Путеводитель по сайту Отличия ЛитСалона от других сайтов

Листок из Книги

                              

 

 

                       В большом и просторном доме Абдрахмановых было многолюдно: на празднование шестнадцатилетия младшего сы-на Мирамбека собрались многочисленные родственники и дру-зья. Среди почётных гостей значился иммам из местной мечети, директор и главный бухгалтер районной птицефабрики. 

Трапезу накрывали в двух смежных комнатах: отдельно для аксакалов и отдельно для женщин с детьми. Столов не бы-ло: по-казахскому обычаю большие блюда с горячим ставили прямо на пол, устланный разноцветным ковром. Аппетитно пахло свеже-отваренной бараниной: запахи от  бешбармака и шурпы привлекали внимание гостей, возлежащих за разговором по кругу  свободного от мебели большого зала. Гости уже пред-вкушали истинное наслаждение пищей.

Сам виновник торжества находился в кругу сверстников, оживленно обсуждающих выдающиеся события на  зимних олимпийских играх. 

Наконец, все обилие приготовленных блюд было подано, и гостям предложили воду для омовения рук (по своему нацио-нальному обычаю казахи едят руками), хотя вилки были преду-смотрены тоже. Мужчинам было подано вино в стеклянных графинах, его разлили по бокалам, и пир начался...

На следующее утро Мирамбек проснулся поздно: часы показывали одиннадцать. Он не торопился вставать, нежился в кровати: день был субботний. Юноша улыбался, мысленно про-слеживая вчерашнее торжество в свою честь. Он вспомнил, как отец обнял его и громко провозгласил: 

- Это мой последыш. И он исполнит мою волю. Я посылаю его учиться в медрессе. Он будет служителем Аллаха. Верным и истинным мусульманином!

«Ну что ж, медрессе, так медрессе!» - вслух произнёс Мирамбек и потянулся в кровати, – Иммам дал мне своё благо-словение и, значит, я буду успешным учеником... для Аллаха». 

 

С раннего возраста Мирамбек ходил с отцом в гости к иммаму и присутствовал при совершении намаза.  Он не проти-вился религии своих родителей, потому что не знал ничего дру-гого. Не имея сравнения, он не мог выбирать. Мирамбек смот-рел в своё будущее без особенной заботы. Теперь он знал, что сам будет познавать науку ислама, читать и заучивать коран и провозглашать «единственно верное фундаментальное учение  Мухаммеда».

Мирамбек оделся и выглянул в окно: на ветке растущего почти у самой стены карагача сидели три сереньких пташки и поочерёдно чирикали, словно вели вежливый разговор, делясь новостями свого птичьего мира. 

 

- Эй, быстрокрылые, ну чего вы там рассказываете друг другу? Как жаль, что я не могу вас понять, а то бы подключился к ва-шей беседе. Подождите-ка, я вам лепешку покрошу на угоще-ние: у меня ведь день Рождения сегодня, пташки-невелички! Вот смотрите, она ещё мягкая и вку-у-сная какая!- Мирамбек крошил лепёшку на выступ у окошка; осторожно, чтобы не спугнуть пернатых гостей. Закрыл окно и стал наблюдать. Птички не заставили себя долго ждать и, подлетев к окошку, налету стали  поклёвывать крошки и ещё громче зачирикали, выражая свою птичью благодарность человеку.

 

...Уже второй год Мирамбек посещал медрессе. Сначала всё ему казалось интересным и правильным. Но чем больше он углублялся в изучение Корана и мусульманско-религиозной ли-тературы, тем больше у него появлялось вопросов и неразреши-мых дилемм. Он искал ответы, не отмахивался от тревожащих его душу противоречий. Наблюдая за жизнью своих духовных наставников, Мирамбек видел несоответствие тому, чему его они учили. Товарищам по медрессе он задавал свои «неразре-шённые загадки», но они  убеждали его повременить: мол, при-дёт время - поймёт, да и не ему указывать на жизнь высшего духовенства ислама. Мирамбек видел взяточничество, лесть, запугивание и прочее, что не принимала его душа, и не вмещал его разум, тяготеющий к свободе и чистоте. Однажды всё же он, переполненный сомнением, набравшись смелости, обратился к иммаму с вопросом: 

- Разве Аллаху угодны все отправляемые нами религиоз-ные таинства без изменения к лучшему, к доброму и чистоту образу жизни верующего? Ведь мусульманин означает – право-верный, то есть поступающий правильно. А разве так поступают муллы и  другие служители ислама? 

На что иммам ответил:

 

- Мой юный друг, мы живём на земле, а Аллах высок и непонятен для нас, смертных. Я твёрдо уверен в правильности этого учения. И тебе советую - исполняй предписанное его про-роком Мухаммедом в Коране и когда-нибудь удостоишься вни-мания Аллаха. 

Мирамбек ушёл от иммама ещё более опустошённым и разочарованным.

