Путеводитель по сайту Отличия ЛитСалона от других сайтов

Старый рояль

Старый рояль

         За окном бывшего дома культуры жизнерадостно щебетали птахи, радуясь наконец-то пришедшему теплу. А здесь, в полумраке зрительного зала стояла такая тишина, что было слышно возню мышей, устроивших под истёртым паркетным полом настоящее мышиное общежитие. Первоапрельский солнечный лучик с любопытством протиснулся между неплотно прикрытыми ставнями и, скользнув по выцветшей боковой шторе, весело спрыгнул на старый рояль, который, казалось, дремал на сцене в тени занавеса.

         Но рояль не спал. Он оживлял в памяти былые дни, выбирая из них самые яркие. Да, ему было что вспомнить. Когда-то очень давно его привезли сюда издалека, кажется, из Германии. Потому что, тогда ещё совсем молодой вихрастый концертмейстер Вадик, подняв крышку клавиатуры, восторженно воскликнул:

         - Ух, ты! Глядите - настоящий немец, "Ван Хоффманн"!

         Он быстро подвинул к роялю стул и пробежался по клавишам умелыми пальцами.

         - Вот это звук! – снова восхитился Вадик. – Просто хочется играть и играть…

         Рояль от удовольствия едва не зарделся, словно красная девица, но вовремя вспомнил, что ему никоим образом не положено проявлять эмоции, кроме как чистым и стройным звучанием. И он старался, чтобы каждая нота была самим совершенством.

         С тех пор роялю не приходилось скучать. Ах, как ему нравилась такая жизнь. Он постоянно был в окружении музыкантов, каждый хотел его потрогать, погладить. К нему прислушивались. Его любили.

         Днём рояль вместе с заведующей домом культуры Валентиной Михайловной терпеливо учил детишек музыке. А по вечерам он играл в самодеятельном вокально-инструментальном ансамбле. Конечно, музыканты были, может быть, и не очень профессиональные, зато искренние и весёлые.

         Иногда в дом культуры по особым праздникам приезжали столичные знаменитости. Это были настоящие мастера – не чета самодеятельности. Правда, играли они в основном классическую музыку, а роялю больше нравился джаз. Но зато как играли! Порой роялю казалось, что у него от восторга даже мурашки по струнам бегают…

         Поздними вечерами, когда уже заканчивались концерты и репетиции, в зале выключали верхний свет и оставляли его только на сцене. Тогда Вадик садился к роялю и начинал играть джазовые композиции собственного сочинения. Роялю они очень нравились, впрочем, как и хористке Зиночке, ради которой, собственно говоря, Вадик и старался. Она стояла рядом с Вадиком, опираясь локотками на верхнюю крышку рояля, и смущённо улыбалась. А Вадик улыбался ей. Так они долго улыбались друг другу, а потом поженились. Рояль не возражал. Зиночка ему тоже нравилась, и он был рад за Вадика. Правда через некоторое время у молодожёнов появились дети, и они стали всё реже наведываться в дом культуры.

         С тех пор прошло много лет, и всё изменилось. Почему-то прекратились отчётные концерты. Столичные знаменитости перестали приезжать. Да и самодеятельностью уже давным-давно никто не занимался. Рояль слышал от кого-то, что нынче все сидят в каком-то интернете, и в дом культуры никого силком не затащишь. Это его печалило.

         Постепенно сюда совсем перестали приходить. Дом культуры пустовал, и на рояле уже никто не играл. У него начала западать клавиша "ля" второй октавы. А "фа-диез" первой и вовсе скрипела. Да и струны ослабли, и безбожно фальшивили. А настройщик всё не шёл…

         Неожиданно где-то в отдалении хлопнула дверь, послышались голоса и звуки приближающихся шагов.

         Рояль настороженно замер в ожидании.

         Отворилась дверь в конце зала, и в залитом солнечным светом проёме появились двое – мужчина и женщина. Они прошли по центральному проходу между рядами пустых кресел и поднялись на сцену. Мужчина раздвинул боковые занавеси, а женщина включила единственную уцелевшую лампочку. Они подошли к роялю.

         Проведя ладонью по крышке, женщина стёрла пыль и облокотилась на очищенную поверхность.

         Мужчина осторожно сел на скрипнувший под его тяжестью стул и открыв клавиатуру, уверенно пробежался сильными пальцами по клавишам.

         - Ну, здравствуй, приятель, - произнёс он.

         От неожиданности рояль едва не вздрогнул. Он узнал голос Вадика. Правда, выглядел тот уже не так, как прежде. Погрузнел, седина щедро укрыла голову, да и глаза теперь уже глядели сквозь слегка дымчатые стёкла очков. Но всё равно это был Вадик. А женщина… неужели это Зиночка?

         Старый рояль обомлел от радости. О нём вспомнили те, кого он любил больше всех! Они пришли к нему… эх, а он совсем расстроенный и даже не может ничего им сыграть без фальши… Вспомнив об этом, рояль совсем запечалился, и, наверное, поэтому не сразу понял, о чём говорят. А когда прислушался, то не поверил собственному счастью.

         - Давно пора было этим заняться, - говорил Вадик. – В горсовете обещали дать добро на открытие джаз-клуба в здании бывшего дома культуры. Да и друзья в стороне не останутся.

         - Конечно, - поддержала Зиночка. – Строительная фирма Серёжи, ну, который на саксофоне играл, с ремонтом поможет. Он обещал, когда узнал об идее создания городского джаз-клуба.

         - И Хоффмана отреставрируем, - уверенно добавил Вадик, бережно погладив клавиши. – Он ещё так звучать будет, что и в столице позавидуют!

         "Это он обо мне…" – с теплом подумал рояль. – "Ну, что ж, потерпим ещё немного, а уж потом тряхнём стариной на всю катушку!"

         Жизнь выходила на новый виток, и она была прекрасна.

Нравится
15:25
34
© Анатолий Валевский
Загрузка...
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку своих персональных данных.
Нет комментариев. Ваш будет первым!

Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил ЛитСалона и Российского законодательства.


Пользовательское соглашение