Путеводитель по сайту Отличия ЛитСалона от других сайтов

Дневник профессора Гарросса 9.4

23

Намаявшись за день, и не отдохнув, как следует, ночью, я спал как убитый, без всяких сновидений, и Джаксону понадобилось немало времени, чтобы разбудить меня. Всмотревшись в его изображение на экране, я заметил, что он сильно изменился с того  времени, как мы приземлились на Чиккорию. На лице появилось множество морщин, под глазами повисли мешки, а в густой шевелюре заблестела седина. Он постарел и выглядел очень усталым. Видно, сказалась аварийная посадка, смерть Колота и почти беспрерывный ремонт корабля.

-  Извините, сэр, - не удержался я, - а сколько вам лет?

-  До полёта было сорок один, а сейчас не знаю. Компьютер вышел из строя, и потому неизвестно, сколько мы добирались сюда. А что это вас заинтересовал мой возраст?

-  Сейчас вам, пожалуй, можно дать все шестьдесят.

-  Вас это удивляет, профессор?

-  Если честно, то – да. За несколько дней превратиться…

- Несколько дней вы говорите? – Джаксон усмехнулся. – Эти несколько дней, да и все последующие, проведённые здесь, будут для меня вечностью. Понимаете о чём это я?

Такой откровенности я не ожидал и с удивлением уставился на экран. Он помолчал немного, о чём-то задумавшись, затем прокашлялся в кулак и тихо продолжил.

- Я даже решил, если нам повезёт, и мы вернёмся на Землю, переведусь в наставники или в охрану. Хотя какой теперь с меня наставник, тем более охранник. Этот полёт для меня последний, - признался он вдруг, - больше я уже не выдержу…

Он снова замолчал. Затем, словно спохватившись, перевёл разговор на другую тему.

- Однако я разбудил вас совсем по другому поводу. Вы вчера не вернулись  на корабль. По какой причине?

-   Мы зашли слишком далеко, и Джолтон…. Понимаете, сэр, здешний климат сильно действует на нервы. Постоянное напряжение, жара, плюс повышенная влажность, утомительная работа. Всё это…

-   Не выгораживайте его, профессор. Этот псих устроил спектакль?

-   От того, что нам пришлось пережить, не мудрено потерять голову.

-   Однако вы сумели сохранить свою.

-   Выходит, это не у каждого получается.

-   Жаль.

-  Мы очутились в другой исторической эпохе, сэр, - напомнил я. - Такой перемены может не выдержать и сильный.

- Возможно, вы и правы, - Джаксон потёр ладонями виски. – Но вернёмся ко вчерашнему дню. Вы не закончили.

-  Да тут собственно и говорить больше нечего. Пока мы согласовывали и утверждали план дальнейших действий, прилив перегородил нам путь. Пришлось заночевать в джунглях.

-  Да, я смотрю, дебаты у вас были серьёзные.

-  Да уж, - не стал отпираться я.

-  Ну, а как продвигаются ваши поиски?

-  Пока неважно. Надеюсь, что сегодня нам повезёт больше.

-  У вас слишком неважный вид для этого.

-  Ничего. Моррис вернёт нам прежний вид.

-  Моррисс – это, конечно, хорошо. Я ведь сам на нём настаивал. И всё же, я бы не советовал вам злоупотреблять им, профессор.

-  Не беспокойтесь, сэр, мы пользуемся им только в исключительных случаях.

- Хорошо. Только постарайтесь вернуться сегодня вовремя. И прошу вас, профессор, последите за Джолом, чтобы здешний климат и джунгли поменьше на него воздействовали.

-  В джунгли мы больше не пойдём. Это бесполезное занятие. Займёмся горами. Только там мы сможем найти что-нибудь стоящее.

-  Ну что ж, удачи вам, - Джаксон посмотрел на часы. – Мне пора. У меня много дел, но мало времени, а ещё надо побеседовать с Джолом. До вечера, профессор, и помните: максимум осторожности.

Прежде чем выключить связь, он вдруг лукаво улыбнулся и спросил:

-  Вы когда в последний раз смотрелись в зеркало, профессор?