На улице было пасмурно, и дул холодный северный ве-тер. Листва, взметаемая им вверх, металась из стороны в сторо-ну, и  начинал покрапывать дождь. Мирамбек не смотрел на редких прохожих, погружённый в своё глубокое раздумье. Ему не давали покоя вопросы: зачем я учусь в медрессе, если эти новые познания не приносят мне радости, а только более отяго-щают меня? Я не хочу ждать этого «когда-нибудь». Почему Ал-лах остаётся безразличным к моим душевным исканиям? Почему я не могу познавать его? Почему все мои отношения с ним строятся на страхе и туманности? Что же всё-таки Всевышний ожидает от меня?  

Мирамбек шёл через парк по кленовой аллее. Ветер хле-стал в лицо, идти становилось всё труднее. Юноша, наклонив-шись вперёд всем телом, с трудом преодолевал порывы ветра.  Вдруг что-то холодное и влажное коснулось щеки Мирамбека и  прилипло к лицу.  Думая, что это  большой кленовый лист, он попытался стряхнуть его – но это оказался бумажный листок с двумя колонками печатного текста. На самом верху листка по-середине он прочитал непонятное слово Исаия. Чуть ниже слева - глава 9.  Новый порыв ветра чуть было не вырвал лист из его руки. Юноша скомкал листок и, засунув его в карман курт-ки, ускорил шаг, желая скорее достигнуть общежития: там сухо и тепло!  

 

Товарища, с которым Мирамбек жил вместе, в комнате не оказалось. На столе стоял стакан ещё тёплого чая и на сал-фетке – лепёшка и нарезанные казы  – любимая Мирамбеком конская колбаса. Он стал с аппетитом жевать лакомство и запи-вать чаем. Достал из кармана и разгладил книжный лист. Стал медленно читать. Первый абзац он совсем не понял, но второй заинтересовал его:

                «Народ, ходящий во тьме, увидит свет великий; 

              на живущих в стране тени смертной свет воссияет»

Он прочитал его снова. И снова. Стал читать дальше: в тексте говорилось о радости, которую будет испытывать народ. В сле-дующем абзаце говорилось том, что не станет притеснителей, и огонь сожжёт обувь воина и одежду, обагрённую кровью. Но вот он дошёл до шестого  стиха:

                «Ибо младенец родился нам - Сын дан нам; 

                  владычество на раменах Его, и нарекут 

            имя Ему: Чудный, Советник, Бог крепкий, 

                      Отец вечности, Князь мира»

 

«Что это значит? Младенец... Бог крепкий... Отец вечности?» - ладони Мирамбека стали влажными, и на лбу выступила испа-рина. «Здесь сказано о каком-то Боге. Конечно, же это не ...об Аллахе. Аллах не может родиться и быть младенцем. Это, ви-димо, о другом... Боге» - Мирамбек был смущён, но продолжал читать дальше.

      «Умножению владычества Его и мира нет предела 

        на престоле Давида и в царстве его, чтобы Ему 

  утвердить его и укрепить его судом и правдою отныне 

      и до века. Ревность Господа Саваофа соделает это»

 

«Кто же Это с Именем Саваоф? Господь... Опять Бог?! Ничего не понимаю. Ерунда какая-то.» Теперь Мирамбек читал вслух: «Слово посылает Господь..., чтобы знал весь народ...». С ка-ждым новым абзацем становилось всё непонятнее. Перечисля-лись народы, о которых Мирамбек и не слышал никогда: Еф-ремляне, Самарийцы, Сирияне, Филистимляне, Израильтяне...

Среди всего читаемого, юноша понимал отдельные сло-восочетания:

 

          «И вожди сего народа введут его в заблуждение, и води-мые ими погибнут»; «...все они - лицемеры и злодеи, и уста всех говорят нечестиво»,  «беззаконие, как огонь разгорелось..», «Ярость Господа Саваофа опалит землю...», «Горе тем, которые поставляют несправедливые законы...», «При всём этом не от-вратится гнев Его...», «И что вы будете делать в день посещения... без Меня?».

 

... Мирамбек встал и подошёл к окну: ветер стих, круп-ные капли дождя висели на ветках, готовые вот-вот сорваться, листва, размётанная и мокрая, сбилась в кучки по краям дороги. Голова юноши была тяжёлой: прочитанное тревожило его. Он понимал, что этот лист, донесённый к нему ветром, даёт ему важную, неведомую для него до сих пор информацию. Какое-то внутреннее чувство подсказывало ему, что этот лист из Книги, в которой он  сможет  найти ответы на свои вопросы. И в то же время он понимал,что ему не позволят читать эту Книгу и, бо-лее того, его интерес к ней вызовет недовольство среди учите-лей медрессе.  «И всё таки... я должен попытаться найти её. – Мирамбек опять подошёл к столу, где лежал лист, немного смя-тый, но уже сухой. Его взор упал на строки: «И что вы будете делать в день посещения... без Меня?».

