Путеводитель по сайту Отличия ЛитСалона от других сайтов

Виктория и Слёзы Ангела. Глава 11

Кафе выглядело почти так же, как на видео, просмотренном во время поездки в пустом товарном вагоне. Тоже открытая веранда, похожие прозрачные столики и плавающие в воздухе подносы со стаканами. Но вокруг — не город с обилием аэротакси в тёмном небе, а ранний вечер и горы, окутанные белоснежными облаками.

Чуть ниже веранды, на просторной ровной площадке за светлыми перилами — пёстрая толпа, веселившаяся под ритмичную музыку. Ажурная возвышенность сцены, на ней — темноволосая певица и танцоры в белых костюмах, напоминавших спортивную одежду.

Солнце только начинало опускаться к далёким скалистым вершинам. Розово-золотые лучи, ещё яркие, заливали поросшие травой склоны и сверкали в бурной воде реки на дне узкой долины.

Виктория, в своей постоянной одежде, в бежевых брюках, коричневых сапожках и сером свитере, сидела за столиком, слушая концерт со спокойным интересом.

Майкл, как всегда, во всём чёрном, застегнул куртку полностью, до самого воротника. И руки держал в карманах, будто замерзал. Иван зябко кутался в серо-коричневое пальто. Парни уселись за столик без приглашения.

— Ладно, Вика, — начал Майкл осторожно, без малейших оттенков упрёка в интонации. — Надеемся, в этот раз ты действительно справишься сама. Но сейчас не время для выяснений, кто из нас главный.

— Сектанты побеждают, — пояснил Иван тоже мягко, примирительно. — В соседней похожей соте, сдвинутой на тысячу лет вперёд, когда-то случилась такая же война. Последствия просто кошмарные.

— Нужно пробраться туда и всё испортить. Чтобы проект не стал успешным. — Майкл произнёс чуть уверенней, будто ободрённый отсутствием негативной реакции со стороны Виктории. — Иначе секта внедрит его и там, где ты сейчас.

— Мне встречались хорошие люди, ради них можно постараться. — Виктория согласилась сдержанно и слегка прохладно, глядя только на Майкла. — Но сначала проснусь и завершу дело.

— Я знала! Я в тебя верила, мой сообразительный прототип! — Искусственная сестра-близнец появилась откуда-то сзади, словно ждала за спиной, и непринуждённо заняла свободный стульчик справа. Такая же одежда, как при встрече в прошлом сновидении. Те же белые брюки, курка и кроссовки, чёрная майка. Волосы, заплетенные в косу. Всё как раньше, но теперь синие глаза лучились энергичным оптимизмом.

— Да, ты выиграла пари. — Кивнул Майкл с лёгкой улыбкой. — Вика поняла, что это сон.

— Напомни, какой твой любимый напиток. — Добавил Иван, тоже заметно повеселевший. — С нас бочка.

— Вижу, коммуникатор можно выбрасывать, — Виктория негромко прокомментировала ситуацию, по-прежнему не проявляя эмоций. — Налажена своя галактическая сеть.

— Друзья ведь переживают! — Пожала плечами искусственная. — Упрашивали устроить хотя бы такой… хм… сеанс связи. Обещали не упрекать за долгое молчание… Не упрекали?

— Нет. Да и как бы я позвонила, если станции телепортации начали сходить с ума. Из последней едва выбралась.

— И то правда… Ну хорошо, — бодро подытожила копия, — обо всём договорились? Тогда ждём тебя дома.

Музыка смолкла, стал слышен ровный шум далёкого водопада, сверкавшего в лучах заката розовым золотом. Но когда Виктория открыла глаза, звук оказался шипением радиоприёмника, оставленного на краю дивана.

Бесцветный пасмурный день, дождевые капли на оконном стекле. Куртка вместо одеяла.

Девушка сонно провела ладонью по лицу, медленно встала. Отправилась в ванную, умылась неторопливо и тщательно. Вернулась в комнату, достала из магазинного пакета жестяную баночку с напитком и шоколадный батончик. Нажала кнопку на радиоприёмнике, переключая с замолчавшей частоты на другую станцию.