-  Кажется,… на Плутоне, - растерялся я. – А что вы….

-  Да нет, ничего, - поспешил он ответить и исчез.

Я пожал плечами и, обдумывая его вопрос, прошёл в ванную. Лицо сразу защипало, как только я ополоснул его холодной водой. От неожиданной боли я выпрямился и увидел прямо перед собой зеркало, висевшее над раковиной. Странно, но до этого момента я почему-то никогда не обращал на него внимания. Наверное, последовавшие после анабиоза события настолько затянули меня, что я перестал интересоваться своей внешностью.  И как оказалось, зря.  Увидев сейчас своё отражение, я понял лукавую улыбку командира и его вопрос. Оказалось, я выглядел намного старше его. Те же морщины и мешки под глазами, в длинных волосах вовсю хозяйничала седина. А отросшие заново борода и усы, разбавленные проседью, ещё больше придавали мне сходство со старцем. Выглядел я просто ужасно, и вид мой поразил меня сильнее, чем трансформация Джаксона. Бог ты мой! Мы ведь находимся на Чиккории всего четвёртые земные сутки! Неужели она так на нас воздействует, что мы стареем не по дням, а по часам?  И что самое интересное, никто, и Тетси в том числе, не сказал мне об этом. Ни слова, ни намёка. А впрочем, я сам-то! Заметил ли как изменились другие? Ведь не только же мы с Джаксоном так постарели.

Я ещё раз пристально посмотрел на своё отражение. О вчерашних «серьезных дебатах», упомянутых Ноктом, красочно говорили разбитая нижняя губа и большая ссадина на левой скуле, которые и дали о себе знать, как только в них попала вода.

Разозлившись на себя за такое пренебрежительное отношение к своей персоне, я тщательно выбрился, стянул волосы на затылке в тугую косу и тем самым вернул себе лет двадцать. Затем небрежно напялил на голову шляпу и, довольный собою, отправился в кают-компанию завтракать.

Там я увидел Джолтона и Тетси. Огромный синяк под его левым глазом давал помещению дополнительное освещение и в купе с разбитым носом придавал ему комический вид. Джолтон был взбудоражен и явно чем-то недоволен. Тетси, накрыв рукой его ладонь, тихим голосом успокаивала его. Они напомнили мне группу заговорщиков.

Теперь-то я не упустил случай и внимательно пригляделся к обоим. Оказывается, Джолтон тоже постарел. Такой же морщинистый и седой, как и я. Седина не пожалела даже его бакенбарды. Странно, но ещё вчера я не заметил в нём ничего такого. Неужели мы были так заняты выполнением задания, что не заметили перемен, происходящих с нами? Или мы так изменились за эту последнюю ночь, что провели в джунглях? Тетси, слава богу, осталась прежней, хотя что-то неуловимое в ней подсказало мне, что происходящее на Чиккории коснулось её тоже. А когда я окликнул их, и она обернулась, я заметил на её челке прядь седых волос.

-  Привет, заговорщикам! – весело поздоровался я с ними. – О чём совещаетесь? Задумали совершить переворот?

-  Здравствуйте, профессор! - обрадовалась моему приходу Тетси.

-  А вы оказывается большой болтун, профессор! – в ответ накинулся на меня Джолтон.

-  Что такое? – опешил я.

-  Вы уже успели наябедничать Джаксону!

- Он сам догадался. А когда он спросил, почему мы вчера не вернулись на корабль, то мне ничего не оставалось…

-  Это вы могли бы и пропустить!

-  …как подтвердить его догадку, - закончил я, не обращая внимания на его выходку. – Или я должен был сказать, что мы проводили эксперимент на выживание?

Джолтон, до этого разъярённо смотревший на меня, смутился и отвёл глаза.

-  И всё же вы могли бы не говорить об этом, - упрямо повторил он.

-  Мы же с вами не на прогулке, Джолтон, - примирительно сказал я ему. – Мы рискуем жизнями, когда выходим из корабля. И для того, чтобы вернуться назад, мы должны быть очень осторожными и избегать всяческих глупостей. Вроде вчерашней. Или вы думаете иначе?

