Путеводитель по сайту Отличия ЛитСалона от других сайтов

Течение Нижнего Амура. Повествование в стиле блюз. V.7. В березках клумбы стланика

Течение Нижнего Амура. Повествование в стиле блюз. V.7. В березках клумбы стланика

ВЛАДИСЛАВ ЗУБЕЦ

ЧАСТЬ V. ПРОШЛИ ЭШЕЛОНЫ

 

V.7. В березках клумбы стланика

 

 

Движение и вправду прекратилось. Ухта закрыта мелочью набитых треугольников.

 

Конечно, шевеления, но сдвинутся без зрителя. Опять провизия:

 

– Наш магазин закрыт…

 

Есть только щуки, подарок Ивана. Вынул одну –

 

– Еле руки отмыл?

 

Нет уж, пойду! Никогда не бывает, чтобы ничто не вмешалось.

 

Ботфорты – атрибут весеннего Кольчема. КИрдный запас полагается складывать. И, напустив на колени излишки, станешь как юнга в таверне.

 

Да, «Эспаньола»! Так дочка Дерсу – шла мимо нас:

 

– Разворачивай парус…

 

Те юниоры недаром смеялись:

 

– Надо ровнее насупливать?

 

Пышность мхов и трава под водой. Провода до земли и укосины –

 

– И ручьи с Чайных гор…

 

И покой неолита. И привычная ясность без мыслей.

 

Тайга уже бесснежна:

 

– Таять нечему…

 

Но это здесь, а есть еще предгорья:

 

– И сами Чайные…

 

Я расправлял ботфорты, привязывал тесемочками к поясу.

 

Возможно, без Кольчема я так и не узнал бы, что каждый день принадлежит тебе.

 

Что каждый день глава некой поэмы – в трехдольных ритмах –

 

– Здешнем достиженье…

 

Пират гоняет птиц, Лемож – все больше рядом:

 

– И эхо разговоров гуляет в коридоре…

 

Вот только что вернулось «э-хе-хе», минуты две назад Леможем изреченное.

 

Сам ледоход как будто отодвинут? Болотные багульники – давно вместо брусник.

 

Зеленые и новые:

 

– И пахнут незнакомо?

 

Хотя пикантность вроде ощущается.

 

И я в ответ Леможу:

 

– Э-хе-хе!

 

И – головой в ручей:

 

– Рассматриваешь дно…

И на лице отмытом отразится – полет гусей над светлою тайгой.

 

 

Как гнутся линии? Строй в основном неправильный:

 

– Асимметричный, низкий над тайгой…

 

И почему-то к Чайным дорога их небесная – что к ночи, что сейчас:

 

– Да, почему-то к Чайным…

 

И вот метла из серии «трагических листвянок». Скорей всего, и ей досталось от Дракона, не пощадившего – поющие столбы, укосы, крестовины и растяжки.

 

Еще залив, где брошенный баркас. Последний мыс:

 

– Задворки мастерских…

 

Ползучая расправа с неолитом:

 

– Давай-давай…

 

Потом придут другие…

 

Но срубы все-таки? Наличники покрашены:

 

– Тут все же не Кольчем…

 

Не знаю, почему – Кольчем всегда отсюда поникший и пугающий. Его очарование тут как-то пропадает.

 

Проходы меж заборами –

 

– Сушила…

 

За руку кто-то трогает? Не глядя, знаю кто. И вот Ухта – на удивленье чистая.

 

Откуда льды в Кольчеме, непонятно.

 

И мы идем на почту по мосткам:

 

– А солнце!

 

А залитые луга? Ивняк обозначает, где протоки. И ветер на мостках нас поддувает.

 

Деньжат мне подвалили. В магазине – ковбойский шик:

 

– Слона и два лимона!

 

Дают индийский чай и кислоту в пакетиках. Что нужно для сухарницы, консервы.

 

Всем обществом позавтракали здесь же:

 

– У околицы саксофон поет!

 

Ну и опять – укосы, крестовины. Метла из серии трагических листвянок.

 

Хотел подкараулить, когда начнут свое. Конечно, пропустил:

 

– На то и есть волшебство…

 

Волшебство отрешенья? Волшебство неолита, которому легко тут поддаешься.

 

Но многого уже не узнаю. Пусть буйство мхов, но тут еще вигвамы. Конечно, муравейники, но, правда, как вигвамы. Специфика:

 

– Иначе бы – на сваях?