 

«Это значит, что Бог посетит народы. - мысль словно во-рвалась в сердце, и оно встрепенулось, – Этот Бог другой! Как тут написано?!» Мирамбек снова сел и вслух прочёл: « И вожди сего народа введут его в заблуждение,  и водимые ими погибнут.»  А выше он увидел: пророк–лжеучитель. «Кто этот пророк, который учит лжи?». Юноша трепетал, его глаза бежали по строчкам, ум не успевал ухватить смысл читаемого, но вот он снова остановился: строчка светилась и словно выступала из общего контекста: 

                      «...возложат упование на Господа, 

                  Святаго Израилева, чистосердечно. 

                  Остаток обратится... к Богу сильному».

 

Мирамбек склонил тяжёлую голову в ладони, дыхание стало прерывистым и шумным. Ему почему-то захотелось плакать. Но он сдерживал рвущийся наружу стон души. Наконец, его уста разомкнулись, и он выдохнул: «Бог Сильный, Святый Израилев!» Он повторял эти  слова снова и снова. Ему казалось, время исчезло, и он ощущал себя в огромном пространстве, а не в ограниченной комнатке для двух студентов. 

- Что с тобой, Мирамбек?  Ну же, ты что, заснул? – юноша под-нял голову и увидел стоящего рядом своего товарища Кайрата, который тряс его за плечо.

Мирамбек смотрел на него, словно на наваждение. Трях-нул головой и медленно произнёс:

- Нет, я не спал. А может быть, и спал. Я не знаю.  

- Что это за листок? – Кайрат приподнял локоть друга и, взяв лист, пробежал по нему глазами. – Откуда это у тебя? Это же Библейский текст! Ты что, собираешься стать христианином?

- Христианином? Не-е-ет! Нет! Но здесь записано заявление Бога. Смотри, вот здесь: «...ибо определенное истребление совершит Господь, Господь Саваоф, во всей земле»

- Ты что-нибудь понимаешь? Кайрат, это же слова Самого Бога. Скажи, а ты знаешь хоть одного христианина? Кто они, где их можно найти?

- Зачем это тебе? Да и никого я не знаю и знать не хочу. Это чуждая для нас религия. Наш бог - Аллах. Дай-ка я уничтожу эту писанину!

Кайрат взял листок и стал рвать его на мелкие части. Мирамбек смотрел на падающие на стол обрывки текста, кото-рый так встревожил его и вызвал желание узнать больше о Боге Сильном, о Святом Израилеве. Он не пытался остановить друга: всё тело его обмякло, и ему действительно захотелось спать.

                                            ***

Прошло два месяца. Приближались зимние каникулы. Ученики медрессе радовались скорой возможной встрече со своими родными.  Мирамбек, зная, что с приобретением билета могут возникнуть трудности, решил взять его заранее и отпра-вился на автобусную станцию. Войдя в здание автовокзала, он увидел очереди, которые змейками вились от трёх имеющихся касс. Определив взглядом меньшую из них,  подошёл и обра-тился к женщине, стоящей последней:

-  Вы – крайняя? Я буду за вами.

 

Женщина оторвала взгляд от книги, которую читала, взглянула на юношу, дружелюбно улыбнулась и кивнула ему. Мирамбек послал ей ответную улыбку и вновь погрузился в свои мысли. Он предвкушал скорую радость встречи с мамой  и отцом, с братьями и сёстрами. За время его домашнего отсутст-вия, у одной из сестёр родился «джигит» - крепыш под шесть килограммов. Мирамбек представил, как он открывает дверь своего дома и ...даже почувствовал запах своего любимого беш-бармака. Мама, конечно, ждёт его и наготовит к приезду своего младшенького всякой вкуснятенки. Это и баурсаки, казы с ле-пёшкой, кумыс, курт. Он ощутил себя в кругу родных, и из его груди вырвался радостный вздох, на который обратила внима-ние женщина.

- Вы так вздохнули, я не поняла радостно или тревожно? У вас всё хорошо?

 

Мирамбек посмотрел на неё и хотел было что-то отве-тить, но его взор упал на страницу раскрытой книги, которую держала она в руках. На верху страницы он прочёл уже знако-мое «Исаия», и в его глазах вспыхнул огонёк изумления:

- Откуда у вас эта книга? Как она называется?

Теперь удивление выразилось на её лице:

- Эта моя книга. Это Библия. Книга Живого Бога. Книга, кото-рую я очень люблю! 

- Это Книга Бога - Святого Израилева?

- Верно! А что такое? Почему вы так встревожились?

- Вы уже всю её прочитали? У меня есть вопрос: там в девятой главе сказано о Младенце, Который родился и Его назовут От-цом вечности? Вы могли бы... Кто Этот Младенец? Почему Он назван Богом Сильным?

