Путеводитель по сайту Отличия ЛитСалона от других сайтов

Отныне и до века - 18

Отныне и до века - 18

Глава восемнадцатая о несчастном случае

     В темноте прозвенел будильник на мобильнике. Подъём! Влад открыл глаза: " Эх, хоть бы раз
выспаться всласть без противного дребезжащего сигнала!"
Но телефон и не думал успокаиваться, звонил дежурный из отдела :
- Владислав Михайлович, Вам приказ от полковника. Не нужно ехать на рабочее место- Вас ждут на
территории швейной фабрики - вахтёр обнаружил труп.
Влад чертыхнулся:
- После работы не придёшь домой вовремя, дома занимаешься чёрт знает чем. Дневники какого-то
белогвардейца читаю, вместо того, чтобы хоккей смотреть, а теперь и утром беги на место преступления.
И в расстроенных чувствах лейтенант направился на встречу с новой жертвой. Возле погибшего уже
хлопотали криминалисты. Врачи курили в сторонке, они уже определили причину смерти Сан Саныча -
подскользнулся на насте, неловко упал и пропорол ножницами сонную артерию. Умер от большой
кровопотери. Никаких следов борьбы или нападения вокруг не было - хотя ночью прошёл снег и, если бы
оставались  улики, то уже ничего не найти, как и невозможно определить, сколько же крови потерял
мужчина? Тело отправили в морг, патологоанатом подтвердил удивительную версию гибели мужчины, о
чём сообщил Владу по телефону, когда тот уже трясся в электричке,
идущей в Москву, на встречу с певицей Жанной Петровской.
Услышав заключение, Егоров облегчённо вздохнул - хоть здесь не нужно ничего расследовать, но ,может,
жена Мишина  расскажет , в чём причина гибели двух друзей и что за женщина на фотографии в старинных
жемчугах, а самое главное - куда подевалось это ожерелье?
Жанна Владимировна согласилась побеседовать со следователем в обеденный перерыв.
Недалеко от театра оперетты в уютном кафе  Влад назначил встречу талантливой певице.
Он ожидал увидеть шикарную женщину в золоте и мехах, а к нему за столик подсела худенькая женщина  
в джинсах и в курточке из искусственного меха. Приглядевшись, мужчина заметил на её лице аккуратно
замазанный тональным кремом синяк под глазом.
- Ну, да, - сказала певица, глянув на старое фото,- это моя бабка, урождённая  Екатерина Потоцкая, а это
ожерелье досталось мне по наследству, но муж- сквалыга его у меня украл. Вы его, случайно, не нашли?
Егоров отрицательно покачал головой.
- А расскажите, откуда у Вашего мужа такое богатство: валюта, золото? - поинтересовался следователь.-
- Так догадаться - просто простого, - сказала Жанна,- по  лекалам Сан Саныча  кроили джинсы, а из
остатков шили дополнительные, неучтённые.
- А кто шил? - поинтересовался Влад,- вся бригада что ли?
- Да Вы что? Сарафанное радио сразу бы донесло, Нелька и шила, и другие  "обязанности" исполняла.
- А что Вы расскажете о судьбе своих родственников?
- Что я знаю? Только то, что прочла в дневнике деда и от рассказов отца.
Дед погиб в Турции - застрелился, дневник свой передал в Россию. Петровская  Екатерина вскоре
заболела чахоткой и умерла, а сына забрала в свою крестьянскую семью кормилица. Так чудом  остался
мой отец живой, вырос, женился на обычной крестьянке, моей матери,- при этих словах Жанна
поморщилась, но мы, две сестры,  выросли возле коровы. Я  благодаря своему голосу  "вышла в
люди", а сестра  вышла замуж, родила Женьку, а когда её муж бросил - спилась и умерла.
- Дневник Вашего деда у нас, по возвращении ( при этих словах Жанна вздохнула) Вы получите его.
На этом разговор был закончен, а дома  Влад дочитал  исповедь Николая Петровского, в которой офицер
рассказал  о революции в Петербурге, о массовых расстрелах бывших офицеров в Москве, о его борьбе с
проклятыми большевиками в составе Армии Врангеля, о его бегстве через Чёрное море в далёкую Турцию.
Последняя запись 14 ноября 1920 года гласила:
-  Я принял решение! Прости меня, мой светлый ангел, прости меня, мой любимый сын,
которого я не видел и никогда более не увижу! Я ухожу из этой жизни, потому что
оказался никому не нужен на этой грешной земле.
Рано или поздно я погибну или из-за нищеты, или от  руки какого- нибудь краснопузого солдата.
Будьте счастливы, мои дорогие,  живите долго и радостно, вспоминая Николая Петровского, честного и
преданного патриота!
Катенька, жена моя, позаботься о маменьке, пусть её последние дни будут согреты  твоим теплом заботы и
участия.
Помнишь, как мы с тобой любили читать стихи Константина Бальмонта?

Ты — шелест нежного листка,
Ты — ветер, шепчущий украдкой,
Ты — свет, бросаемый лампадкой,
Где брезжит сладкая тоска.

Мне чудится, что я когда-то
Тебя видал, с тобою был,
Когда я сердцем то любил,
К чему мне больше нет возврата.

Нравится
18:05
113
© Любина Наталья Петровна
Загрузка...
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку своих персональных данных.
Нет комментариев. Ваш будет первым!

Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил ЛитСалона и Российского законодательства.

Пользовательское соглашение