Путеводитель по сайту Отличия ЛитСалона от других сайтов

ОТ ЧЕГО ОТКАЗАЛСЯ ЕСЕНИН-37

ОТ ЧЕГО ОТКАЗАЛСЯ ЕСЕНИН-37

ОТ ЧЕГО ОТКАЗАЛСЯ ЕСЕНИН

Литературный анализ

(Продолжение)

Мы уже упоминали в нашем анализе стихотворение «Мир таинственный, мир мой древний» (начало 1922 г.), страшное обличение революционной жестокости, бьющей обухом по крестьянству, основному населению Руси-матушки. И отметили тогда предвидение в этом диком явлении не только волюнтаристской воли большевиков, но и подлинной, коренной причины, являющейся сутью всех искажений надвигающейся цивилизации — безумный отход людей от Божьих заповедей, нравственных традиций, откровений Истины. Однако, за семь лет до этого, Есенин, как подлинный русский классик (а имена их мы называли выше), проник в тайны тайн общественного развития вот в этом небольшом стихотворении «Город»:

Храня завет родных поверий —
Питать к греху стыдливый страх,
Бродил я в каменной пещере,
Как искушаемый монах.
Как муравьи кишели люди
Из щелей выдолбленных глыб,
И, схилясь, двигались их груди,
Что чешуя скорузлых рыб.
В моей душе так было гулко
В пелёнках камня и кремней.
На каждой ленте переулка
Стонал коровий рёв теней.
Дризжали дроги, словно стёкла,
В лицо кнутом грозила даль,
А небо хмурилось и блёкло,
Как бабья сношенная шаль.
С улыбкой змейного грешенья
Девичий смех меня манул,
Но я хранил завет крещенья —
Плевать с молитвой в сатану.
Как об ножи стальной дорогой
Рвались на камнях сапоги,
И я услышал зык от Бога:
«Забудь, что видел, и беги!» (1915) 

Как видим, это предсказание о том, как безбожный, развращённый город гибельно воздействует на души, даже старающиеся не нарушать завета крещения. Сначала активное сопротивление всем проделкам сатаны, для которых многолюдный город отменное поле деятельности, потом наступает искушение, а потом сомнение в вере и отход от неё (Сергей как будто со своей судьбы списывает это). Так вот. Чтобы многоступенчатое падение не настало, Господь и говорит начинающему горожанину: «Забудь, что видел, и беги!» Сергей этого зыка не сразу расслышал, но расслышал-таки и, сердечно раскаявшись, смертный свой грех искупил.

Вот великое пророчество молодого поэта. Конечно, пришло оно не без подсказки Библии. Но ведь чтобы такую подсказку услышать, нужно было горячо захотеть услышать, а значит идти навстречу подсказываемой Истине. Все читают про городской разврат в Книге Книг, глаза у них есть, да не увидели, уши есть, да не услышали. А Есенину дано было и увидеть, и услышать — много думал об этом, и ответ получил, и предвидением щедро поделился.

Перечисляя свойства пророчеств, я не назвал их особенность быть разнообразными не только тематически, но и формально, то есть предсказания могут становиться афоризмами, небольшими и большими произведениями и даже книгами, такими, как библейские книги пророков или романы и поэмы великих писателей. К средним по форме отнесём вот это есенинское стихотворение.  

Проплясал, проплакал дождь весенний,
      Замерла гроза.
Скучно мне с тобой, Сергей Есенин,
      Подымать глаза...

Скучно слушать под небесным древом
      Взмах незримых крыл:
Не разбудишь ты своим напевом
      Дедовских могил!

Привязало, осаднило слово
      Даль твоих времён.
Не в ветрах, а, знать, в томах тяжёлых
      Прозвенит твой сон.

Кто-то сядет, кто-то выгнет плечи,
      Вытянет персты.
Близок твой кому-то красный вечер,
      Да не нужен ты.

Всколыхнет он Брюсова и Блока,
      Встормошит других.
Но всё так же день взойдёт с востока,
      Так же вспыхнет миг.

Не изменят лик земли напевы,
      Не стряхнут листа...
Навсегда твои пригвождены ко древу
      Красные уста.