- Конечно, я её всю прочитала и не один раз. А Младенец Этот – Иисус Христос – Спаситель мира. Это Сын Божий, и  поэтому Исаия назвал Его Богом крепким.

- Расскажите мне о Нём больше. Мне это важно знать...

- Как прямо здесь, в очереди? – женщина снова улыбнулась, но теперь несколько смущённо. – Для этого нужно время и  место. В двух словах не скажешь... о Нём!

- Я согласен, но  у вас есть время сегодня ..., пожалуйста! - Ми-рамбек умоляюще смотрел на незнакомку.- Пожалуйста, рас-скажите мне об Этом Младенце, Боге Святом. П-понимаете, я учусь в медрессе. Я верю в Аллаха, но вот...эта Книга – совсем другое. Я прочёл только одну страницу.., я хочу знать...пожалуйста!

- Женщина, так вы будеет брать билет или нет? – раздался раз-дражённый голос из окошка кассы. – Я уже к вам в третий раз обращаюсь!

- О, да , конечно. Извините, пожалуйста. Простите. Я тут от-влеклась. Мне билет до...- Женщина назвала пункт своего на-значения и, вновь повернувшись к юноше, мельком взглянув на ручные часы, полушёпотом ответила ему: 

- Хорошо, у меня есть минут тридцать. Я вас подожду возле вы-хода. 

Мирамбек выдохнул «спасибо вам»  и,  протянув деньги  кассирше, попросил билет на заранее намеченное число.

- На улице снег пошёл и ветренно. Вон там свободная лавочка.– Женщина указала в сторону, противоположную кассам. – Пой-дёмте туда. И давайте познакомимся для начала. Меня зовут Валерия Павловна. А вас?

- Мирамбек.  Спасибо вам, Валерия Павловна. Скажите, а вы – христианка?

- Да, Мирамбек, я верую в Единого Живого Бога, Творца всего видимого и невидимого. Через Иисуса Христа я узнала, что Этот Бог любит меня и заботиться обо мне. Уже десять лет я зову Его своим Небесным Отцом!

- Отцом? Как можно звать Бога Отцом? Об этом что, написано в этой Книге?

- Именно так и написано. Иисус Христос пришёл на нашу зем-лю, чтобы вернуть нас, грешных людей, потерянных и несчаст-ных, к Богу, Который и послал Его, Своего Сына, к нам. Для этого Он родился чудесным образом от простой еврейской де-вушки Марии. Тот Младенец, о Которым ты, Мирамбек, спро-сил вначале, и есть Всемогущий Бог, Господь. Царь царей! Отец вечности! О, у Него много замечательных Имён. Но самое главное -  Бог Спаситель. Ты слышал такой праздник- Рождество? В эту субботу у нас в Доме Молитвы состоится служение в честь родившегося для нас Божьего Сына. Я приглашаю тебя, Мирамбек, на это служение. Вот тебе адрес – найти просто. 

 

Валерия Павловна протянула Мирамбеку маленькую книжечку - на задней странице был напечатан адрес Дома Мо-литвы.

- Это Евангелие от Иоанна – одного из учеников нашего Спаси-теля.  Прими это как подарок для твоей души.

Мирамбек взял книжечку и раскрыл её. Стал читать вслух:

                    «В начале было Слово, и Слово было

                          у Бога, и Слово было Бог».

Взглянул на Валерию Павловну  и безнадёжно произнёс:

- Нет, я не могу этого понять. Что это за Слово, Которое было Бог?

- Я понимаю тебя, Мирамбек. Действительно, это трудно сразу понять. Но не нужно отступать: Бог поможет тебе, если твоё сердце искренно ищет Бога.  Если ты решишься быть на Рожде-ственском служении, я встречу тебя  у входа во двор дома мо-литвы. У нас братья говорят замечательные проповеди. Пусть не сразу, но с Божьей помощью тебе откроется и станет понятным и дорогим Божье Слово. А теперь мне нужно идти. Извини меня, Мирамбек. До встречи, да?

Юноша смотрел вслед уходящей женщины, прижав Евангелие от Иоанна к груди. Ему почему-то стало очень груст-но. Мирамбек возвращался в общежитие, и чем ближе подхо-дил, тем тревожнее ему становилось. В его нагрудном кармане лежало маленькое Евангелие. Он не мог ещё знать, какие испы-тания выпадут на его долю, и сколько ему придётся пострадать из-за этой книжечки, через которую он обретёт живую веру в Живого Бога.

                                                          ***

Валерия Павловна, как и обещала, стояла при входе во двор Дома Молитвы. Она ждала Мирамбека: её сердце было уверено в том, что он непременно придёт. До собрания остава-лось минуты три – четыре. На дворе было холодно: конец де-кабря. Окна большого Дома Молитвы светились голубыми ог-нями: зал был убран и украшен молодёжью в честь Вифлеем-ского Младенца - Всевышнего Царя всей необъятной вселенной. 

