Путеводитель по сайту Отличия ЛитСалона от других сайтов

Я всегда с тобой

Глава девятая     

Тема Любви 

 

На седьмые сутки Ирнест пришёл в сознание. Он сразу узнал Бриелль. И хотя он не мог говорить (его лицо было перевязано),  в его взгляде девушка прочла больше, чем могли передать слова. Когда Ирнест услышал от врачей всю правду о своём состоянии, он отвернулся к стене и закрыл глаза. О чём он думал? Что происходило в его душе? Какие чувства наполняли его сердце? Бриелль сидела молча и тихонько молилась. Она не мешала ему переосмыслить случившееся. Не говорила никаких утешительных слов, понимая, что он должен сам пройти через непоправимую трагедию иракской войны, оставившей неизгладимый след в его молодой  жизни.  Она была просто рядом: её присутствие и днём и ночью у кровати Ирнеста столько, сколько потребуется, и будет тем утешением, какое она может ему дать в своей любви.  

И ещё...  Теперь Бриелль уповала на другое Присутствие: она положила в своём сердце надежду на Иисуса. Утверждаться в этом ей помогала Илза. Разговаривая с ней по телефону, Бриелль получала духовную поддержку. Илза хорошо знала Библию и открывала своей младшей сестре по вере Божьи чудесные обетования. Она говорила о божественном участии в жизни Бриелль и Ирнеста. 

«Всё, с чем вы столкнулись, действительно, большое несчастье и серьёзное испытание. Но ты, Бриелль не оставлена в одиночестве: Иисус идёт с тобою по этой суровой,  жизненной тропе. Он всегда будет рядом с тобой. Помнишь: «Не оставлю тебя и не покину тебя!». Он даёт тебе силу. Ты дашь силу Ирнесту. Вместе с Господом вы сможете победить все горести, преодолеть все обстоятельства. Я люблю этот стих: «Всё могу в укрепляющем меня Иисусе Христе».  Да благословит тебя, наш Отец». 

Бриелль очень желала сказать об этом Ирнесту, но Илза советовала пока воздержаться, поясняя, что люди обычно в момент особых потрясений и необратимых несчастий не принимают разговора о Боге. «Дай ему время окрепнуть и  боли угаснуть. Я верю, что Дух Святой мудро направит тебя к такому разговору» - убеждала Илза. И Бриелль ждала. Ждала и молилась...   *** Время, хотя и медленно, всё-таки утекало. Ирнест уже находился  в  реабилитационном центре.  Здесь он получил протезы, сделанные по специальному заказу. Бриелль и работники  реабилитационного центра помогали Ирнесту снова учиться ходить... 

 

...Этот день был особенным. Бриелль приехала к Ирнесту ранним утром. Было очень тепло: весна!  Каждая весна по-своему неповторима и прекрасна. Парень и девушка сидели в беседке и любовались распустившимися рододендронами. Ирнест держал руку своей невесты в теплой, здоровой руке, сверху накрыв холодной, протезированной.  И Бриелль решила поговорить с ним о том, что уже больше года считала для себя самым главным. Об Иисусе... - Как  хороши эти огромные кусты розовых рододендронов! Знаешь, Ирнест, теперь я знаю, Кого благодарить за эту красоту.  Я не перестаю восхищаться  совершенством созданий. Мне  давно хочется рассказать тебе о том, что со мною произошло: о моих отношениях.. с Господом. Бриелль заметила, как у Ирнеста напряглись скулы, и шрамы от  ожогов побагровели. Но она продолжала. -Помнишь, я спрашивала тебя о цели, которую ты считаешь самой главной в своей жизни? Ты тогда не захотел говорить о Боге. Послушай меня теперь, пожалуйста. Бриелль рассказала о своём покаянии, которое произошло в те, первые дни её пребывания в больничной палате, где лежал в бессознательном состоянии Ирнест. Рассказала о  своих молитвах и Божьих ответах на эти молитвы. О замечательном мире, который даёт Господь, и радости общения с Ним. - Знаешь, Ирнест, всё, что сокрыто в  Христе Иисусе – реально и прекрасно. Полно жизни! Я очень желаю, чтобы ты тоже испытывал это небесное блаженство. Нужно только захо... - Небесное? Блаженство? В моём состоянии? С этими культями?- в голосе Ирнеста зазвучали циничные нотки вспыхнувшего негодования.