Навсегда простёр глухие длани
      Звёздный твой Пилат.
Или, Или, лама савахфани,
      Отпусти в закат. (1916-1917)

Предсказаний здесь немало для одного стихотворения. Вот главные.
Участь и задача поэта — сочинять хорошие стихи, прозвенеть в тяжёлых томах, открыть людям необходимые для жизни истины, вызвать в душах добрые чувства. Настоящий поэт добивается всенародного признания, оказывает влияние на духовную жизнь общества, на какое-то время даже может повысить её, но кардинально ничего изменить не может — всё так же день взойдёт с восток, и лик земли не изменится ни на йоту.

И по большому счёту не сам поэт как человек нужен обществу, а продукты его труда — красные, красивые, сладкозвучные стихи. Только великие личности будут ценить его не только как поэта, но и как человека, гражданина. Многим он не нужен. И потому стихотворец обычно брошен на произвол судьбы. Да что! Видя жестокий произвол властей, на защиту Есенина не встал ни один человек, хотя о готовящемся убийстве знали многие.

Не удивляет, что герой нашего эссе обратился в пророчестве к высочайшему образу распятия Христа ради спасения человечества. Отдавая жизнь за всех, Богочеловек остался один на своей нравственной высоте. При распятии рядом оказались только Богородица, апостол Иоанн и жены-мироносицы. Но ведь весь иерусалимский народ, почти весь, посчитал Его хуже разбойника Варравы! Один на один с палачами оказался и великий Российский поэт, всего себя отдавший честнейшему служению Поэзии и России-матушке.

Знает поэт, что жертва его должна осуществиться. Звёздный Пилат ждёт его с простёртыми дланями. И поэт молится Христу, готов просить Его об освобождении от земного долга: «Боже мой, Боже мой, зачем ты меня оставил?» И всё же просит другое: «Отпусти в закат». То есть дай возможность быстрее совершить положенное и уйти в вечность.

Три следующих стихотворения, объединённых по тематике и стилю, интересны для нас уже тем, что посвящены тайнам пророчества. Это подёрнутые лёгкой загадочной дымкой символические притчи, по духу близкие блоковскому гению.

В первом из них Сергей Есенин, уже серьёзный мастер лирической живописи, яркими и в то же время нежными мазками создаёт живую картину просыпающегося мира, когда он наполняется буйством первой листвы. 

Душа грустит о небесах,
Она не здешних нив жилица.
Люблю, когда на деревах
Огонь зелёный шевелится.

То сучья золотых стволов,
Как свечи, теплятся пред тайной,
И расцветают звёзды слов
На их листве первоначальной.

Понятен мне земли глагол,
Но не стряхну я муку эту,
Как отразивший в водах дол
Вдруг в небе ставшую комету.

Так кони не стряхнут хвостами
В хребты их пьющую луну…
О, если б прорасти глазами,
Как эти листья, в глубину. (1919)

О прекраснейшем времени года рассказывает поэт, но посмотрите, он и в этом видит, чувствует муку, понимая, что любое рождение на земле связано с мучением, что любой процесс, каким бы он простым не казался, происходит сложно и противоречиво — из своей таинственной глубины. Простому взгляду напряжённость такая недоступна, и потому только пророчество может прояснить то, что есть. В этом Сергей на своём примере успел убедиться. И в сотый раз обращается к высшим силам с просьбой: «О, если б прорасти глазами, Как эти листья, в глубину».

Подобная убеждённость стала поводом для сочинения второго стихотворения трилогии, поэтом не задуманной, но нами не случайно замеченной. 

Отвори мне, страж заоблачный,
Голубые двери дня.
Белый ангел этой полночью
Моего увёл коня.

Богу лишнего не надобно,
Конь мой — мощь моя и крепь.
Слышу я, как ржёт он жалобно,
Закусив златую цепь.