Джолтон промолчал, хотя по его виду я понял, что он всё ещё сердится на меня.

-  Да, хватит тебе, Джол! – поддержала меня Тетси. – Ну чего ты завёлся? Да любой идиот сразу догадается, откуда у вас с профессором такие знаки отличия на лицах. Или ты хотел убедить нас, что наткнулся на ветку или  упал на камень? Профессор прав, и ты должен иметь это в виду.

После завтрака, прихватив с собой солидный запас провизии, приборы и инструменты, мы под охраной Тетси покинули корабль и зашагали вдоль берега, ничего не упуская из вида. На этот раз мы не забыли про рации. В моём левом ухе покоился крошечный динамик, а на правой щеке у рта – миниатюрный микрофон. За спиной на брючном ремне были пристегнуты блок питания и рация. Джолтон был экипирован точно так же. Теперь при необходимости можно было в любой момент связаться друг с другом и с кораблём. Достаточно было только нажать на нужную кнопку.

Было ещё утро, как ни странно. По крайней мере, солнце не палило изо всех сил, а прохлада моря поддерживала в нас силу и бодрость. В полдень такого удовольствия уже не получишь. Я был свеж и полон сил. Перед уходом мне удалось поцеловать Тетси, и теперь счастливое настроение просто переполняло меня. Правда ссора с Джолтоном немного омрачала наш путь, но я старался не думать об этом, так как не сомневался, что первая же опасность или трудность снова сдружит нас.

До водопоя мы дошли без приключений. Воды, разумеется, после отлива там уже  не было, зато сохранились следы ящеров, оставленных этой ночью. Некоторые из них, мне не знакомые, я снял на видеокамеру. Затем мы пересекли тропу Гигантов, подошли к скале, под которой вчера прятались от динозавров, и согласно моему плану произвели рекогносцировку. Мы ведь решили продолжить поиски места для космодрома в горах, поэтому теперь нужно было выяснить, как туда проникнуть.

Горы производили грандиозное впечатление. Их отвесные стены, отражая солнце кварцевыми прожилками, вздымались так высоко, что закрывали собой половину неба, и где-то там, на невообразимой высоте, сверкали серебром шапок из вечных снегов их величественные вершины. Я не сомневался, что за этими неприступными стенами скрывались и равнины, и нагорья, и плато, и каньоны, и леса и реки. Только как вот добраться до них? Скалолазанию нас не учили, а какие-либо лазейки в горах мы, как ни старались,  не увидели.

Но я был уверен, что вода, сбегающая с гор, обязательно должна собираться в реки, а те, в свою очередь, впадать в море. И значит, в этих местах в горах обязательно должны быть пробелы: что-то вроде ущелья  или каньона, через который мы сможем попасть внутрь горного царства. Чтобы найти это место, нам придётся прогуляться вдоль гор. Нужно лишь было  выбрать направление. А их было два, так как от скалы, у которой мы стояли, горы расходились в две стороны. Один хребет вначале тянулся на север, а потом, делая огромную дугу, уходил в бесконечность на восток, как бы охватывая джунгли полукольцом. Второй тянулся вдоль моря на запад и пропадал вдали. Я предложил Джолтону второй вариант, мотивируя его тем, что джунгли нам уже осточертели и были  слишком опасны для наших жизней. Тот согласился, не раздумывая.

Прежде чем отправиться в путь, я взялся за бинокль и ещё раз внимательно  осмотрел западный хребет, в надежде всё-таки найти там что-нибудь пригодное для нас. Увы, ничего подходящего я так и не увидел,  но зато разглядел вдали что-то непонятное, на что не обратил внимания раньше, когда рассматривал горы в первый раз.  Нечто, отдалённо похожее на фонтан брызг. Возможно, это  был подводный гейзер. Возможно, это развлекался кто-нибудь из динозавров. А может, это была так нужная нам лазейка? Последнее предположение мне понравилось больше. Осталось только проверить правильно ли оно.

