Путеводитель по сайту Отличия ЛитСалона от других сайтов

Прозрения бывшего олигарха

Прозрения бывшего олигарха

Не собирался комментировать переписку Улицкой и Ходорковского, но передумал и решил высказаться хотя бы кратко, ибо ощутил себя, в некоторой степени,   в положении узника. А по возрасту - почти ровесник, но не единомышленник, Улицкой. Мне ближе и понятней мировоззрение бывшего олигарха, его разнообразный и насыщенный опыт по сравнению с опытом писателя и биолога: слишком уж однозначно, прямолинейно, дистиллировано представлен он в изложении автора.Допускаю присутствие иллюзии, характерной для пишущих людей, своеобразной аберрации, неизбежной в восприятии прошлого. Но нахожу, что  старательно упакованная в тактичную и уважительную оболочку назидательность со стороны старшего, не выдерживает серьёзной критики и местами просто смешна.

Не скажу, что переписка чересчур актуальна и увлекательна, но - показательна, это уж точно. Авторы обсуждают старый-престарый вопрос, который уже 200 лет, со времён декабристов, мусолит наша интеллигенция: а почему ты не такой, как я? почему стоишь напротив, а не рядом? Ответ, правда, такой же простой и неоспоримый: а почему я должен идти рядом с тобой? У меня своё направление. Но ответ не воспринимается оппонентом, так как он свою позицию выдаёт за единственно возможную и приемлемую. В эпистолярном диалоге явно проступает намеренно заложенный подтекст, присутствует довольно чётко обозначенный пример со стороны писателя: я думала вот так, я поступала так-то, и в моё время это была самая правильная линия. Улицкая взяла на себя роль вопрошающей, роль наставницы-гуру в этом мягком, очень доброжелательном разговоре. Но получилось так, что роль учителя перешла к младшему и вопрошаемому. Ходорковский дал писателю запоминающийся урок непредвзятого понимания жизни, обосновал смысл личной позиции. А позиции у них противоположные. Улицкая испытывала "отвращение к советскому строю", у неё, институтской девочки, было чисто литературное отношение к советской действительности, внушённое Оруэллом и Солженицыным. Она дружила с диссидентами, но не решилась ("животный страх") примкнуть к ним прктически. Ей была ненавистна система, и она жила с убеждением, что внутри неё всё отвратительно и мерзко. Она придерживалась идеологии не шестидесятников-современников, а тех, далёких шестидесятников 19 века: раз плоха система, то никуда не годно всё в ней: люди, порядки, занятия, необходимо сломать этот порочный строй и выстроить новый, совершенный.

А Ходорковский смотрит и судит под другим углом зрения, он не наблюдатель, а участник и чувствует себя частицей советского строя. Как миллионы ровесников, он проходит безболезненно все положенные ступени: школа, институт, комсомол, научная работа, завод. Он органично дышал советским воздухом, ел советский  хлеб, вынашивал советские мечты, занимался советскими делами и искренне служил той родине: " Не было у нас диссидентов вообще". Что же тут предосудительного? Почему непременно надо было  быть противником системы и бороться против неё? Вообще-то, строго говоря, таких была горстка и никакого влияния на народ они не оказали, остались героями-одиночками. Во все времена существует другая необходимость: быть честным гражданином независимо от состояния и направленности среды, исполнять свой личный долг в обществе (сразу вспоминается Чехов). "Важны только свои поступки и духовные причины, вызывающие их", - напоминает Толстой. Женщине как-то не приходит на ум  эта простая установка, по которой живёт подавляющее большинство людей.А Ходорковский научился трудному искусству самостояния: "Никогда не изменял своей позиции под давлением силы".Он оставался несгибаемым на всех уровнях, вплоть до самых высоких, прошёл испытание колоссальным богатством и не переродился. И повсюду он находил и встречал "совсем не плоских", а замечательных и достойных уважения людей - он приводит их имена и тепло отзывается. Они поощряли и помогали молодому специалисту на всех этапах, он сам помогал и выручал людей в трудной жизненной ситуации - при чём тут "ненавистный" строй?