— Произошли подтопления транспортных коммуникаций, объектов инфраструктуры и жилых массивов. Коммунальные службы оперативно приступили к ликвидации последствий непогоды. — Диктор произносил слова с такой надменностью, будто совершенно искренне считал описываемые события своей личной заслугой. — Напомним, после ливня полностью блокировано движение в центральной и южной частях города. Переходим к международным новостям…

Виктория, продолжая жевать, подошла к окну. Ветер нёс по небу беспросветные тучи и качал тонкие ветки деревьев. Пешеходные дорожки скрылись под мутными лужами почти полностью. Уже начинались сумерки, но без синего вечернего оттенка, просто понемногу темнела дневная серость.

Ещё пара глотков напитка — и за дело. Канцелярские ножницы с синими пластиковыми ручками отыскались в сумке не сразу. С их помощью девушка аккуратно разрезала магазинный пакет на две одинаковые части, обвернула ступни поверх носков, сверху скрепила скотчем, сделав что-то вроде непромокаемых чехлов для ног, и надела сапожки.

Сумка с вещами отправилась на плечо, шарф — на шею, свёрток с разобранным луком — за спину. Теперь свериться с картой на дисплее коммуникатора — и на улицу.

По лужам к железнодорожной станции, направо. В обход длинного поезда, вереницы тёмно-зелёных товарных вагонов. Осторожно вверх по мокрой насыпи. Через рельсы, глядя по сторонам. На узкую полузатопленную дорогу, тянувшуюся вдоль городской окраины мимо бетонных заборов, рядов тускло-красных железных гаражей, тёмных строений, похожих то ли на заводские корпуса, то ли на склады.

— Ты же помнишь, Вика, с твёрдого покрытия сходить нельзя, — она заговорила с собой. — Лучше по лужам, чем по минам в грунте.

Вода, впрочем, оказалась не такой уж глубокой. И почти отступила, оставаясь только в выбоинах от взрывов, когда начался пустырь, поросший чахлым кустарником и редкими деревцами.

Потемнело. В далёких домах засветились первые огни, жёлтые прямоугольники окон. Дорога свернула влево, к смутным силуэтам разрушенных построек у горизонта.

Виктория остановилась, ещё раз сверилась с картой на экране. Достала из кармана раскладной ножик, разрезала свёрток с оружием. Выложила части прямо на асфальт, быстро установила и привинтила плечи лука к рукоятке.

Затем вынула из сумки тетиву. Сначала надела петлю на один конец и поставила его у правого сапожка.

Наклонила оружие влево, переступила через рукоятку и взялась за верхнее плечо как за рычаг, упиравшийся в заднюю часть бедра.

С усилием надавила и принялась сгибать лук до тех пор, пока не смогла надеть вторую петлю тетивы.

Последняя миля по ещё различимой ленте дороги до остатков посёлка. Чем ближе, тем медленнее и осторожнее шаг.

Справа — руины, зловещие бесформенные груды раскрошенных бетонных плит и кирпичей. Слева — тёмно-серые ангары, стоявшие в ряд. Широкие и высокие, с пологими скатами крыш. Там же — мерцавшие жёлто-оранжевые огни, пламя на ветру. Впереди — только поле, исчезавшее в темноте.

Осторожно налево, обходя завалы, искорёженные куски металлических конструкций, толстые цилиндры гильз от снарядов. Дальше, в укрытие за измятым и продырявленным микроавтобусом. Светлым, как и куртка, позволявшим не выделяться на его фоне.

Старые ржавые бочки с горевшими в них дровами, большой яркий костёр, полыхавший чуть поодаль, у остатков разрушенного кирпичного строения. Вдобавок из приоткрытых ворот ангара лился белый электрический свет.

Полдюжины охранников с автоматами медленно курсировали по периметру освещённой области, то приближаясь к огню, то почти выходя за пределы видимости. Киборги, судя по размеренным механическим движениям и чётким прямолинейным маршрутам.

— У нас всё готово! Приём! — Заявила рация грубым, скрипучим баритоном, едва лишь Виктория её включила.

— Ожидайте! — Кто-то ответил вкрадчиво, медленно, растягивая слова. — Ищем бронированный транспорт. Небольшая задержка. Приём!

— Мы ведь уже обеспечили охрану! — Пробурчал собеседник с недовольством.