 

- Ирнест дорогой, я ведь говорила о духовном блаженстве. О том, что выражается не столько внешне, сколько внутренне. В твоём сердце. В душе. И твоё состояние не может быть преградой для этого. Покой, даруемый Иисусом, изливается в сердце, когда оно открывается для Господа. Искренне, с доверием! - Прекрати, Бриелль. Есть другие темы... - Другие темы? Я же говорю о любви. Когда эта тема стала для тебя неважной? Ты знаешь, что такое любовь? Что ты чувствуешь в своём сердце? К родителям? Ко мне? Ты же говорил, что любишь... меня. Почему ты отказываешься принять то, что говорит тебе твой любимый человек? Я, твоя Бриелль!  Губы Ирнеста тронула слабая улыбка, но уже через мгновение  он снова стал серьёзным. Девушка заметила, что печать раздражения исчезла с его лица. Это было хорошим знаком. 

Ирнест обнял любимую. 

 

- Хорошо... не волнуйся. Не огорчайся. Прости меня, Бриелль. Я подумаю... А всё-таки, что же такое любовь? Ты знаешь? - Знаю Ирнест. То есть стараюсь познать. Но для начала я отвечу - Бог и есть Любовь. Самая прекрасная и могущественная!  - Тогда, скажи, что связывало нас всё это время? Ведь в наших отношениях не было места... Богу... - Ты это хорошо заметил – не было. А если мы дадим Ему это место, то наши чувства только станут богаче и крепче. Ирнест не отвечал. Бриелль тоже молчала, но внутренне она почувствовала, что всё, сказанное ею, было ещё чуждо для самого дорогого для неё человека. И от этого ей стало очень грустно... *** Дневное расписание Ирнеста в реабилитационном центре было очень плотным.  Три раза в день с ним занимался инструктор по лечебной гимнастике. Комплекс упражнений, который должен был исполнять больной, был довольно продолжительным и трудоёмким.  Делая эти упражнения, Ирнест истекал потом, преодолевая боль в своём теле.  Несмотря на то, что инструктор  Ирнеста была подобна хрупкой  девушке, это была женщина с сильным характером: она не позволяла ему расслабляться, требуя прилагать все возможные  для него усилия, чтобы разработать поражённые ожогом мышцы и суставы. У неё было красивое и нежное имя – Фелиса. Её очень любили пациенты за её твёрдость и, в то же время, женскую доброту. Встречая Ирнеста в это утро, Фелиса, обратила внимание на выражение его лица: на нём лежала печать то ли ночного переживания, то ли утомительной бессонницы. Она с улыбкой предложила Ирнесту присесть на свободный стул, пока предыдущий пациент освободит массажный стол. Когда они остались одни, Фелиса обратилась к Ирнесту:  

 

- Это утро вам не кажется добрым, не  так ли? Ваш вид оставляет желать лучшего. Что-то не так с вами? - Да нет, ничего! -  Ирнест, попытался уйти от прямого ответа. - Нет?! Но, Ирнест, это не совсем так, мягко скажу вам. Давайте-ка будем откровенны, иначе наш тренинг может потерпеть урон. Если я буду знать причину вашего выраженного утомления, мне легче будет помочь вам. Договорились? - Да! – односложно ответил Ирнест, но объяснения снова не последовало. Фелиса подождала, пока он улёгся на массажный стол, и не приступая к массажу, с многозначительным молчанием стояла рядом. Ирнест заметил вопрос в её глазах и нехотя ответил: - Просто плохо спал. Снится, знаете, война. Уже скоро год, как нахожусь в мирном окружении, но ночью рвутся гранаты, стреляют снайперы и падают подстреленные и убитые... - Я понимаю. Понимаю вас очень хорошо! Война,  действительно, страшное бедствие, даже - проклятие. Мой отец прошёл Вьетнамскую. Так он почти десять лет вскакивал ночью от пережитых, военных кошмаров. Ни таблетки, ни гипноз – ничто не помогало.  - А теперь? Простите, он ещё жив?  Или... - Жив! Конечно, жив! Теперь всё хорошо. И помогла ему Библия. Просто читал её каждый день, читал перед сном.  И всё прошло. - Как, только чтение Библии? И это оказалось действенным? - А почему вы удивляетесь? Библия – не простая Книга. Это же Слово Божье!  Через чтение ему открылся Господь Иисус, и мой папа стал новым творением. Совсем другим! Спокойным и  радостным! Ирнест прикусил губу: «Вот, и здесь...» - мелькнуло у него в мыслях. Он почувствовал, как его тело напряглось от нахлынувшего раздражения. - Расслабьтесь, пожалуйста. Я перестаю чувствовать ваши мышцы – они становятся жёсткими, словно гранит... Если вы хотите проверить опыт моего отца, начните читать Библию. Кроме покоя и радости, эта Книга дарит близость с Богом и вечную жизнь на Небесах. А у вас есть Библия? 