В переписке Улицкой и Ходорковского в центре оказалась оценка ушедшей советской действительности. Прозаик характеризует её стереотипно, узко, неприязненно; человек в тюрьме -объёмно, многозахватно, сочувственно, он избегает злобных выпадов и крайностей. Кто же прав, неужели нельзя выбраться из круга субъективизма? Можно, если иметь панорамное зрение, видеть свет и тени, верх и низ, дурное и отталкивающее. Улицкая гордится тем, что не пошла защищать Белый дом в 91-м, а её корреспондент, напротив, относит эти дни к лучшим в своей жизни, без смущения признаётся, что Ельцин был его идеалом. Он даёт удивительно верную характеристику первого президента - "русский царь со всеми его плюсами и минусами". Точнее не скажешь. Неограниченный партийный владыка не мог и не умел по другому управлять  государством, заняв высший пост, и о подлинной дкмократии имел весьма смутное представление. Демократию способны создать только свободные люди, но их в России 90-х не было - ни вождей, ни народа, и Ходорковский правильно разделил вину на всех.

Вот так и получилось, что в своих письмах он не оправдывается, не обходит острые и колкие вопросы, не отводит вежливые упрёки, а так же уважительно и спокойно вразумляет одного из лучших писателей современной России и учит его объективности, исторической правде и благодарности. А правда не может быть урезанной, общипанной, она всегда мнолослойна и сложна. Заключённый тоже читал в молодости Солженицына, но видел уже другой социализм, без лагерей и массовых репрессий. Поэтому он не колебался, принимать или ненавидеть, а вошёл в социализм так, как садятся в поезд и едут до станции назначения. Такие люди, дай им волю и власть, сумели бы и реформировать общество с его огромным потенциалом: оно не было обречено, как пытаются нас уверить его корыстные могильщики. В истории не существует заложенная обречённость, если люди следуют путём непрерывного развития, противопоказан лишь застой и остановка. И Улицкая вынуждена была признать, что её понимание социализма было ущербным и искажённым - поздновато. Ведь она сознательно поставила себя в положение отщепенца, а молодой инженер был действующим лицом и захвачен полнокровной деятельностью. Люди широкого жизненного диапазона не могут быть только апологетами и только хулителями общественного строя, они по необходимости воплощают в себе все его достоинства и недостатки. Тако в и наш герой. Именно советская эпоха сформировала из него  деятеля с социальным мышлением и социальной ответственностью, именно она вознесла молодого человека на вершины, с которых он смело шагнул в пучину русского капитализма. Это вынуждена признать и Улицкая. Она не поняла одного, а Ходорковский понимает прекрасно: социализм погиб не в силу своей безжизненности и искусственности - это слишком наивно и схематично. Он погиб от расползающегося цинизма и рвачества. Пример подавала разлагающаяся партийно-хозяйственная верхушка, а массы быстро усвоили "новый" стиль существования. Так произошла трансформация России советской в Россию буржуазную, и самую злую шутку с преуспевающим богачом вытворила не Советская власть, а новая, родная по капиталу, становлению которой всеми силами своей недюжинной натуры способствовал олигарх.

Слишком поздно задумался Ходорковский,  с 98 г.,  о природе и направленности новой власти, а когда задумался, то по врождённой порядочности начал действовать.... и быстро оказался в неволе, стал просто з/к. А не менее талантливая писательница  и проницательный психолог  очутилась в желаемой антисоветской среде и стране, чтобы писать симпатичному диссиденту-миллионеру. Каждому - своё, этой древней заповеди мудро и неуклонно придерживается нынешняя власть.

Есть у Ходорковского и заблуждения, перехлёсты, новые иллюзии. Он запальчиво провозглашает, что "идея коммунизма ушла", отождествив коммунизм с "наглым бюрократическим тоталитаризмом". Идея прекрасного будущего без войн, ненависти и стяжательского безумия никогда не уйдёт и будет вечно согревать человечество - называйте её как хотите. Напрасно позиционирует он себя как не революционера, ибо являлся самым активным и заинтересованным участником политической  и экономической революции начала 90-х. Да и нельзя без революций, их взывает к жизни грозная поступь истории, которая не терпит над собой насилия и произвола. И гадости не обязательно придумывать  про отечество. У гражданина есть право и обязанность говорить правду, как бы горька она ни была.Помните Чаадаева? Его как раз обвинили в этих самых "гадостях" , а он всего лишь называл вещи своими именами, за что и удостоился диагноза "помешательство". Первый, но не последний. Он видел в своих прорицаниях историческое призвание (см. вышеизложенное).

 

Нравится
11:15
81
© НЕЗЛОБИН
Загрузка...
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку своих персональных данных.
Нет комментариев. Ваш будет первым!

Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил ЛитСалона и Российского законодательства.

Пользовательское соглашение