— Это очень важный товарищ! — Неспешно пояснил вкрадчивый. — Он уже управлял подобными объектами. Ему нельзя рисковать. Приём!

— Ну ладно, лишь бы сумел открыть эту штуковину. Неохота мёрзнуть всю ночь.

Из ворот ангара вальяжно, вразвалку вышел владелец баритона, тёмный силуэт, широкоплечий и высокий человек. Опустил руку с рацией. Потоптался на месте, осмотрелся с начальственным видом, подозвал жестом одного из искусственных вояк.

Киборг послушно затопал к командиру. Выслушал указания и сменил свой маршрут, начал обходить ангар.

— Так, — подытожила Виктория вполголоса, подбирая с земли кусок железной трубы. — Нашли раньше меня, но войти не могут. Времени мало.

Тихонько последовала за роботом. Ускорила шаг, как только киборг свернул за угол, к задней торцевой стене. Догнала, размахнулась и ударила трубой по голове, затянутой чёрной тканью маски.

Хруст, искры, шипение — и вспышка пламени. Киборг рухнул ничком с тяжёлым стуком, разгораясь и давая достаточно света, чтобы осмотреться.

В нескольких дюжинах шагов за ангаром — половина небольшого дома. Вторая половина — кучи разбитых взрывом красных кирпичей, кусков шифера и фрагментов обвалившейся крыши. Ближе — только чахлые деревца.

Негромкий, но увесистый топот. Видимо, другой искусственный солдат намеревался выяснить, куда пропал охранник.

— Спрятаться негде. — Разговаривая с собой, девушка вернулась к самому углу. — Спокойно, спокойно… Ты справишься, Вика.

Шаги приближались. Быстротечные секунды, пара глубоких вздохов. Взмах.

Труба от удара вывалилась из рук и отлетела куда-то в темноту, но Виктория не обратила на это внимания, наклонилась к автомату. Вспыхнувший вояка, покачнувшись, шмякнулся на спину и не придавил оружие своей тушей.

Обратно к автобусу, к прежнему укрытию. Быстро, не оглядываясь, на ходу доставая из кармана и активируя генератор защитного поля.

Прислонила автомат к стенке, сняла с плеча лук и прицелилась в киборга, приближавшегося к костру в двух дюжинах шагов.

Первая стрела — промах. Вторая тоже исчезла в ночном мраке. Третья всё же пробила голову. Робот упал у самого пламени.

— У нас потери! — Заскрежетал синтезированным голосом ещё один вояка, который, как оказалось, двигался следом и увидел уничтожение своего товарища. Остановился, огляделся в поисках противника. — Вижу врага!

Вскинуть оружие не успел, механические руки оказались не такими уж проворными. Одна стрела пробила горло, откуда с сухим хрустом брызнули синие искры. Туша задёргалась в электрических конвульсиях, но падать пока не собиралась.

Виктория снова прицелилась и попала в лоб, после чего киборг завалился на бок, испуская густой сизый дым.

Ладонь привычно метнулась к колчану за плечом, но пальцы схватили только воздух.

— Ну вот, боеприпасы закончились. — Девушка отложила лук и взяла автомат.

— На нас напали! — Два оставшихся охранника уже шагали на полусогнутых ногах, приближаясь. Застрекотало оружие, потянулись оранжевые пунктиры трассирующих пуль. Кто-то даже попал, поскольку защитное поле пару-тройку раз полыхнуло золотистыми вспышками.

Короткая очередь в голову одному. Опрокинулся рядом с бочкой, словно подкошенный.

Перевод прицела на второго.

Увидел, попытался уйти с линии огня, уклониться. Ещё пара коротких очередей, попадание — и пламя с резким хлопком охватило верхнюю часть его туловища.

Командир, человек, выскочил из приоткрытых ворот ангара, но в вступать в бой не стал. Скуля и подвывая от страха, бросился наутёк. Просто побежал прочь.

Больше никого. Тишина, ветер и потрескивание дров.

Виктория небрежно швырнула автомат в одну из бочек и вошла в ангар.

На бетонном полу лежала тёмно-серая сигара звездолёта. Длинная, огромная, похожая на дирижабль. На неё светили два прожектора, установленные на треногах. Чёрные провода тянулись к тёмно-красному генератору, тарахтевшему мотором в углу.

