Путеводитель по сайту Отличия ЛитСалона от других сайтов

Тот кто рядом.

Тот кто рядом.

Ранним летним утром женщина проснулась от головной боли. Это было уже не в первый раз. Одна и та же мысль посещала её в такие минуты: мне не нравиться моя подушка. И каждый раз эта мысль уходила куда-то на задний план, вытесняемая заботами по дому. Но в этот раз Ольга решила, во чтобы, то не стало, заняться подушкой. Какое-то внутреннее чувство подсказывало ей, что именно она является причиной головной боли по утрам. Накормив хозяйство, позавтракав, она решила не откладывать свою затею в долгий ящик. Устроилась под навесом. Там была тень, а впереди знойный день, и кто знает, сколько придётся, провозится с эти делом. Её любимица Джеси, так звали карликовую пекинес, крутилась у неё под ногами. Собачка была очень умной. Несмотря на свои маленькие размеры, она изо всех сил старалась изображать из себя очень даже злую охрану. Хозяйка всячески поощряла её смешные бойцовские порывы. Та, в свою очередь, всё принимала за чистую монету, и как верный оруженосец вышагивала рядом. Иногда она просто путалась под ногами. Её приплюснутый нос и огромные на выкате глаза, делали собачку настолько смешной, что ни о каком чувстве страха, при виде Джеси, не могло быть и речи. 
Вот и в это утро собачка не отходила от хозяйки. Она внимательно наблюдала, что та собирается делать с подушкой. Когда женщина поставила маленький стульчик и прислонила к нему мешок с перьями, собачка стала тщательно обнюхивать его. Ольга не обратила на это никакого внимания, продолжая свои приготовления. Она поставила сито, чтобы перетереть перья от крупной пыли, а потом, уже сложив в марлевый мешок, помыть их. Распоров перьевую наволочку подушки, она вытащила первую порцию пера и благополучно очистила её от мусора. Как только она собралась продолжить своё занятие, страшный визг издала её любимица. Пожалуй, это был даже не визг, а надрывный плач. Женщина бросила подушку и взяла на руки Джеси. Заднюю левую ногу собачки парализовало, она корчилась от боли. Ольга бегом заскочила в дом. Первая мысль, которая пришла ей в голову, поставить собачку под тёплый душ. И она не ошиблась. От горячей струи воды ногу отпустило, пекинес утихла, женщина вздохнула с облегчением.
Оставив собачонку в доме, женщина вернулась к своей работе под навесом. Она не знала, что происходило с Джеси потом, их разделяли стены, а вот у самой Ольги начали твориться чудеса, от которых ей стало не по себе. Вместо перьев из подушки она вытащила чёрные женские колготки, причём абсолютно целые. Их фасон и качество ткани говорили об их возрасте. Это была вещь восьмидесятых годов двадцатого столетия. Женщина стала вспоминать, чьими они могли бы быть, и откуда у неё эта подушка. Кровь прильнула к её голове. Конечно, эту подушку, а вернее две, в дом принёс её молодой супруг. Именно свекровь носила такие колготки много лет назад. Когда её сын женился, она была ещё молодой женщиной, ей было только сорок лет. И она любила наряжаться, не жалея на это не своих денег, не денег мужа. Он никогда не перечил её желаниям. В то время колготки считались роскошью в одежде из-за своей стоимости. Основная масса женщин носила чулки. Они были дешевле и реже рвались. Покупались обычно две одинаковые пары, и в случае чего можно было произвести замену одного чулка другим. Но свекровь Ольги никогда не экономила на себе. Для этого были муж и дети. Старший сын так и не дождался велосипеда, о котором мечтал с детства. А у дочери была одна единственная кукла, почему-то африканской наружности, и та была подарена какими-то родственниками. Муж никогда не претендовал на внимание и обходился тем, что раз в пятилетку появлялось в его гардеробе.
Ольга, недолго думая, решила сжечь эту подушку вместе с её содержимым. Она развела костёр, высыпала перья, сверху красовались злополучные колготки. Перья горели очень плохо, и женщине приходилось постоянно ворошить содержимое костра палкой. Когда, наконец, пламя добралось до колготок и охватило их, ужас охватил женщину. Чёрный дым столбом поднимался вверх, и едкий запах стал першить в её горле. Буквально одновременно с этим из гортани женщины раздался мужской голос. Он читал молитву «Отче наш», а ошеломлённая Ольга стояла и мелкая дрожь бежала по её телу. Колготки сгорели одновременно с окончанием прочтения молитвы. Женщина не могла придти в себя от страха. Она уже не стала смотреть на догорающие в костре перья, а бросилась бежать в дом. Пытаясь скрыться от всего этого в стенах своего