 

- Добрый вечер, Валерия Павловна! – чуть простуженный голос раздался за спиной женщины. Валерия Павловна обернулась: прямо перед ней стоял тот, кого она ждала:  она не была посты-жена в своей уверенности.

- Ах, как хорошо, Мирамбек! Я очень рада, что ты не опаздал. Добрый, добрый вечер! Сегодня много гостей, но я надеюсь, и для нас ещё остались места. Я продрогла немного. Заходи, не смущайся. Здесь тепло и уютно. Здесь все – твои друзья. Ты в этом скоро убедишься.

Мирамбек шёл за Валерией Павловной, немного сму-щённо поглядывая по сторонам. Звучала прекрасная музыка, и хор пел «Тихую ночь». Юноше всё казалось таким чудесным,  таинственным. Это был другой мир. Наконец, они сели на сво-бодные места в третьем ряду.

- Здесь всё хорошо видно! Сегодня ты многое узнаешь! Я так рада за тебя, Мирамбек!- Валерия Павловна по-матерински нежно коснулась руки юноши.

...Мирамбек впитывал всё видимое и слышимое, подобно тому, как сухая почва впитывает первые капли долгожданного дождя. Всё, что говорилось и пелось, принималось им живо и трепетно. Он понял, с какой целью пришёл на землю Великий Бог, родившись, как рождается обычное человеческое дитя. Он узнал, что Иисус, достигнув тридцати лет, творил добро, учил любви, призывая людей к примирению с Богом и к чистой, без-грешной жизни. Такого Бога он искал, о такой чистоте мечтал. Ему казалось, что он знает Этого милующего Бога намного лучше, чем того, кому он молился и кому cобирался служить всю свою жизнь. Этот Бог влёк его к Себе. Мирамбеку хотелось никогда не покидать этого мирного и светлого дома. Здесь было так легко его душе!

- Что делает этот мужчина? – спросил Мирамбек свою соседку, когда поднявшийся на хоровую площадку немолодой уже чело-век, склонился на колени и стал что-то говорить. Юноша не мог расслышать слов, но он понял, что этот человек плачет. Он уви-дел, как все сидящие поднялись, и стало абсолютно тихо- толь-ко звучал приглушённый голос коленопреклонённого человека.

- Он просит у Бога прощения. Это называется покаянием. - шепнула ему Валерия Павловна.

- Прощения? – Мирамбек закрыл лицо руками. – Прощения! – повторил он восторженно. – И я...  и мне тоже надо!  И он по-шёл к хоровой площадке.

Валерия Павловна, затаив дыхание, видела, как Мирам-бек склонился на колени, и услышала чётко произнесённые им слова: 

- Иисус, Ты - Бог! Я только сегодня это узнал. Прости меня, что я служил другому... Прости меня за всё плохое и неправильное в моей жизни. Научи меня, пожалуйста, добру и любви.  Спасибо Тебе за Исаию, за Иоанна и... за Валерию Павловну.  Потом немного помолчав, добавил: 

- Я хочу называть Тебя Отцом. Позволь мне быть Твоим сыном. Спасибо, Тебе, Спаситель Иисус! Святый Израилев!

                                                  ***

Мирамбек ехал домой. Позади остался трёхчасовой путь на автобусе. Всё это время Мирамбек вёл мысленный диалог со своим отцом, мамой и братьями. Он хорошо осознавал, что с ним произошло: теперь он- христианин! 

...После покаяния юноша имел долгую беседу с пастором церкви, который давал Мирамбеку  наставления, как, став хри-стианином, он должен поступать:

- Ты прощён и принят Господом! Кровь Иисуса омыла все твои грехи. Сейчас ты  стал новым творением во Христе Иисусе.  Те-бя не поймут твои близкие. Возможно, будут угрозы, требова-ние одуматься и вернуться к прежнему образу жизни. Но, доро-гой Мирамбек, ты должнен оставаться твёрдым и мужествен-ным. Помни Христа Господа, умершего за тебя, молись Ему, читай Писание и будешь иметь Божью силу. То, что ты сегодня получил - драгоценность ни с чем не сравнимая! Не забывай: у тебя  теперь есть братья и сёстры по единой вере, у которых всегда для тебя  открыты и сердца, и дома... 

Мирамбек уже в который раз мысленно открывал двери родительского дома и подбирал слова для объяснения. Но всё, казалось, не так. Он пытался предугадать реакцию отца на его заявление, что он больше не вернётся в медрессе, что он - отны-не христинанин и будет следовать за своим Спасителем Иису-сом Христом. «Как поведёт себя отец?  О, Иисус, помоги мне!»

Юноша взглянул на часы: оставалось минут тридцать до его родного села.

