал, обдумывая мир,
Причину неизбежного ветшанья.
Всесилен человеческий кумир —
Грех первородный, суть непослушанье.

Без воли люди флюгеру под стать.
Но воля переменчива, как ветер.
И человек никак не может знать,
Что и когда случится с ним на свете.

Весь арсенал своих могучих сил
На этот узел слабый Бог направил,
Чтоб Истине природы царь служил
И чтоб ее одну любил и славил.

И потому волнообразный путь
Бог положил в основу мирозданья.
Волне подобно, а не как-нибудь,
Всё в мире движется. Тела, сознанье,

Весь космос в совокупности своей
Стремятся от подножия к вершине
И снова падают, орла быстрей.
Спешат, спешат, спешат к своей кончине.

Подножие — разжатие, распад,
Анархия и всё же обновленье.
Вершина — всех явлений жизни склад,
Их сжатие, отделка, обобщенье.

И если брать меж ними переход,
Получим вездесущную троичность,
Прообраз Троицы. Из года в год,
Из мига в миг движения наличность.

Когда б не эта мудрая волна,
Жизнь прекратилась бы, в пустом застое
В болото превратилась бы она.
Она — волна — явление такое.

Разжатость — сжатье — и наоборот,
Вся жизнь пронизана дыханьем этим.
Так в космосе материя живёт,
И так же человек живёт, отметим.

В разжатие подвержен род людской
Анархии, страстям, земной свободе.
А в сжатии — диктаторский настрой,
Объединительный, разумный, вроде.

Но чем в природе сжатие сильней,
Тем жизнь становится невыносимей.
Так и в разжатье полном. У людей
Пределы эти злее бури зимней.

Они лишь тем нисколько не страшны,
Кто с верой дружит, всей душою в Боге,
Земные страсти, козни сатаны
Им, словно пыль, на жизненной дороге.

Не буду пересказывать закон,
Пока легко затронутый познаньем,
Однако подчеркну, что циклы он
Собою образует отрицаньем

Последовательно звена звеном.
И каждое движением обратным
Строй новый создаёт. Но в этом всём
Чтоб было вам, читатель мой, понятно,

Я должен пояснить. Закон не сам
Стиль жизни образует. Это будет
Закону мёртвому не по зубам.
С его наводки строй рождают люди.

И если он гуманности лишён,
То в этом только люди виноваты.
Бог снова оказался удалён
Из многих душ, как жизни дух из хаты.

Но вот вам список важных перемен.
Строй допотопный. Строй послепотопный.
Рабовладельческий — от фивских стен
До Лондона и городов Европы.

Строй феодальный. В прежней хмурой тьме
Уже звезда Христова засияла.
Потом по всей по матушке земле —
Строй бурного расцвета капитала.

И вот сейчас, с конца советских лет,
Строй собственников разного порядка.
Пока еще ему названья нет,
Но и при нём не будет людям сладко.

Читатель мой, ты только не пойми,
Что строи эти — ровные ступеньки.
В отдельных странах смешаны они.
В одних порывисты. В других степенны.

Но что они коснулись всех племён,
Пусть даже диких, это всем не в новость...

Однако нас зовут дела времён.
Давно пора приняться нам за повесть.

28.07.16 г.,
Равноапостольного великого князя Владимира.

Нравится
18:15
114
© Ефремов Борис Алексеевич
Загрузка...
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку своих персональных данных.
Нет комментариев. Ваш будет первым!

Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил ЛитСалона и Российского законодательства.


Пользовательское соглашение