убежища, она и не подозревала, что ждёт её там. Первая мысль, посетившая Ольгу, когда она переступила порог дома, это согреться чашкой чая. Женщину морозило и ей казалось, что спасение от такого неприятного состояния именно в чашке горячего напитка. Она направилась в кухню, подошла к шкафу с кружками, протянула руку, чтобы открыть дверцу и тут же отскочила в сторону. Сквозь стеклянную дверцу шкафа она увидела коричневых червяков, мирно лежащих на полочке рядом с посудой. Постояв минуту, женщина поняла, что они не живые. Ольга надела очки и собрав в себе все оставшиеся силы, открыла дверцу. И каково же было её удивление, когда она обнаружила не что иное, как стеклянные осколки в виде червей от французской небьющейся салатницы. Она буквально разлетелась по всему шкафу на мелкие кусочки – червяки. Женщина судорожно принялась собирать эти осколки, стараясь успокоиться.
Но мысль о том, что эта салатница стояла чистой и пустой, не давала ей расслабиться. Что могло произойти за то время, как она жгла костёр. В доме никого не было, шкаф был закрыт наглухо. Но самое главное, её любимица Джеси забилась под кровать и не выходила оттуда на призывы хозяйки. Собрав стеклянные останки и выкинув их в мусорное ведро, Ольга, всётаки, выпила чашку чая, и ей стало легче.
Жизнь пошла своим чередом. Женщина собрала все свои подушки и отвезла в церковь. На вопрос, почему она их привезла, она соврала. Ольга боялась, что над ней посмеются, или чего ещё хуже, примут за сумасшедшую. Поэтому она сослалась на то, что это подушки соседской бабушки, которая перед смертью просила отдать их в церковь. Новые подушки были сшиты ею самой из гусиного пуха, купленного неподалёку в селе. Куда она специально съездила со своим мужем. 
Прошло два года. Таким же жарким летом все спасались от палящего солнца кто как мог. Одни устанавливали кондиционеры в своих жилищах. Но получив вместе с живительной прохладой простуды и аллергии, проклинали их. Другие задраивали окна и двери на весь день, и только глубокой ночью раскрывали всё настежь, чтобы насладиться недолгой прохладой. С восходом солнца пекло вновь забирало власть в свои руки над этим маленьким южным степным городком. Ольга была одной из тех, кто спасался дедовским способом: наглухо занавешивала окна покрывалами до восхода солнца, окна открывала перед самой полночью, когда воздух достаточно уже остыл. Уснуть раньше всё равно было не возможно. Если от холода можно спрятаться под одеялом, то от жары спасения нет. Вот и в тот вечер женщина раскрыла окна настежь, когда приближалась полночь. Измаявшаяся от жары за день, она постояла у открытого окна пару минут. Свежий воздух окончательно сморил уставшую женщину, и она легла спать. Койка стояла рядом с окном, и прохлада сделала своё дело, Ольга погрузилась в сон. Сколько длилось это состояние облегчения, она не знает. Громкий плач её маленькой пекинес, который уже однажды она слышала, буквально пронзил сознание женщины. Сквозь сон Ольга стала звать свою любимицу, которая лежала на полу под открытым окном. Женщина с силой открыла свои тяжелые веки, желая взять собачку на руки. Но плач неожиданно затих, а перед сонным взглядом Ольги четко проявились два чёрных столба. Они висели в воздухе напротив её кровати. Женщина внимательно стала вглядываться в темноту. Она хотела, рассмотреть время на видеомагнитофоне, он стоял на тумбочке. Но левый столб загородил ей обзор, надо было встать с кровати. Но об этом не было и речи. Надвинув одеяло ближе к подбородку, Ольга была готова задохнуться от жары, только бы не видеть того, что предстало перед ней. Картина на самом деле была очень даже простой: на верху левого столба разместилась голова юноши, очень даже приятной наружности, восточной внешности с волнистыми волосами. На правом столбе не было никого. Его пустота пугала своей неизвестностью. Когда глаза женщины встретились с глазами юноши, то та от испуга натянула одеяло на голову и тут же провалилась в глубокий сон. Сколько прошло времени, она не знала, но когда она вновь открыла глаза, то на часах видеомагнитофона четко горели цифры: половина третьего ночи.
Ольга винила себя в трусости. Ведь у неё была возможность поговорить с этим человеком, или кто он там. Задать вопрос, почему правый столб пуст. Она была уверена, что ничего плохого он бы ей не сделал. Но в комнате уже никого не было. Джеси мирно посапывала около окна. 
