Путеводитель по сайту Отличия ЛитСалона от других сайтов

Дневник профессора Гарросса 5.4

11

Не знаю, сколько я проспал, когда почувствовал, что кто-то трогает меня за плечо. Я пробормотал что-то насчёт того, чтобы меня оставили в покое, и тут меня словно окатили ледяной водой. Прямо над собой я услышал знакомое сопение. Сон мгновенно улетучился. Открыв глаза, я увидел своего дядю, сидящего рядом со мной на кровати.

-  Эх, Тони, Тони,  - заметив, что я проснулся, укоризненно сказал он, - я же тебя предупреждал.

Я забыл, где нахожусь, и спросонья решил, что сплю у себя дома.

-  Орсон? – ничего не понимая, пробормотал я. – Как всегда ты не вовремя… Ты по делу?

-  Без дела я вообще стараюсь нигде не появляться, и ты это знаешь. Ты не послушался меня, и твоё      ослиное упрямство привело тебя к гибели. Мне жаль, малыш, но теперь я ни чем не могу тебе помочь.

-  Не пойму, ты о чём?

- О твоём безумном поступке. Ты сделал большую ошибку, согласившись лететь. Я так и знал, что эти ребята из «Спейса» одурачат тебя, как мальчишку. Тебе надо было посоветоваться со мной.

-  Я обещал молчать.

-  Ты всё равно не сдержал слово.

-  Откуда тебе это известно? – удивился я.

-  Я много чего знаю, - проговорился Орсон, и я уцепился за это.

-  Так ты знал, что они замышляют? – от злости я сел на кровати.

-  Нет, - не моргнув, ответил тот, - но я предполагал, что с тобой может произойти что-то в этом роде.  Потому и пытался уговорить тебя скрыться на время за границей. Но я не ожидал, что ты так легко клюнешь на их уловку.

-  А я и не жалею об этом.

-  А как же состояние, накопленное твоими предками?

-  Разве можно оценивать всё только деньгами? В конце концов, это всего лишь бездушная бумага и холодный металл. Есть вещи, которые невозможно купить. Например, восход солнца или пробуждение спящего леса. Впереди меня ждёт то, что больше уже никто и никогда не увидит. Нет, Орсон, тебе никогда не понять меня, потому что ты живёшь только ради денег.

-  Ты не исправим, Тони. Мне жаль тебя, - мой дядя тяжело вздохнул и поднялся. – Проводи меня.

Я встал и пошёл за ним. Около двери Орсон остановился и с грустью посмотрел на меня.

-  Ты не вернёшься с этого полёта, малыш, - сказал он как-то странно. – Даже, если тебе удастся добраться до Земли, ты всё равно погибнешь.

В глазах его на мгновение вспыхнул алчный огонь, на губах промелькнула зловещая усмешка, и он, не прощаясь, вышел из комнаты, пройдя сквозь дверь.

«Это что ещё за дела?» - не понял я, глядя ему вслед. – «Как он так смог?» Не успел я толком удивиться столь странному исчезновению дяди, как звонок зуммера вывел меня из оцепенения. Я очнулся и к своему удивлению обнаружил себя стоящим у запертой двери. Сделать какой-либо вывод из этого я тоже не успел, так как опять запищал зуммер: кто-то вызывал меня на связь.

Подскочив к экрану внутренней связи, я быстро нажал на зелёную кнопку. Передо мной тут же возник Джаксон.

-  Я разбудил вас, профессор?

-  Нет, я давно уже встал, - солгал я, вспоминая странный сон.

-  Тогда немедленно отправляйтесь в кают-компанию. Через час назначен старт, и вам обязательно нужно подкрепиться.

-  Хорошо, сэр, я только умоюсь.

Нокт исчез. Я присел на кровать. Теперь можно всё спокойно обдумать и проанализировать. Странный сон – или что это там со мной было? – я решил оставить на потом. Сейчас меня беспокоило совсем другое. Итак, я в космосе, а, кажется, ещё совсем недавно,  шутя, предложил Голду взять меня в полёт. Все эти дни, начиная с того памятного прихода ко мне Орсона, когда он сообщил, что мною заинтересовались в «Спейсе» и предложил скрыться за границей, передо мной вставали всё новые и новые загадки. Часть из них я уже разгадал. Я знал, кто и за что убил Хаддара и Лони, знал цель экспедиции, знал об ожидаемой участи нашего экипажа и обеих планет. Не знал только, как разрушить планы выживших из ума идиотов. Разумеется, одному выполнить такую задачу мне было не под силу. Но и открыться команде я не мог, пока среди нас находится член Всемогущего Синдиката. Не зря же боссы синдиката убийц протащили своего человека на корабль. Давняя конкуренция с Космическим Обществом может натолкнуть их на что угодно. Следовательно, первое, что я должен сделать, это вычислить человека «Синди» и изолировать его.