По моим прикидкам, до фонтана брызг было километра два пути, и путь этот был очень опасным. Горы почти вплотную подступали к морю, оставляя нам полоску суши  шириной пять, местами десять метров. Здесь негде было спрятаться, и на этом открытом пространстве мы могли послужить лёгкой добычей для любого зверя, надумавшего напасть на нас.

Сжимая в руках «грифоны» и с опаской поглядывая на воду, мы быстро зашагали по отполированному водой базальту, и успели преодолеть почти  половину дистанции, когда до нас донёсся еле слышный  неясный шум. Он исходил оттуда, куда мы направлялись. Пришлось остановиться, чтобы выяснить, в чём дело. Ведь этот шум мог представлять для нас опасность, а может быть, и нет. Через бинокль ничего не удалось рассмотреть, и тогда, посовещавшись, мы решили, что глупо возвращаться назад,  не узнав, что твориться там впереди, когда мы уже прошли такое расстояние. И мы  двинулись дальше.

 Чем ближе мы приближались к намеченной цели, тем сильнее становился шум. Динозавр не мог его производить, и это нас немного успокоило. Вскоре с помощью бинокля я смог определить, откуда он исходит. Его производила река, которая, бурным потоком вырываясь из чрева пещеры, неистово бросалась на груды камней, преграждавших ей путь, отчего разлеталась в стороны мириадами брызг и так, брызгами, вливалась в море. Это открытие обрадовало меня: мои расчёты оказались верными.

Мы прибавили скорость. Но тут впереди недалёко от нас вдруг забурлила вода, и из глубины на поверхность стали выныривать и с шумом лопаться пузыри. Затем пузыри сменились мощными волнами, которые с какой-то непонятной яростью выплескивались на берег. Оцепенев от неожиданности, мы с ужасом наблюдали за происходящим буквально у наших ног, ожидая, чем всё это закончится.

Вот вода забушевала ещё сильнее: кто-то всплывал на поверхность. И этот кто-то огромной чёрной массой уже маячил под толщей воды, приближаясь с неимоверной быстротой. Ещё немного и он… Я не стал ждать этого момента и нажал на курок. Джолтон опередил меня на доли секунды. Мы жали на курки до тех пор, пока закипевшая вода не обдала нас паром, вырвав нас из состояния шока.

Когда пар улетучился, в воде никого уже не оказалось. Вздохи облегчения одновременно вырвались из наших уст. Вытирая с лица капельки осевшего на меня пара, я устало прислонился к скале. Это перенапряжение отняло у меня все силы. Джолтон выглядел не лучше. Я, молча, отстегнул фляжку с кассонэ и сделал несколько больших глотков. Затем протянул её Джолтону. Вчера он поделился со мной, теперь была моя очередь. Он не отказался, взял фляжку  и влил в себя изрядную порцию этого живительного напитка.

Оставшееся до пещеры расстояние мы преодолели бегом.

Пещера, как и всё на Чиккории, оказалась огромной: шириной – метров пятьдесят, высотой  - метров двадцать. Посередине неё в пятнадцатиметровом русле бешено мчался неукротимый водяной поток и производил такой грохот, что невозможно было расслышать собственный голос. И мне забавно было смотреть, как напрасно надрывался Джолтон, пытаясь что-то сказать мне, прежде чем ступить следом за мной в пещеру. Я знаками показал ему, что не слышу его и поманил за собой. Тогда он  безнадежно махнул рукой и шагнул в пещеру. Он почти подошёл ко мне, как вдруг нога его поскользнулась, и он едва не упал в реку: в последний момент я умудрился поймать его за руку и тем самым помог удержать равновесие.

Пол в пещере был устлан влажными, отполированными до блеска камнями и идти по нему было не легче, чем по льду. Ноги то и дело скользили и разъезжали в разные стороны. В любую минуту можно было свалиться в реку, а та своим необузданным течением увлечь за собой и разбить о камни. Но другого пути у нас не было. Прежде чем двинуться дальше, я посветил  вокруг фонариком и заметил, что чем ближе к стене, тем пол был суше. Тогда я, соблюдая осторожность, направился к стене и увлёк за собой Джолтона, крепко держа его за руку. Добравшись до сухого места, мы расслабились и могли уже спокойно продолжить путь.