Он нащупал в рюкзаке Новый Завет Господа Иисуса Христа на казахском языке -    Инжил - подарок пастора.  «Это моё сокро-вище - Слово моего Спасителя. Неужели отец даже не захочет прочесть его и не постарается понять меня?»

Мирамбек вошёл во двор: навстречу ему бежал сын его старшей сестры Али. Сналёту прижался и зашептал на ухо: 

-  Мирамбек, Мирамбек, тебя все ждут. Апа приготовила баур-саки и бешбармак.

На пороге стоял отец, открыв объятия своему «последы-шу»:

- Сынок, как мы все рады видеть тебя дома снова! Аллаху Ак-бар! Входи, входи под кров родного дома, Мирамбек, гордость моя!

Мирамбек ответил на отцовы объятия. Но приветствие  отца осталось  не отвеченным. Отец, должно быть, не заметил этого, посторонился, пропуская сына в дом, где его поочерёдно стали обнимать мать, братья,  сёстры, племянники и племянни-цы. Юноша видел любовь своих родных, и с его плеч сползала тяжесть, которая не давала ему покоя всю дорогу. «Я - дома! Все здоровы и откровенно рады мне. Не теперь... я скажу им завтра. Позволь мне это, Господь! Благослови нашу встречу, пожалуйста».

                                            ***

Было раннее утро. Мать Мирамбека вставала всегда ра-но, чтобы убрать во дворе, накормить домашних животных и птицу и приготовить завтрак для семьи.

Всё переделав, она решила постирать вещи сына и открыла рюкзак. Достала две рубашки, трико и удивилась: всё было чис-тым и аккуратно сложенно. Стала доставать другие вещи: паке-тик печенья, бутылку лимонада, общую тетрадь и в коричневом переплёте книгу. На обложке книги прочла: Инжил. Открыла книгу, на титульном листке было написано почерком сына:

«Всемогущий Бог, пошли Свет Иисуса Христа в мою жизнь сегодня.

Пусть мой ум и мое сердце наполнятся Твоей милостью,

благодатью и истиной. Руководи моими мыслями,

словами и поступками, чтобы я шел не своим,

а Твоим путем. Во имя Иисуса Христа. Аминь».

-Отец! Отец! Ну, Абдрахман, где же ты? Иди сюда, скорее...

- Что ты кричишь, женщина? Всех разбудишь, пусть поспят де-ти, да и Мирамбек понежится в домашней постели. – Строго выговаривая жене,  вышел из спальни  отец семейства. Но уви-дев встревоженное лицо жены, изменив тон, заботливо спросил:

- Что это ты трясёшься вся? 

- Смотри, Абдрахман, что я нашла в рюкзаке у сына. 

- Что это за книга? Чем она тебя так напугала? - Он взял книгу из рук жены и стал читать строки, узнавая почерк сына. С каж-дым словом вид лица его изменялся, красные пятна выступили на щеках и шее, на виске вспухли жилки.

Грубо оттолкнув жену, хозяин дома быстрым шагом прошёл к спальне сына и резко распахнул дверь: у кровати на коленях стоял его сын. 

- Что ты делаешь? Что я вижу в своём доме? Что это за книга, и как понять эти слова? – выкрикивая один за другим вопросы, отец подошёл к вскочившему на ноги Мирамбеку и, махая пе-ред его лицом книгой, тряс сына за плечо.

- Отец! Я всё тебе расскажу. Пожалуйста, дай мне эту Книгу. Она для меня очень дорога: эта Книга указывает путь к Истин-ному Живому Богу.

- К какому... Богу? Живо-о-му? Ты в своём уме? Я послал тебя учиться в медрессе. Ты – мусульманин. Твой бог – Аллах! Нет иного бога, кроме него. Повторяй: Аллах Акбар! Аллах Акбар! Аллах Акбар!

- Отец, послушай меня! Ну, пожалуйста! Сначала выслушай. Я не буду повторять то, во что не верю. Иисус Христос – мой Спаситель и мой Бог. Оте-е...

Звонкая пощёчина оглушила Мирамбека, он пошатнулся и рухнул на кровать. Но отец тут же поднял его и снова ударил. И снова. И снова. Удары сыпались на плечи, голову, в грудь Мирамбека. Юноша хотел было снова что-то сказать, но отец, словно озверел, бил сына и кричал оскорбления в его адрес.  

Наконец, он устал от своих ударов и бросил сына на кро-вать. Лицо Мирамбека было в кровоподтёках, глаз вздулся, из носа лилась кровь. Мирамбек застонал, приподнялся на локтях и снова обратился к отцу:

-  Я всё объясню. Послушай меня, отец! Ты же должен узнать, почему я стал христианином...

- Христианином? Хри-и-стианином?! Ты – сын шакалов!  В на-шем роду никогда не было неверных, и в  моём доме ни-и-когда не будет христиан! – с этими словами он вышел из спальни и, захлопнув дверь, повернул ключ в замочной скважине.

