Путеводитель по сайту Отличия ЛитСалона от других сайтов

ХИМИЯ РАЗНЫХ ПРОТИВОПОЛОЖНОСТЕЙ

ХИМИЯ РАЗНЫХ ПРОТИВОПОЛОЖНОСТЕЙ

 

Галина Кузинина:

«Язык надо зубрить,

а не разводить тут Бундестагов».

Шел 1981 год, подаривший США нового президента, а СССР — четвертую звезду героя генеральному секретарю партии. В эту застойную эпоху народ, всячески развлекавший себя в скучной определенности буден, передавал из уст в уста анекдот про забег Рейгана и Брежнева. По контексту американец финишировал первым и Советские газеты писали: «В результате напряженной борьбы Генеральный секретарь ЦК КПСС Л. И. Брежнев завоевал почетное второе место, а господин Р. У. Рейган пришел к финишу лишь предпоследним».

В стране получило развитие так называемое дело «русистов», которых глава Комитета Государственной безопасности Юрий Андропов счел еще более опасными, чем диссидентов. Именно тогда, вокруг разгона редакции журнала «Наш Современник», началась кампания по новому давлению на интеллигенцию, так и не нашедшей гармонии с властью.

Однако печатная пресса отдавала предпочтение совсем другим темам. «Только в прошлом году в счет обязательств по достойной встрече XXVI съезда партии, — писала областная „Бельгоградская коммуна“ — труженики НГДУ „Бельгограднефть“ добыли сверх плана двенадцать и одну десятую тысячи тонн нефти, два и семьдесят пять миллионов кубометров газа. Введено в эксплуатацию четырнадцать новых скважин. Себестоимость товарной продукции снижена на сто девяносто семь тысяч рублей. Воодушевленный высокой наградой Родины — переходящим Красным знаменем ЦК КПСС, Совета министров СССР, ВЦСПС и ЦК ВЛКСМ и памятным знаком „За высокую эффективность и качество работы в десятой пятилетке“ с занесение на Всесоюзную Доску почета на ВДНХ СССР, коллектив управления в первом году одиннадцатой пятилетки также внес весомый вклад в выполнение предсъездовских обязательств».

Основными темами номеров становились: «Глубокое впечатление на педагогическую общественность произвел Отчетный доклад Центрального комитета КПСС XXVI съезду партии, с которым выступил Генеральный секретарь ЦК КПСС товарищ Л. И. Брежнев. Нет ни одной стороны жизни, волнующей советских людей, которая не нашла своего отражения в этом глубоком по содержанию документе».

В Бельгоградской драме только что вышла премьера по пьесе «Каса Маре», встретившая новую волну критики за продвижение молдавских обывательских ценностей, а в детском театре с успехом шла колоритная грузинская сказка «Похождения храброго Кикилы».

У старшеклассников же одной из школ Бельгограда закончилась веселая лабораторная по химии, на которой Виталя Герань по обыкновению смешал все, что только стояло на его столе, в одной мензурке. В какой-то момент колба не смогла удержать адской смеси реактивов и выстелила залпом вспененной массы. Сидевшая рядом соседка — привлекательная немка по фамилии Гармс, вскочила со своего места и подняла подол юбки, чтобы попавшая на черный фартук кислота не прожгла ее белоснежных ног. Класс, наблюдая картину, пришел в состояние крайнего восторга. Особенно веселился секретарь комсомольской первички Славик:

— Лилия, снимай платье целиком, здесь все свои.

Строгая химичка Татьяна Анатольевна, к тому времени уже серьезно рассчитывавшая на кресло директора школы, подобной фамильярности стерпеть не смогла. Она в два прыжка оказалась у парты будущего регионального министра образования и влепила ему звонкую пощечину, отчего на прыщавой щеке Славика вспыхнул неестественный румянец, а очки чуть было не улетели к радиатору отопления.

— Фусенко, да как ты смеешь, — с презрением заявила она, — Да за такие слова запросто из комсомола вылетают. Гармс, марш в лаборантскую! Герань, вон из класса!