 Порядком устав от ходьбы, шума и темноты, я посветил фонариком на часы. Мы шли уже около трех часов, а пещера и не думала кончаться. Неужели она, как и тропа Гигантов, тянется до бесконечности? А что если она может вывести нас по ту сторону гор? Вот бы посмотреть, что там за этими горами! Скорее всего, там должен быть другой климат. Ведь эти высоченные  горы, тянущиеся с запада на восток, надежно защищают Страну ящеров от холодных северных ветров. Если, конечно, полюса Чикоррии тоже покрыты вечными льдами. И, если это так, то значит, за этими горами должны быть  другая растительность и другой вид животных. Может быть даже…

Мои размышления внезапно прервал Джолтон. Он догнал меня и, отчаянно жестикулируя, попытался что-то втолковать. Но, не смотря на всё его усердие, я так и не понял, что же он от меня всё-таки хочет. Видя, что все его старания бесполезны, Джолтон тогда сменил тактику. Он медленно ткнул пальцем себе в грудь, затем в меня, потом на часы и после указал этим же пальцем назад. Я решил, что он предлагает мне вернуться, считая, что идти дальше – напрасная трата времени, и отрицательно покачал головой в ответ. Идея посмотреть, что там по ту сторону гор уже захватила меня. Вот только, сколько уйдёт на это времени? Мне вовсе не хотелось ещё раз остаться на ночь вне корабля. Сориентировавшись по времени, я посчитал, что у нас в запасе имеется часов восемь – девять, и решил три из них посвятить путешествию по пещере. Я попытался втолковать это Джолтону, но у меня тоже ничего не получилось. Тогда я просто развернулся, и, махнув ему рукой, чтобы он следовал за мной,  быстро зашагал вглубь пещеры.

Не знаю, сколько прошло времени, когда до меня неожиданно дошло, что я не вижу свет от фонаря своего напарника. Я обернулся, в надежде, что тот просто от меня отстал, но позади меня была только кромешная темнота. На мои сигналы фонарём он не отозвался, а орать в рацию было просто бесполезно. Неужели он всё-таки повернул назад, этот кретин?!

Ругаясь и чертыхаясь, я развернулся и, тщательно освещая дорогу, пошёл обратно. И так торопился догнать этого недоумка, что, когда луч фонаря вырвал из мрака человеческие ноги, обмер, словно наткнулся на чудовище. Немного отдышавшись и уняв сердцебиение, я более внимательно осмотрел свою находку и, определив по армейским ботинкам, что это Джолтон, поспешил к нему на помощь.

Он был без сознания. Рядом валялся разбитый фонарь. Осмотревшись вокруг, я к своему удивлению обнаружил, что он лежит в боковом ответвлении пещеры. Не понимаю, как это я мог пройти мимо дыры диаметром в десять метров? Неужели так стремился попасть по ту сторону гор? Обрадованный находкой, я занялся Джолтоном. Влил в него кассонэ – поистине волшебный напиток, - и этого оказалось достаточно, чтобы привести его в чувство. Он сразу открыл глаза. Что он говорил в этот момент, из-за грохота, не было слышно, но гримаса на лице явствовала, что он был крайне чем-то недоволен.

Я помог ему подняться и дал понять, что пора идти. Чтобы он меня лучше понял,  осветил новую пещеру. Он согласно закивал головой. Оказывается, он тоже приметил её и попытался сказать мне об этом. А когда я отказался последовать за ним, решил осмотреть пещеру самостоятельно. Но случилось непредвиденное. Нога застряла меж камней. Он упал и, ударившись головой, отключился.

Новая пещера повела нас вверх всё дальше от рёва бушующего потока. Наконец-то мы теперь могли спокойно поболтать. Но перебросившись парой слов о самочувствии, мы снова замолчали. Впереди неясным  едва заметным  пятном замаячил свет, и все наши помыслы устремились к нему. Поворот направо, и мы увидели перед собой огромный полукруг выхода.

