Путеводитель по сайту Отличия ЛитСалона от других сайтов

Виктория и Слёзы Ангела. Глава 10

Длинная тускло-зелёная вереница уже дребезжала и скрежетала, потихоньку сдвигаясь с места. На заднем торце каждого товарного вагона — металлическая лестница. Добежать до ближайшей и забраться наверх — считанные секунды.

Крыша отсутствовала. Вагон оказался пустым. Как и соседний. Но с ещё одной лесенкой — с широкими округлыми скобами, приваренными к внутренней стороне стенки и избавлявшими от необходимости спрыгивать на пол с высоты.

Оказавшись внизу, Виктория первым делом достала из сумки свёрнутую штору, накрыла её пластиковой упаковкой от стрел — и обустроила подстилку, чтобы не сидеть прямо на рифлёном металле, покрытом пятнами влажного угольного крошева. Затем, отложив лук и сняв перчатки, взялась за остатки шоколада и напитка.

Состав набрал ход, колёса застучали громче и чаще. Рация ничего не поймала, ни единого отголоска. Коммуникатор показал бледную розово-жёлтую карту. Оранжевая точка пульсировала на синей линии недалеко от серо-зелёных прямоугольников, схематически изображавших здания в городских кварталах.

Виктория лёгкими прикосновениями вернула голубой интерфейс, переключила его на список файлов и запустила воспроизведение видео.

Иван, в белой рубашке и чёрных брюках, сидел за прозрачным столиком в открытом кафе с мягким янтарным освещением. Выглядел спокойным и довольным, смотрел на кого-то перед собой с лёгкой улыбкой. Перед ним — стакан с чем-то тёмно-вишнёвым. Сзади — синее вечернее небо с движущимися оранжевыми, розовыми и фиолетовыми звёздочками. Аэротакси периодически пролетали совсем близко, ненадолго подкрашивая изображение сиянием габаритных огней на своих овальных корпусах.

Звучала мягкая, плавная электронная музыка. На её фоне — обычный для таких мест негромкий шум голосов, шорох шагов, далёкий смех.

Оператор, очевидно, установил камеру статично на соседнем столике, решив не показывать слушателей.

— Да, мне нравится на Марсе! Полагаю, вам тоже. — Ответил Иван на чей-то тихий и неразборчивый вопрос. — Спасибо Майклу за приглашение… Что? Да, всем лучше переждать войну здесь. Кроме меня. Дома много дел… А вот и наш гостеприимный хозяин!

— Добрый вечер! — Майкл, в обычной для него чёрной одежде, появился в поле зрения объектива и сел рядом с Иваном, предварительно повесив на спинку светло-серого стульчика свою угольно-глянцевую куртку. — На чём мы остановились в прошлый раз? На принципе полётов?

Майкл сделал паузу, чтобы взять с подплывшего по воздуху круглого белого подноса высокий стакан, наполненный тёмно-изумрудным напитком.

— Представим сотовое устройство вселенной в виде множества соседних бассейнов с рыбками. В плотной воде они передвигаются медленно. Но если выпрыгнут в воздух…

— То легко и быстро преодолеют большое расстояние! — Мысль завершил молодой и зычный баритон слушателя, остававшегося за кадром.

— Именно! — Одобрительно кивнул Майкл. — Бассейны как соты, вода как обычная среда, а воздух как гиперпространство. Хотя, конечно, на самом деле всё многомерное, без определений верха и низа.

— А что насчёт полётов между мирами? — Теперь прозвучал звонкий женский голос.

Оператор всё же повернул объектив и показал светловолосую девчонку, с косичками, в зелёной куртке. Затем вернул камеру на прежнее место.

— Нужно просто прыгнуть сильнее, — Иван пояснил с лёгкой улыбкой. — Тогда можно перелететь в другой бассейн.

— Значит, — предположил юношеский тенор ещё одного парня, — роль рыбок выполняют звездолёты?

— Да! — Майкл отставил стакан, сделав из него большой глоток. — Есть ещё порталы. Они при активации соединяются воздушными тоннелями внутри воды, согласно нашей упрощённой аналогии.

— Но такая транспортная сеть стационарна, в ней всё регистрируется, права доступа контролируются. — Продолжил Иван, откинувшись к спинке стульчика. — Только звездолёты могут свободно выбирать и менять курс.

— Они давно стали основным видом галактического транспорта. — Добавил Майкл. — Потребляют гораздо меньше энергии, обходятся дешевле, чем тоннели между порталами.