— Здравствуйте! — Откуда-то из незаметных динамиков зазвучал мелодичный женский голос бортового компьютера. — Если вы желаете войти, требуется голосовая идентификация.

— Да, желаю войти, представь себе. — Девушка откликнулась слегка иронично. — Иначе что бы я здесь делала?

— Добро пожаловать на борт, Виктория! Ваши права подтверждены. — Сегмент стенки корабля с тихим жужжанием опустился, выпустив наружу клубы густого пара. Открывшийся люк превратился в пологий пандус. — Системы функционируют нормально. Вентиляция завершена. Создаю комфортный микроклимат. Ожидаю дальнейших указаний!

— Разрешаю доступ к личным файлам в моём коммуникаторе. — Девушка миновала шлюз и зашагала по чёрному рифлёному полу вдоль бежевого коридора, освещённого янтарными лампами, в сторону пилотской кабины, к лазурному сиянию широких экранов. — Получи описание нашей миссии!

— Информация принята! Устраивайтесь поудобнее, Вика!

— Что? Я для тебя Вика?.. Сестра?! — В интонации Виктории прозвучало приятное удивление. — Уже успела сюда загрузиться?

— Вы можете называть меня так, как вам удобно. — Уведомил голос доброжелательно и, похоже, с едва уловимым озорством.

— Понимаю. — Девушка уселась в большое тёмное кресло у пульта с разноцветными сенсорами и панорамными дисплеями. — Нельзя говорить открыто, вдруг всё запишется в журнале полёта.

Пол и стенки завибрировали от мощного низкого гула проснувшегося двигателя. Громадная сигара, двинувшись вперёд, сначала опрокинула треноги с прожекторами. Затем оторвала и смяла торцевую стенку ангара с такой лёгкостью, будто наткнулась на картон, а не на листы железа. Внешние микрофоны, очевидно, ещё не отключились, передали в кабину громкий протяжный скрежет, вскоре превратившийся в лязг обломков.

На дисплее отобразился танк, выскочивший откуда-то из темноты и начавший палить из пушки по взлетавшему кораблю. Но каждый выстрел сопровождался золотистым всплеском свечения защитного поля, и снаряды не причиняли никакого вреда. Микрофоны уловили глухой, сильно смягчённый грохот.

Звездолёт испустил широкий синий луч, который охватил бронированную машину, приподнял её в воздух, перевернул и отпустил, погаснув.

Танк шмякнулся наземь, вдавил в грунт башню с пушкой. И ещё некоторое время продолжал двигать гусеницами, немного напоминая беспомощную перевёрнутую черепаху.

По ангару ударила ракета, пробив дыру в крыше. Ещё один реактивный снаряд, ещё и ещё. Но хлопки взрывов вскоре стихли, остался только ровный шум двигателя. Начался набор высоты.

Недолгий полёт над ночной равниной, полыхавшей вспышками. Стремительное и довольно крутое снижение к городу, светившемуся немногочисленными электрическими огнями.

— Мы прибыли к приюту! — Звездолёт аккуратно опустился на асфальтовую дорогу, изрытую неглубокими выбоинами от взрывов.

Бледный свет пары уцелевших фонарей на столбах. Металлическая сетка ограды, распахнутые железные ворота, выкрашенные в голубой цвет. Небольшой дворик с пустыми прямоугольными клумбами, высокие деревья. Тёмное трёхэтажное здание, навес со столбиками-подпорками над центральным входом.

— Я выхожу, — Виктория поднялась и нажала кнопку на коробочке генератора защитного поля. — Поставь за мной энергетический тоннель до самой двери детского дома!

— Приступаю к выполнению! Удачи! — В голосе компьютера звучала теплота.

— Спасибо, сестра.

Люк-пандус снова открылся. Девушка прошла несколько дюжин шагов от звездолёта до входа в приют быстро и уверенно.

Внутри — пустые коридоры с потёртым паркетом, тускло-зелёными стенами и побелкой на потолках. Никого.

— Так… Если кто-то прячется от обстрела, то в подвале… А спуск обычно под лестницей…

Серые ступени. Широкие — наверх, на второй этаж. Узкие слева — вниз, в полумрак. Пришлось достать коммуникатор и подсветить дорогу дисплеем.