Остаток урока был сорван. Пока учитель и пострадавшая в четыре руки отмывали прожженный фартук в подсобке, класс смаковал подробности истории, успев обсудить и ноги немки, и фасон ее исподнего, и дальнейшую судьбу героев происшествия, если химичка посмеет дать происшествию ход.

По звонку, обгоняя друг друга в спринте к тесной раздевалке, редкий скромняга не пренебрег возможностью влепить Славику какой-нибудь щелбан, фофан или пинчище. Даже флегматичный Дремов, раскрутив на руке тяжелый кирпич портфеля с убойной надписью «Дип Папл», умудрился внести свою лепту в массовое унижение одноклассника.

У вешалок Фусенко подобрался к Лилии:

— Я влюблен, — заявил юноша и положил свои потные ладони девушке на грудь.

Гармс вспыхнула, ударила Славика по той же румяной щеке, которую пятнадцать минут назад уже облюбовала химичка. Девушка, подрагивая телом, устремилась к выходу из раздевалки, уронив на пол свое пальто.

— Царица, — бросил ей вслед очкарик, но увидел большой кулак, которым пригрозил ему стоявший неподалеку Виталя, предпочел заткнуться. Герань поднял с пола очень советское манто одноклассницы и с какой-то невнятной нежностью водрузил его обратно на вешалку.

Тем временем Гармс, почти рыдая на ходу, поднялась на второй этаж, где в единственном в школе лингафонном кабинете обитала классная руководительница — учитель «зидойча» Галина Михайловна Кузинина. Мэтр советской педагогики была в классе одна. Она разглядывала каракули очередного словарного диктанта, который написали ее самые маленькие ученики. Изредка, натыкаясь на новую ошибку, фрау поджимала свои тронутые старостью губы. Отточенным жестом дама выносила красную черту на поля и выводила правильный вариант, оканчивая фразу восклицательным знаком. На ее руке, державшей ручку, красовался огромный, во всю фалангу перстень с янтарем. Форму этого камня знало большинство мальчишеских макушек в школе, потому что преподаватель немецкого очень любила сопровождать нравоучения постукиванием перстня по черепушкам.

— Галина Михайловна, — схлебывая обиду, с порога заголосила Гармс, — Славка опять меня трогал в раздевалке.

История влечения Фусенко к Лилии имела уже достаточно большой архив жалоб со стороны девушки и даже ее родителей. У Галины Михайловны в специальной папке лежали многочисленные любовные записки Славика, чаще — откровенно глупые стишки его собственного сочинения. Все это Лилия каждый раз приносила классной даме, облачая в форму непреодолимой проблемы и трагизма.

— Что с твоей формой? — осведомилась Кузинина, разглядывая мокрое место с дырой на черном фартуке из гипюра.

— Это на лабораторной по химии случайно вышло, — не стала сдавать Виталия девушка.

— Слава, Слава, — вернулась к теме неразделенной любви классная руководительница, — Что же, придется выносить поведение секретаря на комсомольский актив. Так, я полагаю?

Лилия одобрительно закивала, потому что несуразный одноклассник с неприятным запахом изо рта уже давно стоял ей поперек горла.

— Однако, — добавила Галина Михайловна, — Задумайся, Лилия. У меня восемнадцать девочек в классе. А щупают в раздевалке только тебя.

Гармс, осознав смысл реплики, скривила смазливое лицо. Ее затрясло от волны накатившего стыда. Девушка, не имея возможности сдержать истерический рев, бросилась к умывальнику женской уборной, еще не подозревая, что последнюю фразу учителя немецкого она будет помнить всю свою жизнь.

Фрагмент из романа "Дело табак".

Полный текст на https://ridero.ru/books/delo_tabak/

Нравится
08:25
135
© Рябцев Денис Евгеньевич
Загрузка...
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку своих персональных данных.
Нет комментариев. Ваш будет первым!

Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил ЛитСалона и Российского законодательства.


Пользовательское соглашение