— И являются очень ценным ресурсом для сектантов. — Иван немного понизил голос, будто опасаясь говорить на эту тему громко. Его глаза, впрочем, не выражали особого страха, только стали чуть серьёзнее на минутку. — Особенно в технологически отсталых сотах.

— Летающие тарелки нашего времени! — Догадалась светловолосая. Оператор показал её и в этот раз. — Странные объекты в небе на старинных картинах!

Словно иллюстрируя её слова, высоко над кафе с негромким ровным гулом проплыл корабль, громадный тёмный диск, мигавший оранжевыми и красными огнями на ободе.

— Небесные колесницы из древних мифов, — Иван, услышав звук двигателя, огляделся украдкой, даже слегка напряжённо. Однако, видимо, вспомнил, что находится в безопасности, на Марсе, и снова расслабился, продолжил беседу увереннее. — Зримые и убедительные проявления могущества всяких божеств. То есть правящей элиты сектантов.

— Подождите-ка! Получается, нет вообще никакой мистики? — Осведомился баритон, владельцу которого так и не удалось попасть в кадр. — Никаких небожителей? Только технологии, не более того?

— Наверняка ничего не известно. — Иван пожал плечами. — Думаю, потусторонние миры всё же существуют. Потому так и называются, что находятся по ту сторону грани между сотами.

— Но сектантам они, надеюсь, неподвластны? — Спросил тенор. — Иначе всё совсем уж печально.

— К счастью, элита не может проникать в прекрасные счастливые соты по своему желанию. — Уверенно ответил Иван. — Но очень хочет, не сомневайтесь.

— Вероятно, сознание способно преодолевать эти грани во сне. Иногда и ненадолго. — Добавил Майкл, опустошив свой стакан. Вопросительно взглянул куда-то в сторону, и к столику тут же подплыл ещё один белый поднос с разноцветными напитками. — У нас впереди непочатый край исследований. Можете подключаться!

— Конечно! Не прохлаждаться же без дела! — Слушатели заговорили чуть ли не наперебой. — С радостью поучаствуем! Это очень интересно!

Воспроизведение видеозаписи завершилось, и коммуникатор отправился в сумку.

Мимо проплыли верхушки берёз. Над голыми тонкими ветвями, непрерывно каркая, кружила стая обеспокоенных ворон. Издалека доносились негромкие, но резкие и гулкие звуки взрывов, будто кто-то швырял кирпичи на громадные листы железа.

Поезд замедлился, и Виктория поднялась по скобам к краю стенки вагона, чтобы оглядеться. Её встретил довольно сильный ветер, моментально взъерошил чёлку, вынудил отвести волосы от глаз свободной рукой.

Солнце уже опустилось к горизонту и разлило среди сизых туч яркое золото заката. Впереди на фоне темневшего неба виднелись голубоватые силуэты многоэтажных домов.

Спустившись, девушка занялась луком. Поставила конец его нижнего плеча у правого сапожка. Наклонила оружие влево. Просунула левую ногу между дугой и тетивой, переступив через рукоятку.

С заметным усилием надавила на верхнее плечо лука как на рычаг, упиравшийся в заднюю часть бедра, согнула, сняла тетиву и позволила дуге плавно распрямиться.

После чего положила оружие на пол вагона и принялась откручивать толстенные болты, соединявшие плечи с рукояткой. Пришлось повозиться, пальцы соскальзывали, но проблема решилась временным возвратом на ладонь перчатки.

После разборки каждая из трёх частей сама по себе выглядела не такой уж длинной. Теперь — примотать их скотчем к колчану со стрелами. Отрезать конец клейкой ленты раскладным ножиком.

Достать из сумки вторую штору, чистую, и тщательно укутать оружие, скрыть от постороннего взгляда. Но при этом оставить свободным ремешок колчана.

Несколько размашистых витков для надёжного скрепления получившейся продолговатой упаковки — и готово.

Снова наверх по скобам, чтобы осторожно выглянуть наружу.

Разветвление железной дороги, красный сигнал впереди. Поезд остановился с тяжёлым протяжным скрежетом и глухим стуком. Справа обзор закрывал ещё один товарный состав, длинный, рыжевато-коричневый. Слева — асфальтовая дорога, отражавшая лужами темневшее небо, пустырь на краю города, чахлые молодые деревца.

Повесив на плечо сумку и свёрток с разобранным луком, Виктория перелезла через стенку, спустилась по лесенке, ступила на толстый железный механизм сцепки вагонов, спрыгнула на мокрое месиво из золы и подтаявшего снега, покрывавшее насыпь. Спустилась по невысокому склону к дороге и зашагала к хмурым серым коробкам пятиэтажных домов, не пытаясь обходить мелкие лужи.