Трубы вдоль кирпичных стен, звук капающей воды. Ржавая железная печка, тихое потрескивание горевших дров, золотистые отсветы пламени, свеча на покосившемся стуле. Бетонный пол, изорванные матрацы, на них — десяток детей лет семи-восьми в старых куртках, поношенных пальто, бесцветных застиранных штанах и колготах.

Серьёзные глаза, видевшие войну, не отобразили особого удивления при виде Виктории, окутанной едва заметным мерцавшим ореолом. Лёгкая настороженность промелькнула лишь в первые мгновения, когда нежданная гостья вошла в подвал.

— Привет! — Произнесла девушка будничным тоном, словно зашла поболтать о пустяках. — Здесь все? А взрослые есть?

— Взрослые давно сбежали... — Угрюмо отозвался темноволосый мальчуган в замызганной тёмно-зелёной ветровке и потёртых синих брюках. — Мы можем сами... Но еды больше нет.

— Значит, я вовремя, — кивнула Виктория, обращаясь, похоже, в первую очередь к самой себе.

Стены впитали глухой удар взрыва, словно какой-то великан топнул ногой. Ржавая труба печки задребезжала. Ореол засветился ярче.

— Тётя, вы ангел? — Спросила белокурая девчушка лет шести, в розовой кофточке и синей юбке. Белый плюшевый заяц в руках, две косички, стоптанные чёрные ботинки и рваные серые колготы.

— Я живу в другом мире. И вас туда отвезу. — Виктория продолжала говорить спокойно и непринуждённо, хотя, судя по выражению лица, едва сдерживала слёзы жалости. — Берёмся за руки, чтобы никто не отставал!

Первой с матраца поднялась девочка с плюшевым зайцем. Доверчиво протянула Виктории правую руку. Левой продолжала прижимать к себе любимую игрушку.

— Идём, братва! — Следующим встал, шмыгнув носом, угрюмый мальчишка. — Она странная какая-то, нездешняя, но я ей верю.

Куртки зашелестели. Бледные детские пальцы принялись застёгивать редкие пуговицы пальто и закутываться в тряпки, служившие шарфами.

Вскоре вереница двинулась наверх. Дети шли медленно и осторожно, будто опасаясь покидать подвал. Но в их глазах уже появились отблески отчаянной надежды на чудо.

— За дверью будет коридор из света, — Виктория, украдкой смахнув слезу со щеки, обернулась и обвела своих подопечных взглядом. — Он нас защитит, ничего не бойтесь!

Длинный сияющий тоннель начинался сразу за выходом из детдома и тянулся до самого корабля. Сквозь голубоватую вуаль можно было видеть полыхание взрывов на улице и огненные хвосты ракет в небе, но раскаты ударных волн звучали глухо. Полупрозрачные стенки и свод потолка периодически вспыхивали белыми искрами, отражая долетавшие осколки и комья мёрзлой земли.

Дети смотрели по сторонам с изумлением и восхищением. Даже хмурый мальчик, замыкавший шествие, явно находился под впечатлением от увиденного.

Снаряд угодил в старое раскидистое дерево. Толстая ветка с треском рухнула на энергетический тоннель, но отлетела в сторону, едва коснувшись сияния.

Ещё один короткий свист — и другой снаряд проделал широкую брешь в металлической ограде двора, расшвыряв куски железной сетки.

Когда вереница уже входила по пандусу в проём люка, в уютный янтарно-жёлтый свет шлюза, к детдому прилетела ракета. Окна разлетелись брызгами стекла, оранжевым бутоном полыхнуло пламя пожара.

Дети оглянулись на охваченный огнём приют.

— Игрушек у меня нет, только увеличительная линза и карандаши. — Виктория отвлекла их, мягко поторапливая. — Зато рисовать можно на стенах и на столе. А ещё кухня у нас говорящая.

Пандус с негромким жужжанием поднялся и лязгнул, закрыв собою шлюз. Звездолёт, погасив свечение тоннеля, начал подниматься над израненной горящей землёй медленно, плавно, с неспешностью парящей птицы. Но вскоре стремительно набрал скорость и исчез в тёмном небе.
 

Нравится
00:20
10
© Пэйтон Флориан

Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил ЛитСалона и Российского законодательства.


Пользовательское соглашение