Вижу, как он бьётся, мечется,
Теребя тугой аркан,
И летит с него, как с месяца,
Шерсть буланая в туман. (1918)

Рождение стихов — тоже великое таинство. Однако рискну предположить, что разбираемое нами стихотворение тесно связано с поэмой «Инония», законченной в мае 1918 года. Как вы помните, читатель, именно там громко и нахально прозвучали кощунственные строчки о причащении и другие выпады против Христа и православной веры. Насколько сия дерзость далась Есенину непросто, подтверждает изумительно проникновенная миниатюра-исповедь о потере поэтом мощи и крепи. Выше поэзии ничего для него не могло быть. И конечно, не мог он пока ещё почувствовать падения своего таланта. Хотя сомнения в предсказании удачного безбожного пути для русского народа могли быть. Чуть позднее пророчество сбылось в ещё большей степени. Мы достаточно много внимания уделили раньше тем стихами и поэмам, где Сергей давал ошибочный оптимистичный прогноз кажущимся успехам Руси советской, которые жизнь вскоре рассыпала в пух и прах.

Впрочем, в глубине души таилась, не гасла чистая православная надежда, что спасение от всех бед и несчастий только в одном. 

Серебристая дорога,
Ты зовёшь меня куда?
Свечкой чисточетверговой
Над тобой горит звезда.

Грусть ты или радость теплишь?
Иль к безумью правишь бег?
Помоги мне сердцем вешним
Долюбить твой жёсткий снег.

Дай ты мне зарю на дровни,
Ветку вербы на узду.
Может быть, к вратам Господним
Сам себя я приведу. (1917)

Необходимость вернуться к Богу, к главной традиции русской нации, к живым корням всего живого, и я твёрдо верю в это, начала крепнуть с того злополучного дня, когда рука его вывела на бумаге роковые слова: «Тело, Христово тело, выплёвываю изо рта». Они принесли с собой вереницу ложных решений и поступков. И в то же время, по законам диалектики, помогли глубже осознать ценность потерянного им. В мыслях, в раздумьях о жизни наш герой множество раз возвращался к Истине, к Христу, к Его неизменным заветам. Свидетельства — в стихах. Мы уже говорили, что в стихах и поэмах Есенина православные истины блещут, как драгоценные камни. Кое-что я уже цитировал. А сейчас подробнее. Тема требует.

«Если б не было ада и рая, Их бы выдумал сам человек», «Жить нужно легче, жить нужно проще, Всё принимая, что есть на свете», «В этом мире я только прохожий, Ты махни мне весёлой рукой», «Я говорю на каждый миг, Что всё на свете повторимо», «Мне всё равно эта жизнь полюбилась, Так полюбилась, как будто вначале», «Все успокоились, все там будем, Как в этой жизни радей не радей. — Вот почему так тянусь я к людям, Вот почему так люблю людей», «Все мы бездомники, много ли нужно нам. То, что далось мне, про то и пою», «За свободу в чувствах есть расплата»…

Тем, кто знаком хотя бы с основными положениями Истины Христовой, и названных примеров достаточно, чтобы согласиться с нашим утверждением, что Есенин никогда серьёзно с православием не порывал. Сложнее с читателями, атеистически настроенными. И тем более сложнее, что сто советских лет вытравили в народе даже малейшее понятие Истины, не говоря уже о содержании нашей тясячелетней веры. И потому примеры мы продолжим. 

«Но и всё ж, теснимый и гонимый, Я, смотря с улыбкой на зарю, На земле, мне близкой и любимой,  эту жизнь за всё благодарю», «Так мало пройдено дорог, Так много сделано ошибок», «Но коль черти в душе гнездились, Значит, ангелы жили в ней», «Помирись лишь в сердце со врагом — И тебя блаженством ошафранит», «Что ж ищу в очах я этих женщин, Легкодумных, лживых и пустых?», «Уж сердце напилось иной, Кровь отрезвляющею брагой», «Теперь со многим я мирюсь
Без принужденья, без утраты», «Стыдно мне, что я в Бога верил. Горько мне, что не верю теперь», «Розу белую с чёрной жабой Я хотел на земле повенчать», «Ну, и что ж! Пройдёт и эта рана. Только горько видеть жизни край», «Потому так и светлы всегда Те, что в жизни сердцем опростели Под весёлой ношею труда», «Ты прости, что я в Бога не верую, Я молюсь ему по ночам»…

(Продолжение следует)

Нравится
14:10
37
© Ефремов Борис Алексеевич
Загрузка...
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку своих персональных данных.
Нет комментариев. Ваш будет первым!

Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил ЛитСалона и Российского законодательства.

Пользовательское соглашение