Путеводитель по сайту Отличия ЛитСалона от других сайтов

ФАЗАНЬИ ПЕРЬЯ, Гл. 4. Сны провинциальные

ФАЗАНЬИ ПЕРЬЯ, Гл. 4. Сны провинциальные

ВЛАДИСЛАВ ЗУБЕЦ

 

 

Глава 4

 

СНЫ ПРОВИНЦИАЛЬНЫЕ

 

Подобное виденье, если вспомнить, являлось мне не только на берегу Ухты. Возможно, что оно вообще наводится метелью, непогодой, но при обычных обстоятельствах тотчас же ускользает, сколько не шевели ему вслед пальцами. Вот, к примеру, в Хабаровске. Может быть, первая осень?

 

Да, несомненно, что первая. Мне тогда здорово доставалось, а из отдыха - кофе и джаз, тихий джаз из приемника до утра.

 

Дуба-дуба-дуба-дуба!

В блюзе.

Хамелеон и фата-моргана,

Изогнувшаяся в три ха-ха.

 

Конечно, я знал уже город. Да что в этом толку, когда в голове у тебя подмосковные сосны, метро или хотя бы простая возможность съесть на бегу пирожок и запить его чашкой бульона. К тому же сплошь командировки:

 

Биробиджан, Находка, Уссурийск... На одном Сахалине − три раза.

 

Затуркан и упрям, не ведал я ни лета, ни весны. Разве что изредка выйдешь под вечер − чужое. Но одна из подобных прогулок все же сбила дурную инерцию.

 

Осень кончалась, ранние сумерки. Помню, я брел, как всегда, по тропинке рядом с трамвайными рельсами, где телевышка, а с другой стороны что-то вроде леска (за колючей проволокой). Бывало, пройдешь так две-три остановки, и ничего тебе больше не остается, как на все махнуть рукой. Ну, а в тот раз даже такая программа не выполнилась, потому что внезапно пошел снег.

 

Да, - штриховка внезапной метели...

 

Все потемнело, как катастрофа. Бурьян, провода и столбы, и сама моя узенькая тропинка сразу же в ней потерялась, вместе со смыслом идти дальше.

 

Миллионами снежин

Вроде с северных морей...

 

Однако, я не сразу повернул назад. Наверно, неожиданная свежесть? И что-то было тут похоже не только на Кольчём. Это как двери в ряд комнат: в какой-то букет хризантем, в какие-то стихи /«не поправить дня усильями светилен...»/ В общем, возникла свобода ретроспективного созерцанья.

 

И мог бы добавить, что видел вблизи листья монгольского

дуба. Видел сухие... Однако знакомству с характерными особенностями маньчжурской флоры время тогда еще не подошло.

 

Я тоже был облеплен снегом. Как бурьян. Как листья дуба. Как ближайшая трамвайная опора. В этом свежесть хризантем? В этом свежесть хризантем!

 

 

Ноябрем заблудиться

В вечерней метели...

 

Говорю, что Кольчём, несмотря на всю его безоговорочную экзотику, уже существовал в душе задолго до того, как я с ним познакомился.

 

А в смысле свежести, конечно же, повинен и бурьян. Его семена, если их растереть, даже после зимы, сохраняют весьма резкий запах эфиров.

 

Полынь, хризантемы, багульник...

 

 

Бесчисленное множество оттенков. Нo поди, разберись, что упорно наводится поверх, что бесплотней, чем воздух, чему безразлично, где быть.

 

Мне хочется пока отвлечься от Кольчёма. Там, в сущности, осталось мало дней и глав, а надо успеть кое-что про Хабаровск, хотя бы как начало Нижнего Амура.

 

Мне медленно его являлись чудеса...

 

Тут трудней, чем, скажем, Сикачи и Николаевск, потому что одно турист ты там или же командировочный, но потратить на город изрядный кусок своей жизни иная ответственность, спрос.

 

Фазаньи перья? Вечер на тропинке к ним еще мало относится. Хоть сбило дурную инерцию? Вернулось хотя бы желание думать и говорить, с которым я, кажется, раздружился, едва вступив на Хабаровский перрон. Да и вообще со всею очевидностью приехал не тем поездом, который был подан для «содержательной женщины» из до сих пор волнующей меня послевоенной ленты «Поезд идет на восток».

 

 

Зато с той ягодой, коей она грозилась продвинуть к оленеводам, я-таки встретился, причем, сразу. Понадобилась срочная консультация, а человек в отпуске. Пришлось зайти к нему домой. И к чаю нам открыли банку с каким-то неведомым вареньем.

 

- Что это?

- Лимонник, королева Дальнего Востока.