Путеводитель по сайту Отличия ЛитСалона от других сайтов

Укус каракурта. Глава VII

Укус каракурта. Глава VII
Глава VII, Философия морали, ночной разговор и его последствия.
 
- Заходите, подполковник Северцев, - гостеприимно предложил Плотников.

Незнакомец, чьё лицо закрывали широкие поля шляпы и поднятый воротник, усмехнулся:
- Значит, правду говорили о вас, товарищ генерал, что вы экстрасенс! Я, собственно, сам собирался представиться!
Северцев опустил воротник плаща, снял шляпу и Плотников увидел, что его лицо как бы состоит из двух половинок: правая половина принадлежала довольно привлекательному мужчине с мужественным подбородком, твёрдой складкой у уголка губ, пронзительным серым глазом, но вот левая… Левая половина представляла собой один сплошной огромный шрам от ожога с незаживающими язвами и пустой глазницей.
- Что, не нравлюсь, генерал? – усмехнулся Северцев.- Это «сувенир» из далёкой горной республики, где, кстати, мы с вами вполне могли пересекаться! Кстати, я знавал вашего сына, он служил в спецназе внутренних войск, был командиром взвода, не так ли?
Плотников кивнул.
Там же служил ещё один человек, которому вы как-то очень сильно помогли….
Плотников жестом пригласил подполковника в гостиную, не спрашивая, достал вторую рюмку и налил туда коньяку.
Сын… Последний раз он видел его живым в Ханкале, когда приезжал туда в командировку. Они чисто случайно столкнулись на улице.
- Отец! – окликнул его Пашка.
Они просто пожали друг другу руки без сыновне-отеческих объятий, просто, по-мужски. Плотников только заметил, что Пашка похудел, а в глазах его, по избитому выражению, поселились тоска и безысходность…
Уже не осталось того весёлого Павла – души компании, балагура и гитариста, героя девичьих грёз одноклассниц, лихого спецназовца – «краповика». Юношеские черты лица исчезли, и на Плотникова смотрел умудрённый жизнью ВЗРОСЛЫЙ мужик.
- Что такое? – удивился тогда Плотников.
- Батя… Здесь… - сын произнес матерное слово, чего никогда в присутствии отца себе не позволял. – Нас мочат нашим же оружием! Какой кретин его тут оставил?
Плотников промолчал. Он прекрасно знал, КТО именно.
- Уже девять человек из взвода потерял… Никогда себе не прощу!
- Но, сын, я тебя сюда не толкал, сам попросился! Теперь уж тяни службу!
- Плотникооооооооооооооов! – гаркнул с брони БТРа какой-то военный.
- Сейчас, бегу! – Пашка обнял отца и поспешил к рычащей двигателем машине.
Воспоминания генерала прервал Северцев:
- Юрий Иванович, вы, несомненно, удивлены визитом…
- Хм.. Как говорили господа офицеры, отнюдь… Я так понимаю, вы представляете интересы… Саулеш Мухаметжановны?
Подполковник слегка опешил, потом улыбнулся, если можно назвать улыбкой болезненное подёргивание половины лица.
- Да-да, я всё забываю, что у вас… мммммммм… несколько необычные способности. Могу я спросить, как они у вас появились?
Плотников усмехнулся. Тогда ему было одиннадцать лет, они жили в общежитии военнослужащих в подмосковном посёлке Загорянский. Юрка пошёл с ребятами на рыбалку на Клязьму, однако до удочек дело не дошло – кто-то вбил несколько кольев в дно реки, на них нанесло пучки водорослей, и плотва сама выпрыгивала на эту запруду. Вот одна крупная рыбина выскочила, забилась, засверкала серебристыми боками на солнце, Юрка бросился, чтобы схватить её, но нога заскользила по илистому дну, а течение вынесло его на глубину. Он не запаниковал, хотя плавать не умел, оттолкнётся от дна, вынырнет, наберёт в лёгкие воздуха – много-много, сколько хватало сил – и опять на глубину. Плотников как бы со стороны видел своё бледное лицо, вытаращенные от смертельного ужаса глаза… Однако силы стали иссякать, уже в глазах запрыгали чёрные точки, потом потемнело, уходящее сознание говорило: «Вот и всё…»
Вытащил его тогда приятель, Пашка Хазин, чернявый сын профессора-психиатра.
Когда Юрий, придя в сознание и изрыгнув из себя потоки воды и желчи, открыл глаза, он услышал, но не ушами, будто в голове его был Пашкин голос: «Живой! Ура! Юрка, козёл, как я за тебя перепугался!» Между тем Пашкины губы не шевелились.
По приходу домой Юрка решил проверить, действуют ли неизведанные им чувства. Когда он подходил к дому, он услышал голос матери: «И где этот паршивец запропастился? Надо Ване сказать, пусть его ремнём поучит!»
Мать была на кухне и что-то готовила.
Юрка часто пользовался полученным даром. В школе – получал «подсказку» от отличников, знающих правильный ответ, когда сам «плавал» у доски.
В армии, в Афгане, где он остался на сверхсрочную – когда требовалось «потрошить» захваченного в плен «духа», лишь ругавшегося сквозь зубы на пушту или фарси.
И потом это очень пригодилось ему в милиции, куда он пришёл работать. Пришёл осознанно, после того, как после службы в ДРА отправился, проломив все бюрократические препоны, в Непал, где два года под заунывное пение монахов, звон колокольчиков и дымок благовоний постигал СУТЬ.
- Ом мани падме хум… - заунывно читают мантры…
Ему запомнились цитаты из «Дхаммапады» (изречений Будды):

