Путеводитель по сайту Отличия ЛитСалона от других сайтов

Пробуждение. 24. На земле. 22 декабря 1997 года. 9.55. В прокуратуре.

     В этот самый короткий зимний день к следователю прокуратуры Пригородного района Лавченко напросился на приём новый адвокат Игоря Синюгина, одного из подозреваемых в умышленном убийстве. Прямых улик против Синюгина не было, только косвенные. Адвокат должен был прийти через десять минут. В ожидании его следователь размышлял о художнике, которого убили в начале осени, но тогда поступила команда списать всё на самоубийство, и уголовное дело открывать не стали. Что он, следователь прокуратуры мог сделать в этой ситуации? Только выполнить приказ. Иначе увольнение. Очень многие улики говорили о том, что художник был убит. Но не идти же ему против всей системы? Художника не вернёшь, а в глазах руководства Лавченко должен был зарекомендовать себя как исполнительный подчинённый, чётко выполняющий приказы начальства, не рассуждая об их законности. Иначе – конец карьеры.

      В первый год работы его ещё мучила совесть, он чувствовал себя виноватым от того, что приходилось делать обвиняемыми явно невиновных, а настоящим преступникам он помогал избегать наказания. По приказу сверху. Такое сейчас время. Один следователь не в силах изменить всю систему правосудия. Попал в волчью стаю, по-волчьи и вой, вспомнил Лавченко утешающую поговорку. В систему надо вживаться и пользоваться её положительными и отрицательными сторонами, иначе она тебя сомнёт и выплюнет. И своё служебное положение нужно использовать не во вред своему материальному. Художник никак не вписывался в современное общество, поэтому и погиб.
     В дверь постучали.
    - Войдите! – как бы устало проговорил прокурор. Стук отвлёк его от неудобных мыслей о художнике, которые почему-то часто посещали прокурорского работника, и Лавченко обрадовался тому, что посетитель пришёл на три минуты раньше. Вошедший отрекомендовался:
    - Олег Иванович Скворцов, адвокат подозреваемого Синюгина. Вот мой договор с родственниками подзащитного об оказании ему юридических услуг.
    Следователь предложил вошедшему посетителю присесть. Потом адвокат спросил, не согласится ли следователь ознакомиться с новыми данными, подтверждающими невиновность Синюгина. Лавченко согласился. После этого адвокат расстегнул портфель и выложил на стол пачку стодолларовых банкнот в банковской упаковке.
    - Да, это очень веские аргументы, - спокойно заметил следователь, при этом он достал из лежащей на столе синей папки заготовленный ранее документ об освобождении от уголовного преследования, передал его адвокату, - можете ехать в пятую колонию и забрать своего подзащитного.
     Адвокат положил документ в портфель, а следователь изящно смахнул пачку долларов в открывающийся ящик стола. В это время дверь кабинета распахнулась, и в кабинет вошли посетители. Это был прокурор Пригородного района и сотрудники Федеральной Службы Безопасности. Чуть раньше их вошли четыре бойца в бронежилетах и с автоматами. Следователь всё понял.
     - Отлично, капитан! – старший из сотрудников ФСБ пожал руку Олегу Ивановичу. - портфель с видеокамерой вам уже не нужен, мы его забираем. А здесь сейчас начнётся неизбежные и утомительные следственные процедуры. Вы можете быть свободны!
    - Служу Отечеству! – ответил Олег и вышел из прокуратуры на улицу имени поэта девятнадцатого века, погибшего на Кавказе. Отойдя от здания, он достал устройство, только внешне повторяющее облик мобильного телефона, выдвинул антенну и нажал кнопку вызова. Получив ответ, произнёс:
   - Здравствуй, Вера! Наш план осуществлён. Следователю после известных процедур предстоит увлекательнейшая поездка в Нижний Тагил лет на десять. На свою работу он уже не вернётся. Его начальника, прокурора Пригородного района снимут с работы в начале года. Об этом позаботятся журналисты. А против Синюгина у них ничего нет, парня отпустят. Его брали исключительно для того, чтобы получить «отпускные». Я понимаю, что мы не должны подменять местные органы землян, но иногда это так приятно! Как увлекательное хобби. А следователю Лавченко судьба дважды посылала испытания в праведности. Он их не выдержал. Очень хотелось передать этому правоохранителю привет от Вадима, но я, конечно же, сдержался. До встречи, Вера! И нашему художнику – большой привет!
     В коридоре следственного изолятора Лавченко почти лицом к лицу столкнулся с с уже ни в чём не подозреваемым Синюгиным. Они как бы поменялись ролями. Теперь следователь был в наручниках, а Синюгин – свободным. Лавченко не знал тогда, что через два года будут отправлены в отставку прокурор региона, а потом и два его заместителя, которые отдавали приказы замять дело о гибели художника. Судьба не отменяет свой приговор, а лишь иногда задерживает его исполнение по каким-то не всегда понятным причинам. А причина в действии законов высшей справедливости. Здесь неотвратимость работает без сбоев.

 

Нравится
15:15
92
© Кудренко Владимир Константинович
Загрузка...
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку своих персональных данных.
Нет комментариев. Ваш будет первым!

Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил ЛитСалона и Российского законодательства.

Пользовательское соглашение