Путеводитель по сайту Отличия ЛитСалона от других сайтов

ФАЗАНЬИ ПЕРЬЯ, Гл. 6. Божий сад в саванне

ФАЗАНЬИ ПЕРЬЯ, Гл. 6. Божий сад в саванне

ВЛАДИСЛАВ ЗУБЕЦ

 

Глава 6

 

БОЖИЙ САД В САВАННЕ

 

Плавают туманы и витают блюзы, и фея

на пуантах тактами фортепиано...

Луг весь забрызганный ирисами – как чёрно-синий бархат и ордена саран...

Для Рая лучше не придумать.

 

Удивительно, что прожив в Хабаровске даже несколько лет, с настоящим Дальним Востоком можно и не встретиться. Со мной, по крайней мере, было так. Возможно, времени не оставалось или упрямо хотелось жить московскими представлениями, не знаю. Меж тем, этот город способен очаровывать, вот только язык его трудно усваивается, потому что для этого сначала нужно самым категорическим образом освободить голову от прошлого содержания и на свободном месте, без предвзятостей, буквально по молекулам собирать и строить в себе Дальний Восток.

 

Может быть, так меняют религию. Ну, а мне ничего другого не оставалось. И дело шло само собой. Очарованья были – когда закат застигнет где-нибудь на спуске с главной улицы, когда от речного вокзальчика под вальс амурских волн отчаливает теплоход, или в тихой метели весеннего тайфуна.

 

 

Только редко сначала. Это Дальний Восток меня трогал, подкараулив, выждав момент, когда я почему-то забуду, что должен спешить, что-то обязан, что мне хотелось бы видеть другое. Трогали душу очарованья, но как-то секундно. Я их не держал, все откладывая, когда разгребу, наконец, серую вату необходимости и заживу по закону воли... Правда, наверное, в этом состоянии можно провести всю жизнь.

 

Теперь, если бы мне предложили выбрать символ для Дальнего Востока, или хотя бы Хабаровска, я бы без колебаний ответил, что это сарана. Возможно, они бывают и в других местах, но я видел их только здесь. Крупный красивый цветок вроде желтой морской звезды. Я ни разу не видел, чтоб их продавали на улицах. Может быть из-за цвета? Желтое почему-то не очень любят. Или их так много на лугах, что за красивое и не считается и не признается?

 

В сопках у базы КАФ попадались иногда, но не казались типичными. Зато я раз в июне был в командировке – ездил в Биробиджан и сразу за мостом через Амур десятки километров по лугам их сплошные поля, а ближе к воде, к болотцам, проточкам и лужам - семейства синих ирисов. На высоких ножках. И из окна вагона вращенье желтых и синих полей до дальнего Хехцирского хребта, висящего синей стеной за Амуром.

 

 

Хехцир из города виден лишь дальним очерком, а тут железная дорога, видимо, его обходит, и он большой и тянется часами, грандиозный. Обилие саран и ирисов – вот что такое амурские луга в июле, не то что зимой. Это так неожиданно, что я решил тогда обязательно выбрать день и бродить среди них по небесной воде. Это Дальний Восток, наконец, мне себя показал, как не ждал, и от этого – тем более захватывающе.

 

Но выбраться долго не удавалось. Так долго, что весь левый берег обстроили дачами, и ниже амурского Утеса возникла прекрасная набережная со стадионом. Там удивительно быстро встали большие деревья, катера причаливают. И вечером целые толпы гуляющих, и все равно просторно.