 

- Нет. Я читаю развлекательную, лёгкую литературу. Фантастику ещё. Это помогает забыться.. - Я не думаю так, Ирнест. Фантастика не может дать утешения. Это же – вымысел. Вымысел человеческий. Нередко глупый, пустой... - Вымысел, согласен. Но а Библия? Я читал Библию, и ничего не произошло.  Видимо, это не для меня. Фелиса ничего не ответила, продолжая разогревать его тело, чтобы потом приступить к серьёзным упражнениям. Оставшиеся полтора часа она интересовалась только текущим самочувствием Ирнеста. Когда тренинг был закончен, и Ирнест уже собрался покинуть тренажерный зал, Фелиса достала из тумбочки Книгу в чёрном переплёте и подала её Ирнесту: - Вот эта Библия, которую читал мой отец  в самый трудный период своей жизни. Я её храню здесь. И поверьте, Ирнест, она уже не одному десятку послужила своим вечным, божественным добром. Возьмите её. И принесёте назад, когда сочтёте нужным. Сегодня у нас с вами всё получилось. Я верю, получится и в дальнейшем...    Фелиса проводила парня к выходу. Когда закрылась за ним дверь, она склонила голову и помолилась... о нём, своём пациенте. 

 

 

Глава десятая

 Принятое решение

 

Воскресное утреннее собрание  подходило к концу. Хор пел любимый всеми христианами гимн «Великий Бог». Бриелль сидела рядом со своей матерью. Всё собрание она внутренне боролась с атаковавшими её мыслями. К этому её побудило объявление пастора о предстоящем крещении в их церкви. Он просил, чтобы желающие принять водное крещение  заявили об этом в конце собрания. Девушка никак не могла решить, как ей поступить. Она понимала две вещи: во-первых, как послушное Божье дитя, она должна исполнить повеление Иисуса Христа «да крестится каждый из вас во имя Отца, Сына и Святого Духа».  

Во-вторых, она тревожилась о своих отношениях с Ирнестом: ведь она его невеста. Она любила его и ждала, что настанет тот час, когда Ирнест предложит ей стать его женой. Если она станет членом церкви – Тела Христова, то тогда... 

 

Её любимый не откликался на разговор о Боге так, как этого она ожидала. Принять крещение – значит обещать Господу служить Ему и признать Его Господином своей жизни. Но тогда она не может стать женой Ирнеста: свет и тьма не могут быть вместе. Они никогда не станут одно. Стало быть, тогда она должна расстаться со своим женихом. Бриелль хорошо уяснила, что её любовь к Господу Иисусу должна быть больше любви к Ирнесту. Во всём и всегда первое место принадлежит её Спасителю: Он Один имеет на её жизнь полное право! О, Ирнест! Как я могу такое сказать тебе?! Отказать ему в замужестве в такое тяжёлое для него время – это сродни предательству. Он никогда не поймёт мои мотивы правильно. Он просто подумает, что я сбегаю от инвалида! Что делать? Что, Господи? Помоги! Дай мне Твой совет, Иисус! ...Джуди  с волнением посматривала на дочь. Она чувствовала: дочь чем-то встревожена. Возможно, она решится на крещение... Когда пастор снова повторил свой вопрос, встали два молодых парня и одна пожилая женщина. Бриелль сидела не шелохнувшись, словно застыла. Помолившись, пастор благословил церковь и распустил собрание. Во дворе девушка обратилась к матери:   - Мам, мне нужно поговорить с пастором.  Я думаю, это займёт время. Не жди меня. Ладно? 

 

Подойдя к офису, Бриелль увидела  пастора Джима  за компьютером. Дверь была приоткрыта. Девушка постучала о дверной косяк и попросила разрешения войти. Джим встал и, подойдя к вошедшей, радушно приветствовал девушку. Бриелль смущенно спросила: -Пастор Джим,  у вас будет время  выслушать меня – мне нужен ваш совет. Я просто заблудилась в своих мыслях. - Конечно, Бриелль. Я здесь для того, чтобы помогать овечкам Господа. Проходи. Располагайся вот здесь.  Удобно? Как дела у Ирнеста? Я надеюсь, он уже окреп?! - Я хотела поговорить о нём. В общем, о нас, о нас обоих. А Ирнест чувствует себя гораздо лучше. Только ночной сон у него очень беспокойный...  Я на собрании никак не могла решиться сказать о...  Знаете, пастор,  я тоже хотела бы принять крещение, но не совсем уверена, как правильно поступить... в моём случае... - Хорошо, Бриелль! Давай пригласим Господа в наше общение – ведь Его присутствие нам необходимо, как свет на тропе ночного путника. 