«Пусть человек победит гнев любовью, пусть он победит зло добром, пусть он победит жадность щедростью, а ложь — правдой.
Легко увидеть грехи других, свои же, напротив, увидеть трудно. Ибо чужие грехи рассеивают, как шелуху; свои же, напротив, скрывают, как искусный шулер несчастливую кость.

Ненависть никогда не прекратит ненависти в этом мире. Только любовь положит ей конец. Это — древний закон.

Не причиняй другому того, что могло бы явиться причиной твоего страдания.

Гнев, пьянство, упрямство, фанатизм, ложь, зависть, самовосхваление, пренебрежительное отношение к другим, высокомерие и злые намерения создают нечистоту, а не мясная пища.

Блаженны преодолевшие эгоизм; блаженны достигшие мира; блаженны нашедшие истину.

Ни на небе, ни посреди океана, ни в горной пещере нельзя найти места, поселившись в котором человек может избежать последствий злых поступков.

Пусть человек победит гнев любовью, пусть он победит зло добром, пусть он победит жадность щедростью, а ложь — правдой.»

 

* * *


Сына, родившегося через несколько лет, по возвращению в Союз, он назвал Павлом…
- Юрий Иванович, - вкрадчиво обратился к нему Северцев. – Собственно, я послан лично предать вам приглашение на беседу от одного лица, в свидании с которым вы сами весьма и весьма заинтересованы. Сами понимаете, по телефону этого сделать невозможно – он прослушивается, да и «пасут» вас, надо сказать, весьма плотно. Кстати, я тут слегка вырубил одного филёра.
- Да, я в курсе, - сказал Плотников. Только зачем это лицо (Саулеш Мухаметжановна, не так ли?) столь заинтересована в беседе со мной?
- Вы исключительно проницательны, - кивнул Северцев. – Видите ли, есть некоторые соображения, по которым вы – человек чести, простите за высокий «штиль». И совершенно непонятно, что вы забыли в полностью дискредитировавшей себя организации, именуемой МВД? Посмотрите вокруг – от переименования милиции в полицию несколько лет назад что-либо изменилось? Прибавили служивым жалованья, перешерстили, перелицевали – они перестали взятки брать, насиловать, убивать? Допустим, придут молодые лейтенанты, допустим, добрые, человечные люди, отработают год-другой – и всё! Станут циничными, корыстными, равнодушными! И что ждёт в перспективе? Двадцать лет – и нищенская пенсия? Вот и останется одна гниль… Потому что СИСТЕМА! А так называемая «реформа» - ну, выперли и сейчас выгоняют только тех, кто здорово «засвечен», да неугодных начальству, причём последних – большинство! Вы вот, кстати, тоже неформат для органов… Неужели вам, вот лично вам, приятно носить погоны, которых некоторые не то что запятнали, а просто залили-таки кровушкой, а? И высокое начальство, которое себя, любимое, оберегает, отдавая на растерзание мелких сошек, хотя само стократ хуже и гаже – вы же с ним постоянно общаетесь, как не противно?
- Ах, вот вы о чём? – протянул Плотников. – Что же, отвечу, по вашему выражению, «высоким штилем»: я ведь не ворью и быдлу при должностях присягал, а народу, конкретным людям – Иванову, Петрову, Сидорову! Да, мне до рвоты противно, как многие – увы! – очень многие, фигурально выражаясь, харкают нынче на могилы ребят, которые жизней своих не пожалели, чтобы на пути подонков стать! Но если моими стараниями убийца, разбойник, насильник оказывался в тюрьме, и воздух чище становился – я прожил жизнь не зря! Если руки опущу, плюну на всё, уйду – вектор будет утерян, жить станет просто незачем… Конечно, вряд ли дождусь тех дней, когда люди перестанут совершать преступления не из страха перед законом, а потому, что осознают, что своими действиями принесут боль и страдания другим…