Угрюмые подъезды с бетонными козырьками, тёмно-красные входные двери, облепленные розовыми, голубыми и белыми листками объявлений. Сумерки ещё не сгустились, и слова, отпечатанные крупным шрифтом, пока оставались различимыми.

Девушка приблизилась, её взгляд задержался на одной из бумажек.

Кодовый замок, похоже, давно сломался, и вход в подъезд оказался незапертым.

Узкие ступени тёмной бетонной лестницы, тусклая зелёная краска на стенах, обивка дверей из искусственной кожи, белая кнопка звонка, резкая и громкая трель сигнала.

— Кто там? — Раздался встревоженный голос пожилой женщины.

— Добрый вечер! Вы сдаёте квартиру студенткам?

Дверь приоткрылась, пролив наружу неяркий жёлтый свет. Выглянула женщина. Действительно пожилая, седая, невысокая, в поношенном вишнёвом халате, в серых чулках и синих тапочках. Бледно-голубые глаза смотрели на гостью пристально, изучающе. Однако настороженность вскоре исчезла, сменилась поспешной суетливостью.

— Да, сейчас, сейчас! — Она ненадолго скрылась из виду, появилась со связкой ключей. Казалось, опасалась, что девушка передумает и уйдёт. — Это не моя квартира, соседняя. Хозяева уехали, поручили распоряжаться.

Вышла и отперла соседнюю дверь. Включила внутри свет и взмахом руки пригласила гостью.

Крошечная прихожая с янтарным светильником. Щелчок другим выключателем — кухня, выложенная белесой плиткой, столик, две табуретки, холодильник и газовая плита, тоже светлые, кран и раковина из нержавейки.

Ещё щелчок — засияла люстра с плафонами в форме белых цветков ландыша. Единственная комната с коричнево-бежевым линолеумом на полу, с бледно-розовыми обоями, зелёным диваном и тёмным лакированным шкафом-сервантом на всю стену.

— В ванной чистые полотенца. Постель сложена на нижней полке в шкафу.

— Вот, возьмите, плата на неделю вперёд! — Виктория протянула женщине две банкноты.

— Ой, да что ты! — Она посмотрела на деньги в растерянности. — У нас не настолько дорого! Товарная станция рядом, шумно. И телевизора нет.

— Шум не страшен, люблю дремать под музыку. Меня всё устраивает.

— Как тебя звать-то? — В вопросе прозвучала искренняя приветливость.

— Виктория. Вика. — Девушка, словно демонстрируя серьёзность намерения остаться, сняла с плеча сумку, поставила на пол у дивана. Там же положила свёрток с разобранным луком и колчаном.

— Красивое имя! А я Наталья Петровна. Будем знакомы. Может, зайдёшь ко мне покушать? Газа нет весь день, но у меня консервы.

— Спасибо, не могу. Сама себе продукты подбираю. Магазины далеко?

— Совсем рядом! — Женщина протянула руку в сторону окна и жестом изобразила поворот за угол. — Из двора на улицу и налево, к перекрёстку. Но вечерами неспокойно, лучше оставаться дома.

— Да мне не привыкать.

— Вот тебе запасной ключ, держи! На кухне есть молоток, бери с собой.

— Спасибо, Наталья Петровна!

— Зови меня тётя Наташа… Ладно, отдыхай. Если что, сразу зови, не стесняйся! — Наталья Петровна спрятала деньги в карман халата и ушла поспешно, будто боясь спугнуть свою удачу.

Ванная блестела белоснежной чистотой. Над керамической раковиной рукомойника висело небольшое овальное зеркало без рамы. Рядом с хромированным краном лежал светло-зелёный кусок мыла, явно новый, ещё ни разу не использованный.

Вода зашипела сильным, уверенным напором, позволяя вымыть руки тщательно, но быстро.

На кухне у плиты — коробок со спичками. Виктория вынула одну.

Молоток обнаружился на холодильнике. Большой, увесистый, с длинной ручкой из светлого полированного дерева. Спрятать полностью удалось только во внутреннем кармане куртки.

Выключать люстру девушка не стала. Заперев дверь, присела и, подсвечивая себе фонариком, воткнула спичку в щель. Низко, почти у самого пола. Тихо спустилась на первый этаж и вышла из подъезда.

Уже стемнело, хотя небо ещё сохраняло остатки синевы. Вечерняя улица выглядела совершенно безлюдной. Ни прохожих, ни патрулей, ни автомобилей. Только редкие фонари на столбах и жёлтый огонёк светофора вдали.