Он вывел нас в очень высокое и очень узкое ущелье. Извиваясь как змея, оно тянулось на несколько километров. А в том месте, где  над ним свисала огромная базальтовая глыба, ущелье круто сворачивала влево и дальше упиралась в другую скалу.

Солнце приближалось к зениту, и всё ущелье было залито ярким светом и теплом. После прохладной подземной тьмы здесь было намного уютнее. Не сговариваясь, мы устроили привал, расположившись на таком расстоянии от пещеры, чтобы при случае можно было укрыться в ней или, наоборот, вовремя заметить опасность, исходящую из неё. Подложив под голову рюкзак, я удобно расположился  среди камней и расслабился. Можно было, конечно, восстановить силы с помощью Моррисса или кассонэ, но я предпочёл естественный способ. Впереди у нас была еще уйма времени, и я мог себе позволить подремать минут двадцать-тридцать.

Я уже проваливался куда-то в темноту, передо мной то и дело проносились странные существа, непонятные строения, мелькали лица со страшными гримасами, когда чья-то тень заслонила собой солнце. Не успел я подумать что-либо на этот счёт, как что-то тяжёлое набросилось на меня и вцепилось в комбинезон. «Опасность!!!» - набатом прогремело в мозгу, и организм мой мгновенно встрепенулся, как вспугнутая птица, мобилизовав все силы для защиты. Сон, сладкий и липкий как паутина, ещё держал во власти веки, не давая их открыть, а рука уже сжалась в кулак и сходу врезалась во что-то мягкое. Хватка тут же ослабла. Кто-то грузно упал у моих ног и вместе с камешками скатился вниз. Ноги резко подняли меня, вырвав из цепких лап дремоты. Я открыл глаза, страшась увидеть нечто ужасное, но готовый защищаться до конца. Правая рука крепко сжимала рукоять «грифона». И когда я успел его вытащить?

Моё сердце, здоровое и сильное, не выдержало такой встряски и дало понять об этом резкой, сбивающей с ног болью. Задыхаясь от боли, я присел на внезапно ослабевшие ноги. А где-то рядом чертыхался Джолтон.

-  Идиот! Мать твою, сукин сын! – изрыгал он. – Да ты мне ребра сломал, скотина! Я же хотел только предупредить… чёрт тебя побери!

Немного погодя мне стало легче, и я смог спросить у него, кого это он там ругает. Спохватившись, он немного смягчился, но ответил всё с той же горячностью:

-  Вас, конечно, кого же ещё? Я хотел вас разбудить, чтобы показать кое-что, а вы…

-  Вы дурак, Джолтон! – заорал я на него, интенсивным массажем пытаясь унять разливающуюся по груди боль. – Для того чтобы разбудить человека, совсем необязательно на него бросаться. От вашей выходки у меня, кажется, случился инфаркт.

-  Посмотрел бы я,  как бы вы поступили, когда бы увидели этого урода, - Джолтон, не поднимаясь, отполз к противоположной стене.

-  Что вы там ещё разглядели? - осипшим от боли голосом спросил я, не ожидая ничего хорошего.

 Я уже понял, что кто-то настолько перепугал Джолтона, что тот, не задумываясь, избрал именно такой способ моей побудки. От этого мне стало ещё хуже. Превозмогая боль, я сел так, чтобы видеть своего спутника. Он был смертельно напуган. Бакенбарды его смешно топорщились, а выражение лица было таким, будто он специально старался меня рассмешить.

-  Этот подарок вон там, - он ткнул большим пальцем вверх.

Всегда смешно смотреть на ужас, написанный на других лицах, когда не знаешь его причины. Когда же я увидел этот «подарок», то мгновенно покрылся холодным потом, волосы на голове вздыбились, а сердце снова стало биться через раз, готовое остановиться вовсе. Не сомневаюсь, в этот момент я выглядел не менее жалко и смешно, чем Джолтон.