Северцев молча протянул ему кусочек бумаги с отпечатанным на нём адресом.
- Приходите обязательно! Сами понимаете, по телефону разговоры подобного типа исключены! А информация, которую вам хотят предоставить, очень важна! Честь имею!
- Подождите, - остановил его Плотников. – Позвольте, я вас провожу!
- Не стОит! – отмахнулся Северцев.
- Пойдёмте-пойдёмте! – Плотников взял его под локоть и они направились к лифту. – Где это вас, простите за бестактный вопрос? – Юрий кивнул на «квазимодную» половину лица подполковника.
- Там, - многозначительно сказал Северцев. «Урал», в которой мы ехали, на фугасе подорвался. Водитель – в клочья, у меня… - он осторожно провёл ладонью по лицу. – Впрочем, неважно…
Они дождались лифта, спустились вниз и вышли из подъезда.
Напротив группа молодых людей, особо не таясь, довольно споро пыталась снять колёса с неприметной иномарки.
- Твою мать! – воскликнул Северцев. - Они же мою машину разувают!
Плотников решительно подошёл к группе.
- Может, помочь, а?
Один из парней поднял голову. Взгляд из-под чёрной чёлки был злой, колючий. Он оглядел фигуру Плотникова – невысокий худощавый мужик опасности не представлял.
- Иды, иды, дядя! К жена, дети иди! – с характерным кавказским акцентом.
- Очень мило! – пробормотал Плотников. – Пойдём-ка, дружок! – и схватил одного из парней за ухо.
Парень взвыл:
- Ааааааааааа, зарэжу, билят! Я твой мама абал! Я твой бабущка абал! – и выхватил кинжал, ярко блеснувший при свете уличного фонаря, сделал выпад, но каким-то непостижимым образом пролетел мимо Плотникова, нелепо развалившись на асфальте, как лягушка, припечатанный ударом локтя между лопаток, и затих.
Второй выхватил пистолет. «Боевой, однако!» - удивился Юрий.
- Сааааааааааааааа! – мысок «казака» по красивой и стремительной кривой впечатался в висок противника. Тот рухнул, роняя оружие.
Третий парень, сколько позволяли силы, поспешно удалялся, приволакивая ногу и бормоча невнятные угрозы.
- Ну вот, видите? – улыбнулся Плотников. – А вы отказывались!
- Спасибо, - улыбнулся подполковник. – А завтра всё-таки приходите, завтра в двенадцать, это очень важно!
И мужчины пожали друг другу руки.

 

Окончание следует...

Нравится
14:00
226
© Сергей Штурм
Загрузка...
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку своих персональных данных.
06:56
+1
И если от моих стихов кому-то станет теплее — то я тоже прожила жизнь не зря))
13:45
Совершенно справедливо!
19:46
+1
Но если моими стараниями убийца, разбойник, насильник оказывался в тюрьме, и воздух чище становился – я прожил жизнь не зря
— «Вор должен сидеть в тюрьме!» ©
Конечно, вряд ли дождусь тех дней, когда люди перестанут совершать преступления не из страха перед законом, а потому, что осознают, что своими действиями принесут боль и страдания другим…
— мда, эра милосердия еще не наступила.
Ну, просто экстрасенс этот Плотников.
17:31
+1
Ир, я в его уста свои мысли вложил…
17:35
+1
Это-то понятно. Именно через своих ЛГ автор и выражает свои взгляды, мысли. :)
17:56
Во-во.
Может, хоть через художественную литературу дойдёт!

Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил ЛитСалона и Российского законодательства.


Пользовательское соглашение