 

 Джим  закрыл дверь офиса и склонил колени. Девушка последовала его примеру.  После молитвы, присев на краешек стула, Бриелль стала быстро излагать свои мысли, словно боясь, что что-то не доскажет, упустит. Джим слушал её внимательно, не прерывая, не задавая никаких вопросов. Он понимал её беспокойство и сомнение. - Пастор Джим, я хочу знать, как поступил бы Христос на моём месте. Или, хотя бы, какое решение вы приняли бы, окажись в моих обстоятельствах? Для меня это очень-очень трудная дилемма... - Да-а! Это очень правильный вопрос и, действительно, сложный. Но только на первый взгляд. Давай по порядку, Бриелль. Скажи мне, твоё желание следовать за Христом осознанно, в полном послушании принято сердцем или это на уровне разума? Ну, то есть, ты это принимаешь, как написанную букву, или тебя влечёт к этому сердце? Девушка задумалась: такого вопроса она перед собой не ставила. Сердце... кому принадлежало её сердце? Господу? Ирнесту? Или она сама управляла его желаниями? Нет, она не могла ответить так, чтобы это было стопроцентной правдой. По сути, она ещё не знала ответа на этот вопрос. - Мне кажется, пастор... Я не совсем уверена.. То есть, я стою словно на распутье. Мне совсем не ясно моё будущее.  У меня нет уверенности даже в себе... Это плохо, я понимаю. Но что поделаешь, когда это так... 

 

- Это уж не так и плохо, Бриелль. Куда было бы хуже, если бы ты была уверена в себе. Вот тогда это было бы настоящим бедствием! Христианину положено быть уверенным только в Господе. Если помнишь, так написано: «Надейся на Господа всем сердцем твоим и не полагайся на разум твой». Второй мой вопрос такой: твоя любовь к Ирнесту понесла изменения после его ранения? Другими словами, ты любишь так же сильно своего друга, как  прежде или заставляешь себя быть с ним рядом только потому, что чувствуешь  такую обязанность? - Да, я люблю его. Конечно, пастор, Ирнест сильно изменился. Я имею виду не только его физическое состояние, но и его душевные проявления.  Теперь он по-другому реагирует на многое. Более вспыльчив, менее ласков.  И часто отсутствует ... Бывает, я чувствую, что он в мыслях где-то далеко, не со мной.

 

 

 - На это есть своё объяснение, Бриелль. Ты только подумай, что он перевидал и что пережил. Ему нужно время освободиться от всего этого.  Так ты знаешь твёрдо, что твоя любовь сильна настолько, чтобы пойти с ним, таким, дальше по тропе жизни? -Да! Я хочу быть рядом с ним всегда! Хочу, чтобы наше счастье продолжалось. Хочу, чтобы Ирнест чувствовал себя достойным принимать и дарить любовь.  Но я так мало знаю жизнь... -  Прекрасно, Бриелль. Любовь идёт дальше слов. Любовь совершает дела, жертвуя собой. Ты – красивая девушка, Бриелль. Ирнест уже не тот белокурый юноша с крепкими руками и ногами. Он – инвалид на всю оставшуюся жизнь. Тебе придётся взять на свои женские плечи большую долю семейных обязанностей. И одолеть такое возможно только истинной любви - не эгоистичной, но жертвенной и  верной. - А что с крещением? - А Завет крещения дан нам Господом Иисусом. Послушание лучше жертвы. Следуй тропой послушания, дорогая сестра, и Господь устроит твой путь. Взирай на невидимое – оно вечно и могущественно! ...Бриелль шла домой. Её сердце стучало радостно и на душе было легко: она получила ответ и  была уверена, что его послал ей любимый Господь Иисус.  Теперь она знала, что нужно делать... 

Нравится
21:50
45
© Анна Лукс
Загрузка...
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку своих персональных данных.
Нет комментариев. Ваш будет первым!

Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил ЛитСалона и Российского законодательства.

Пользовательское соглашение