Там, наверху, куда указывал его палец, сидело странное  и безобразное существо. Действительно, урод какой-то. Смесь носорога, крокодила, летучей мыши и змеи. У него было крупное тело, покрытое, как у змеи, чешуей землистого цвета. Передние лапы, как у многих ящеров, были не развиты, но длинные острые когти делали их опасным оружием. Он сидел на задних мощных лапах, упираясь на хвост, очень похожий на крысиный. Торс  завершала ушастая голова с пастью крокодила, увенчанной у основания мощным, как у носорога, рогом. Сразу вспомнились сказки о драконах.

Пока я его рассматривал, урод издал гортанный звук и, расправив огромные перепончатые, как у летучей мыши, крылья, несколько раз взмахнул ими. Хищно ощерив длинные узкие челюсти, странный зверь подался вперёд, словно собирался напасть на нас. Несмотря на ужас, охвативший меня, я всё же сообразил, что пока мы находимся в ущелье, он для нас не опасен: здесь, внизу этой твари было просто не развернуться. Но сердце моё всё равно не выдержало. Чувствуя, что мне становится всё хуже, я поспешил крикнуть:

-  Кассонэ!

-  Чего? – не понял Джолтон.

Его голос донёсся до меня так тихо, словно он стоял от меня за километр.

-  Кассонэ… - прохрипел я уже из небытия.

- Теперь-то вам лучше? – услышал я из темноты знакомый голос. – Вставайте же, чёрт вас побери!

          Внезапно мрак прорезал яркий слепящий свет, будто моё лицо осветили прожектором. Я открыл глаза и увидел перед собой бледное лицо напарника.

-  Вы в порядке? – истерично вопрошал он. – Профессор, вы в порядке?

Я прислушался к работе своего сердца. Оно билось ровно и спокойно. Нормальный ритм здорового сердца. Это хорошо…

-  С вами всё в порядке, профессор?

- Что же вы так кричите, Джолтон? Хотите доконать меня? – спокойным голосом урезонил я его.

-  Так вы в порядке или нет? – ни как не мог тот успокоиться.

-  Да в порядке я! – в сердцах ответил я. – И что?

-  Тогда чего мы медлим? Сматываемся, пока целы!

-  А что за спешка? – не понял я.

-  Эта тварь всё ещё здесь! Вы бы видели её отвратительный язык, когда она облизывалась!

Летающий урод! Посмотрев наверх, я нашёл дракона на том же месте. Он никуда не спешил и смотрел на нас мутными алчными глазами.

-  Профессор, давайте быстрее! – настаивал Джолтон и потянул меня за рукав.

-  Да уймитесь же вы, чёртов паникёр! – вскипел я, но, вспомнив о сердце, сбавил тон. – Из-за вашего идиотизма я чуть не умер от разрыва сердца. Чего вы испугались? Неужели ваши куриные мозги до сих пор не поняли, почему этот урод на нас не нападает? Да если он спустится сюда, то уже никогда не сможет взлететь. Потому что для того чтобы взлететь, нужно взмахнуть крыльями. А здесь у него ничего не получится, так как размах крыльев у него больше, чем ширина ущелья. Понятно вам?

- Да? – Джолтон с сомнением осмотрел ущелье, прикидывая его ширину,  затем глянул на ящера и пробормотал. – Хм, может быть…

-  Если вы не смогли до этого додуматься, то могли пострелять хотя бы тогда.

-  Да я бы с радостью это сделал! – вспыхнул Джолтон и вскочил на ноги. – Но я уронил пистолет. Там, в пещере, когда потерял сознание. Чёрт! Я вспомнил о нём только, когда увидел эту…

Пронзительный вопль прервал его горячую речь. Джолтон вздрогнул и быстро отскочил к стене. Но дракон лишь расправил крылья, огромные как парус, тяжело взмахнул ими и улетел. Своими выкрутасами псих-красавчик достал и его.

-  Ну вот, теперь нам надо быть втройне осторожными, - сделал вывод мой напарник, глядя вслед удаляющему дракону.

-  То есть? – я настороженно посмотрел на него, ожидая подвоха.

-  Оказывается, мы можем подвергнуться нападению не с двух сторон, как я считал раньше, а с трёх: с суши, воды и воздуха, - пояснил он.