                                                ***

Мирамбек снял футболку и стал осторожно вытирать лицо, огнём горевшее от нанесённых ударов и обиды. Из носа всё ещё бежала кровь, левый глаз почти не открывался: зрение стало расплывчатым и мутным. Немного успокоившись, юноша снова склонил колени: из его глаз текли слёзы: слёзы глубокой печали и отчаянной горечи. Он молился, призывая Имя своего Спасителя: было слышно через вздохи и сдерживаемый вопль отдельные слова его сердечной молитвы:

- Иисус, Святый Израилев... дай мне силы... останься со мной...прости отца...

А в это время глава семейства собрал всех мужчин сво-его рода и обсуждал с ними, что же делать с сыном, предавшим веру правоверных мусульман. Было решено призвать иммама для вразумления Мирамбека. Тот не заставил себя ждать: явился через несколько минут. Выслушав Абдрахмана, он велел впустить его в комнату, где всё ещё находился Мирамбек. Все ожидали его выхода. Прошло около часа. Наконец, дверь отворилась, и иммам быстрым шагом проследовал на середину комнаты. Вид его был грозным. Все мужчины встали, словно ожидая вынесение приговора, и только Абдрахман нарушил молчание:

-  Что он сказал? Как ты думаешь, дорогой, это только времен-ное заблуждение или...? Скажи твоё слово!

Иммам метнул гневный взгляд на Абдрахмана :

- Это - не заблуждение. В твоём доме – враг Аллаха и всех пра-воверных, Он твердит одно: Истинный Бог – Спаситель Господь Иисус Христос. 

Абрахман тяжело опустился на диван и растерянно спро-сил:

- Что же мне делать с ним?

- Этот - следующее слово иммам признёс с особой брезгливо-стью, – последыш осрамил твой дом, оскорбил и опорочил чув-ства мусульман и предательски восстал на всевышнего.

Иммам направился к выходу, словно желая скорее поки-нуть дом, в котором находился враг Аллаха.

- И всё же... твоё решение, иммам. – Абдрахман опередил ухо-дящего и встал перед ним, заслонив дверь собою.

Иммам отпрянул в сторону, обвёл горящим взором всех мужчин: 

- Что делают с предателями, вы знаете! Аллах Акбар! – и вы-шел, не оглянувшись. В комнате стояла гнетущая тишина. Часы показывали семь вечера.

                                    ***

Мирамбека вывели на огород. Было темно и холодно. Молчаливые братья и зятья стали полукругом. Абдрахман дер-жал в руках вожжи. Наконец, он обратился к Мирамбеку: голос его был холодным и чужим, словно перед ним стоял не его сын, которого ещё вчера вечером он держал в отцовских объятиях:

- Ты знаешь, что делают с неверными. Коран повелевает унич-тожать всех, кто отказывается почитать Аллаха. Ты помрачился умом. Откажись от Этого Имени. Провозгласи имя единого все-вышнего бога и пророка его. Я... мы всё  ждём...

Мирамбек поднял взор к небу. Голова болела и кружи-лась.  Он чувствовал слабость во всем теле: целый день он оста-вался без еды, в борении и молитве.

- Отец и братья мои, я хочу объяснить вам, что у Бога Всевыш-него есть Сын, Которого Он послал к нам на землю для спасе-ния нашего. Зовут Его – Иисус Христос. Только Он и есть Тво-рец и Господь Бог, Которому я и поклоняюсь теперь. Он любит и вас...

В воздухе раздался свист взметнувшихся вожжей, и че-рез мгновение вожжи, словно змея, обвились вокруг ног Ми-рамбека. Рывок, и юноша лежал на земле. Вожжи хлестали по его телу, без разбора нанося новые раны и обжигая руки, голо-ву, грудь режущими ударама. Последнее, что чувствовал Ми-рамбек, были пинки ногами. И ног казалось много, очень много. Он потерял сознание...

                                                    ***

Медленно падал снег. Земля и лежащий на ней человек покрывались тонкой, белоснежной простынёй. Давно уже смолкли человеческие голоса и лай собак, охранявших дома се-лян. С небес на мир, лежащий во зле, смотрела тусклая  и хо-лодная луна. Звёзд не было видно: снежные тучи сокрыли таин-ственную красоту ночного неба. 

Скорченный от боли и холода человек медленно рас-прямлял свои затекшие члены. Едва приподнявшись на локтях, он подтянул ноги и сел на замерзшей земле. Сознание путалось, и человек никак не мог собраться с мыслями. 

... «Сын дан нам... – не то мысль, не то звучание пронеслось в его страшно болевшей голове. - Бог крепкий...Князь ми-ра....Святый Израилев». 

- О, Иисус! Мой Добрый Пастырь! Это всё о Тебе! – одними гу-бами Мирамбек произнёс дорогое Имя своего Господа.  