Женщина долго жила под впечатлением той ночи. Она много раз осмысливала всё, что с ней тогда произошло. Но самое главное, образ юноши ей казался таким знакомым, а его взгляд тёплым и добрым. Но ничего ясного не приходило ей на ум. Но она точно знала, что это было наяву, а не во сне. Ведь в первый раз она не смогла увидеть показания часов, а после того, как проснулась вторично, цифры горели ярко. Она стала успокаиваться, стараясь забыть эту ночь. Уговаривала сама себя, что возможно в чём-то ошибается. Но плач собаки, ведь она его точно слышала. И сквозь сон звала её по имени, и только когда она открыла глаза, он затих.
Как бы там не было, но она решила обо всём забыть. Но не тут- то было. В её городе тогда была только одна церковь. И в ту женщина старалась не ходить. Неуютно там она себя чувствовала. Однажды возвращаясь со службы, по дороге домой она встретила знакомую женщину. Та была долгожительницей этого городка, а Ольга переехала сюда сравнительно недавно. Разговорившись, попутчица не советовала ей ходить в этот храм. Она и все её знакомые посещают храм в большом городе, что был расположен по соседству. Причины были разные, о которых не стоит, и писать, ведь это только слухи. Но Ольга не стала испытывать судьбу, и тоже наладилась ездить в соседний город в Успенский храм, благо это было не так уж и далеко. И там её душа просто парила под куполами церковного мира. Она знала, что в этом столичном городе храмов много, но этот ей казался самым прекрасным, и она даже не помышляла о том, чтобы пойти в другой. Однажды вечером дочка сообщила, что у неё на работе женщины очень тепло отзывались о маленьком Крестовоздвиженском приходе. Они рассказали ей, что он был разрушен в советское время. От него осталась небольшая часть здания. Служители разместили там алтарь и люди ходят молиться, как и их предки когда-то. Силами прихожан храм восстанавливается в его первозданном виде. Но пока он весь в строительных лесах. В один из воскресных дней Ольга решила сходить туда. Она с трудом отыскала храм. Он разместился внутри многоэтажных домов. Вернее они выросли вокруг него лесом кирпичных стен. А поскольку храм ещё только восстанавливался, и купола его ещё не выросли, чтобы миряне могли их видеть, заметить его было невозможно. Женщина прошла через двор и поднялась по ступенькам. Дверь в храм была открыта и она свободно вошла вовнутрь. Первое впечатление было, что она попала в сказку. Небольшой зал был уютно устлан большими яркими шерстяными коврами. Ольга с опаской ступала обутыми ногами по ворсу, опасаясь, можно ли там ходить. Прихожан не было. С лева за стойкой, на которой были разложены свечи и иконки, сидела женщина. Она с приветливой улыбкой пригласила войти, предлагая свою помощь. Ольга купила свечи и пошла к алтарю. Он был не высоким, но весь из деревянной резьбы. Иконы находились в кружеве замысловатых рисунков. По кругу небольшого зала стояли и висели иконы, и они тоже утопали в деревянных кружевах. Только металлические подсвечники напоминали о том, что ты в церкви, а не в музее. Лики святых как-то по-особенному тепло смотрели в своих узорчатых обрамлениях. 
Пока Ольга рассматривала всё и ставила свечи, её взгляд находился на уровне алтаря. Когда же она повернулась и пошла на выход, мысль о том, что она не рассмотрела потолочное пространство, остановила женщину. Повернувшись и подняв глаза вверх, она застыла в изумлении. На неё в упор смотрел юноша, голову которого она два года назад видала на чёрном столбе в своей спальне. Ольга застыла в оцепенении. Она смотрела и не верила, что это происходит с ней. Но она по-прежнему не знала кто он. Медленно, боясь спугнуть свой сон повторно, она подошла к женщине за стойкой. На вопрос, кто изображён высоко над алтарём, та ответила, что это Иисус в отрочестве. Настоятель их церкви был в Иерусалиме, где ему и подарили этот гобелен. Она уточнила, что выткали всего два таких образа, один из них и был дарован этому приходу. 
Придя домой, Ольга долго размышляла о том, что видела. Задавала и отвечала сама себе на множество вопросов. Но так и не простила себе того, что не спросила в ту ночь, для чего он приходил к ней, и почему столб, справа, был пуст. Много ещё чего предстояло пережить этой женщине после этой встречи с отроком Иисусом. Но она была уверена в одном, что на всё это ей были и будут даны силы свыше.


 

 

 

Нравится
19:20
225
© Вера Лукина
Загрузка...
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку своих персональных данных.
Нет комментариев. Ваш будет первым!

Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил ЛитСалона и Российского законодательства.

Пользовательское соглашение