-  Логично, - я облегчённо вздохнул: подвоха не оказалось, и, улегшись на нагретые камни, добавил. – Но сейчас-то нам ничто не угрожает, и мы можем спокойно продолжить свой отдых.

-  Ну, уж нет, - запротестовал Джолтон, - он и так слишком затянулся. Пора бы…

-  Но возвращаться мы всё равно не будем, - отрезал я. – Мы идём дальше. А ваш пистолет подберём на обратном пути.

С опаской пройдя огромный базальтовый монолит, нависший над ущельем, мы свернули влево и увидели другую пещеру. В нос ударил знакомый дух затхлости и пыли. Когда мы вступили в непроницаемую тьму нового подземелья, к нему прибавился ещё один весьма неприятный запах.

-  Ну и вонища же здесь! – недовольно проворчал Джолтон, сморщив нос. – Кто же это так всё портит, а?

Запашок действительно был ещё тот. Словно кто-то забыл закрыть дверь в запущенном сортире. Но я не ответил, в надежде, что моё молчание отобьёт у него охоту разговаривать. Надо признаться, я с детства не любил темноту. Она всегда угнетала меня таинственностью и неопределенностью. А сейчас ещё и подавляла устрашающей тишиной. И болтовня Джолтона мешала мне сосредоточиться, сконцентрировать всего себя на борьбу с тьмой. Но того моё молчание не остановило.

-  Наверное, здесь живёт какая-нибудь вонючка, - предположил он.

- Может вам лучше проверить свои штаны, Джолтон, - всё же не выдержал я. – Сдаётся мне, что всё исходит именно от них.

-  Нет, там всё  в порядке, профессор, - тот даже не обиделся. – Ну, может, сыровато немножко. И только. Так что это не я. Скорее всего, здесь поблизости находится  чьё-то отхожее место.

-  Тогда вам лучше помолчать, чтобы не привлечь к себе внимания.

-  Ерунда! Они смогут засечь нас по свету фонарика.

-  Тогда кричите громче.

- Эй, профессор! – завёлся, было, Джолтон, но тут же остыл и спросил. – А как вы думаете, на этом чёртовом шарике могут жить кто-нибудь ещё помимо тех тварей, что мы уже видели?

-  Вы имеете в виду «гомо сапиенс»?

-  Да.

- Вполне возможно. В Природе всегда соперничали между собой два критерия: разум и сила. И, в конце концов, всегда побеждал разум.

-  И… они могут быть похожи на нас?

- Не знаю. Но в одном я уверен, у этих существ обязательно должны быть развиты конечности для производства орудий труда и голова для того чтобы думать.

-  И мы можем здесь их встретить?

Подспудный страх, который я уловил в его интонации, немного расслабил меня. Я вдруг понял, что он специально завёл разговор и говорил нарочито громко, чтобы оттолкнуть от себя этот страх, который вместе с темнотой плотной оболочкой охватывал наши тела, и ответил более дружелюбно:

- Вряд ли. Похоже, что в истории Селены такой момент ещё не наступил. Хотя, кто его знает…

Пещера оказалась не длинной, но обладала многочисленными ответвлениями, которые бесконечными норами разбегались в разные стороны. Чтобы не заблудиться, я стал время от времени делать «грифоном» метки на стенах пещеры. Интересно было наблюдать, как красноватый луч, с шипением пронзая холод мрака, достигал стены и, впиваясь в базальт тысячеградусным жаром, оставлял на нём глубокую, оплавленную по краям выемку.

Проходя мимо одного из ответвлений, мы увидели свет и, не сговариваясь, побежали к нему на свежий воздух. Зловоние подземелья уже начало вызывать у нас тошноту. До цели оставалось каких-нибудь шагов десять, как леденящий душу неестественный хохот пригвоздил нас к месту.

Кто-то массивный наполовину заслонил выход…

 

 

 

Нравится
10:27
20
© Александр БЕЛКА
Загрузка...
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку своих персональных данных.
Нет комментариев. Ваш будет первым!

Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил ЛитСалона и Российского законодательства.

Пользовательское соглашение