«Твои родные не поймут тебя...  оставайся твёрдым и мужественнным...» - голос пастыря всплыл в памяти юноши. – Помни: у тебя есть теперь братья и сёстры...их сердца всегда открыты для тебя...».  Мирамбек собрал скрюченными пальцами пушистый снег, захватил его ладонями и опустил в холодную, снежную массу опухшее, в кровоподтёках лицо. Снег обжигал его и немного утишал боль. «Надо подняться и попробовать идти. Так я замёрзну... Но куда... куда идти?» - Мирамбек не мог ответить на свой вопрос. 

« К братьям и сёстрам!  У тебя много друзей. Иди... к ним» - юноша не понял, откуда пришло это нежное повеление. Но вдруг почувствовал, как по его телу разливается теплая волна, и без особого усилия встал на ноги. Ноги тряслись, и всё же он мог идти. Под навесом он нащупал старую отцовскую куртку, снял её с гвоздя и закутался в неё. Превозмогая боль, пошёл, де-лая шаг за шагом, к трассе, надеясь встретить попутный в город транспорт.

                                            ***

Больше месяца Мирамбек жил в доме пастора поместной церкви. Телесные раны заживали, но открывались новые, душевные. Юноша не мог вместить, что его родной отец и братья были так беспощадно жестоки с ним. Пастор объяснял Мирамбеку, что очень важно простить  всех, кто причинил ему боль и душевные страдания. Важно для его духовного роста и  получения  Господнего благословения. И Мирамбек молился, просил у Верного Друга Иисуса Христа помощи и силы простить своих гонителей, простить искренно, в любви.

...На молодёжной, христианской  конференции, где при-сутствовал и Мирамбек, был объявлен набор в библейский ин-ститут на миссионерское отделение. И юноша, горевший первой любовью к Господу, пожелал выучиться на миссионера и подал заявление. Так Мирамбек оказался студентом библейского института...

Годы учёбы пролетали быстро и радостно. Окружённый добрыми учителями-наставниками и друзьями, Мирамбек ут-верждался в вере и в решении следовать за Господом Иисусом, служа Ему и прославляя Его всей своей жизнью. Здесь он встре-тил свою любовь: Айгуль готовилась служить Господу, совер-шая труд любви для детей. Они вместе приняли святое, водное крещение и тем засвидетельствовали свою принадлежность к Телу Христову – Его Возлюбленной Церкви. 

На последнем курсе Мирамбек и Айгуль были объявлены женихом и невестой. Брачный пир был устроен в поместной церкви, где Мирамбек и Айгуль состояли членами. После окон-чания института Мирамбек получил приглашение нести служе-ние в небольшой помесной церкви, где проводилось служение на казахском языке. Через год у молодой семьи родилась девоч-ка, которую назвали Емима – именем одной из трёх красавиц дочерей многострадального Иова.

Родители принесли своего первенца в дом молитвы для благословения и посвятили её Господу Иисусу.  В молитве Ми-рамбек снова подтвердил своё семейное решение: «Я и дом мой будем служить Господу!». 

Вскоре Мирамбек был избран пресвитером церкви: еди-нодушное «Аминь!» братьев и сестёр подтвердило любовь и до-верие к молодому служителю и его помощнице...

 

...В спальной комнате молодой семьи горел настенный светильник: мягкий свет обнимал  детскую кроватку, в которой мирно посапывала Емима. На диване сидели, обнявшись, Ми-рамбек и Айгуль. На коленях мужа лежала Библия, открытая на странице 687. Палец Мирамбека указывал на шестой стих девя-той главы пророка Исаии: 

- Вот отсюда началось моё знакомство с Божьим Словом.  «Сын дан нам» - эти слова начертаны на скрижали моего благодарно-го сердца. Прекрасная моя Айгуль!  Господь Иисус Христос – истинная драгоценность моего сердца. Он даровал мне спасение и жизнь вечную, подарил тебя и нашу малышку. У нас есть церковь, где мы можем славить нашего Спасителя с братьями и сёстрами. Подумай только, казахи поклоняются Господу Иисусу. Исполняется то, что Он сказал: «Дом Мой домом молитвы наречётся для всех народов». 

По щеке Айгуль скатилась слезинка, и на губах она ощу-тила её вкус. Слёза благодарной  радости  была горячей и солё-ной. Мирамбек прижал к себе жену и, нежно смотря в её люби-мые глаза, продолжил:

- Милая моя, мы пойдём с Ним до самого земного конца.  Чтобы ни случилось, мы никогда не будем оставлены. Он с нами во все дни, до скончания века –это обетование Верного и Святого Израилева. Только нам нужно быть твёрдыми и мужественными... 

Нравится
02:40
12
© Анна Лукс
Загрузка...
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку своих персональных данных.
Нет комментариев. Ваш будет первым!

Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил ЛитСалона и Российского законодательства.

Пользовательское соглашение