Большая витрина. Узкий вход в неуютный магазин. Зелёные пластиковые корзины для товара, сложенные в стопку. Тесные проходы между высокими многоярусными полками.

— Ну же, Вика, смелее! — Девушка по давней привычке вполголоса заговорила сама с собой, разглядывая пёстрые упаковки. — Ты же понимала, что без местной еды не обойтись… Бери только запечатанное герметично!

Пять серебристых жестяных банок с напитком положила в корзину сразу, без колебаний. К ним добавила ещё и большую пластиковую бутылку с такой же надписью на этикетке. Шоколадные батончики разглядывала довольно долго, с сомнением. Выбрала дюжину в жёлтых обёртках с изображением лесных орехов.

— Пакет нужен? — Машинально, едва не зевая, пробормотала равнодушная усталая кассирша с высветленными волосами. Худая, едва за двадцать, в синем жилете поверх тонкого чёрного свитера. На покупательницу даже не взглянула.

— Да, спасибо! — Виктория расплатилась и сложила покупки в нечто похожее на белую пластиковую сумку с бледно-салатовым логотипом магазина, тонкую и очень хрупкую на вид. Впрочем, изделие вроде бы не собиралось рваться сразу же.

На улице засверкали фары больших грузовиков с кузовами, крытыми брезентом. Виктория помедлила, делая вид, будто ищет что-то в карманах, рассматривает и сортирует сдачу. Вышла из магазина, когда низкое урчание двигателей стихло.

Следующая витрина, ярко освещённая длинными трубками белых матовых ламп, сверкала рядами мобильных телефонов, разноцветными чехлами для них, полупрозрачными упаковками с миниатюрными наушниками-вкладышами, батарейками, всякой пластиковой мелочью.

Взгляд девушки остановился на маленьком, размером меньше мыльницы, чёрном радиоприёмнике, мерцавшем крошечными кружочками серебристых кнопок.

— Хорошая вещица, берите смело! — Продавщица лет тридцати пяти, тоже с крашеными волосами, неестественно чёрными, в серых юбке и кофте, заговорила со сдержанным дружелюбием. — Легко царапается и трётся, блеск теряется, но служит надёжно.

— Как им пользоваться? — Виктория вынула из кармана брюк пачку банкнот.

Женщина при виде денег заметно оживилась, видимо, осознавая, что интерес посетительницы не праздный, покупка может состояться на самом деле. Включила устройство, и на маленьком прямоугольном дисплее засветились красные цифры.

— Всего четыре кнопки. Первая активирует режим радио или воспроизведения музыки с карты памяти. — Пояснение зазвучало уверенно и чётко, без запинки. — Две средние при быстром нажатии перелистывают между станциями или файлами, а при длительном меняют громкость. Последняя ставит на паузу или сканирует диапазон.

Крайнюю и придавила большим пальцем на пару секунд. Цифры начали меняться, из динамика раздалось шипение, чередовавшееся с обрывками музыки.

— Вот, теперь он нашёл местные станции, запомнил их частоты.

— А где у него антенна? — Виктория вытащила из пачки три купюры и положила деньги на прилавок.

— Спрятана в шнурке, который надевается на руку. Но антенной служит ещё и кабель для зарядки батареи. Сетевой адаптер нужен?

— Да, конечно! И запасной аккумулятор, если есть.

— Есть! Что-нибудь ещё? — Продавщица упаковала приёмник и короткий чёрный кабель в светлую картонную коробочку.

— Наушники, пожалуйста. Любые качественные, на ваш выбор.

— Вот эти удобные, бас приличный! — Женщина протянула полупрозрачный пакетик чайного цвета и отсчитала сдачу. — Не задерживайтесь на улице, в тёмное время одной ходить опасно!

В мрачном море ночного неба бескрайним потоком плыли косматые тучи, тускло подсвеченные городскими огнями. В разрывах то и дело сверкали звёзды, но только усиливали жуткое, зловещее впечатление. Резкий ветер принёс и швырнул на асфальт редкие, но крупные капли дождя.

Широкоплечий силуэт слева впереди, на другой стороне улицы.

Встречный прохожий посмотрел на девушку и сразу же зашагал к ней наискосок через дорогу. Попал в свет фонаря. Камуфляжные брюки и бушлат, тяжёлые ботинки, короткая стрижка, гладко выбритое недоброе лицо. Мужик лет сорока пяти. Вояка.

Виктория расстегнула куртку, чтобы достать из внутреннего кармана молоток.

— Куда спешишь, красотка?! — Наглый тон не сулил ничего хорошего. Блеснуло лезвие ножа, не оставляя ни малейшего сомнения в дурных намерениях.

Быстрый взмах, удар молотком по запястью вооружённой руки. Нож выпал из безвольно разжавшейся ладони и успел звякнуть металлом на асфальте, прежде чем мужик хрипло заревел от боли.

Ещё один быстрый удар, в плечо. И ещё — в грудь, уже без спешки, размахнувшись как следует. Вояка согнулся пополам, продолжая истошно вопить.

Капли дождя засверкали в лучах фар стремительными хрустальными светлячками.

Виктория не стала дожидаться, пока автомобиль выедет из проулка, поспешила направо, в тень, в тёмный проход между домами. Остановилась за углом здания, вытянувшегося вдоль улицы. Осторожно выглянула.

У места стычки затормозил большой чёрный внедорожник. Двое солдат в касках и с автоматами подошли к вояке, который продолжал завывать и корчиться от боли, опустившись на колени.

Немного потоптались, нашли и подняли с асфальта нож, осуждающе покачали головами, подхватили своего скулившего и стонавшего товарища под руки, бесцеремонно запихнули в машину и уехали.

Несколько дюжин шагов по двору между пятиэтажными домами, в полумраке, разбавленном только неяркими редкими прямоугольниками светившихся окон.

Бетонный забор, поворот на другую улицу за торцом дома. Взгляд из-за угла. Никого, молоток можно спрятать.

Рация немного пошумела сухим треском помех и поймала фрагмент переговоров.

— Что там с ним случилось? — Мужской голос, сильный и раскатистый, спросил без особой требовательности, скорее с любопытством.

— Взялся за старое. — Раздался хриплый, но вполне разборчивый ответ. — Нападает на девчонок по вечерам. Ножом угрожает. Приём!

— Опять? Вот же… — Окончание фразы утонуло во внезапном громком шипении.

— В этот раз доигрался. Крепко же ему досталось! Может, ума прибавится.

— Ну это вряд ли. — Собеседник, судя по интонации, не очень-то переживал за товарища. — А где он сейчас? Приём!

— Подобрали избитого в хлам. Везём в районную больницу. — Прохрипел патрульный. — Что же ещё с ним делать-то.

Снова помехи, сначала напоминавшие хруст множества искр, затем превратившиеся в настойчивый гул мощного трансформатора. Виктория выключила и спрятала рацию. Порывы ветра усилились, делая дождь хлёстким, заставляя капли громко барабанить по карнизам. Небо затянулось тучами полностью.

Широкий пустырь на городской окраине. За ним — яркие голубоватые прожекторы уже знакомой железнодорожной станции. Та же насыпь, только почти весь снег растаял, и лужи на дороге стали заметно шире. Тот же товарный состав на рельсах.

Тёмный вход в подъезд. Крадущиеся бесшумные шаги по едва различимым ступенькам. Далёкие огни, расплывчатые из-за струек воды на окошке у лестничной площадки между этажами. Включение фонарика на несколько секунд — спичка на месте, не выпала, дверь никем не открывалась. Поворот ключа, тихий щелчок замка. В квартире ничего не изменилось, по-прежнему горела люстра.

Виктория первым делом снова вымыла руки. Сняла куртку, распустила намокшие под дождём волосы, устало присела на диван и выложила из пакета свои покупки.

Банка зашипела, открываясь нехотя, вынуждая приложить усилие. Девушка попробовала напиток. Судя по спокойному выражению лица, вкус не вызвал негативных чувств.

Затем аккуратно разорвала жёлтую упаковку шоколадного батончика. Откусила с опаской, начала жевать медленно.

Радиоприёмник шипеть не стал, проснулся тихо, высветил на дисплее красные цифры и через пару секунд наполнил комнату электронной танцевальной музыкой. Ещё немного времени ушло на эксперименты по изменению громкости и переключению между станциями.

Поначалу менялась только песни, в основном, исполняемые под гитару. Но вскоре нашёлся обрывок выпуска новостей. Молодой женский голос с бархатным тембром звучал формально, без эмоций, и немного торопливо.

— Аварийные бригады смогут приступить к ремонту газопровода только после выгорания остатков топлива в повреждённой трубе. Проводятся следственные действия, введён план перехвата диверсантов… И о погоде. Циклон продержится до конца недели. Температура воздуха от пяти до восьми градусов тепла. Переменная облачность, осадки в виде дождя, местами ливни, порывы ветра до двадцати метров в секунду. Рекомендуется не выходить из дома без крайней необходимости.
 

Нравится
00:20
12
© Пэйтон Флориан

Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил ЛитСалона и Российского законодательства.


Пользовательское соглашение