Я усмехнулся. Одно дело принять решение, другое – выполнить его. Задача была очень сложной. Возможно, не разрешимой. Их шесть человек, и каждый из них мог оказаться из Синдиката. Так кто же из них? Неужели доктор Стенли? Я ужаснулся от такой мысли. Если это она, то я этого не вынесу…

В дверь постучали, и это спасло меня. Чтобы избавиться от мрачных мыслей, я поспешил открыть. На пороге стояла доктор Стенли. От такого сюрприза у меня отвисла челюсть, и парализовало конечности. Она, не ожидавшая, что своим появлением произведёт на меня такой эффект, смутилась и слегка покраснела. Знала бы она, как ей это к лицу!

-  Я за вами, профессор, - сказала она, подняв на меня свои милые огромные глаза. – Вам надо обязательно принять пищу. Вы единственный, кто ещё не ел.

Я ничего не сделал в ответ, чтобы хоть как-то дать понять ей, что я её прекрасно понял. Просто стоял и смотрел на неё.

-  Так мы идём? – спросила она, смутившись.

Кажется, я ответил: «Да». Или это мне показалось?

-  Тогда идёмте.

Доктор быстро развернулась и направилась в кают-компанию. Это сразу вывело меня из состояния комы. Я захлопнул дверь и поспешил за ней. Когда я её догнал, она, таинственно улыбаясь, посмотрела на меня. Блеск её глаз привёл меня в трепет.

-  Профессор, можно задать вам один вопрос? – вкрадчиво поинтересовалась она.

-  Хоть двести! – с горячностью выпалил я и тем самым выдал себя с головой.

-  Только не все сразу, - тут же поправился я, поняв оплошность.

Она довольно улыбнулась и зашагала рядом, стараясь не отстать.

-  Вы уже знаете, профессор, - начала она, - что я окончила университет, год проработала интерном в военном госпитале, потом два года ведущим специалистом. А после меня переманил в Космическое Общество один такой симпатичный дядечка, за которого я мечтала выйти замуж. Но он, подлец, обманул мои ожидания. Смылся в неизвестном направлении, сославшись на свою работу, а я так и осталась в «Спейсе» и проработала в нём девять лет. Я занималась лечением и профилактикой астронавтов. И когда мне предложили участвовать в длительном космическом эксперименте, я сначала испугалась. Я на самолётах-то боюсь летать, а тут –  космос. Но они меня убедили, что им нужна именно такая как я: классный специалист, смелая, хитрая и незамужняя, и наобещали золотые горы:  славу, дом, кучу денег и так далее… Но я согласилась больше из любопытства. Когда-нибудь оно меня погубит…

Я шёл не спеша, чтобы продлить эти волшебные мгновения физического ощущения близости её молодого, горячего тела, и внимательно вслушивался в бархатный голос. Когда она, увлекшись, невзначай касалась меня рукой, электрические разряды большой мощности проникали в меня, неся с собой её теплоту и нежность. Иногда я сам, как бы случайно, прикасался к ней, чтобы ещё раз испытать это наслаждение.

Слушая её историю, я исподволь внимательно разглядывал её. Глупо, конечно, было сравнивать её с красотками из толстых иллюстрированных журналов. Она уступала им во всём: и в росте, и в красоте и в изяществе фигуры. И всё же она была недурна собой. Ни маленький рост, ни широкие бедра нисколько не портили её хрупкую стройную фигуру, а, наоборот, придавали ей своеобразную привлекательность и очарование. А во взгляде, в движениях, в манере держаться было что-то такое, что намертво приковывало к ней внимание и желание быть всегда с ней рядом. У меня, по крайней мере.

Она опять подняла на меня глаза, и я быстро, не без сожаления, отвёл от неё свои.

-  Теперь, профессор, вы знаете, как я попала на «Бриджитту». А вы не могли бы объяснить мне, почему вы здесь? – закончила она.

При других обстоятельствах я с радостью выложил бы ей всё. Но сейчас среди нас был враг, человек из «Синди», и возможно (боже упаси!) это была она, и потому я должен быть осмотрительным. Я задумался, прикидывая, как бы проще ответить ей и, кажется, затянул паузу.

-  Вам не хочется отвечать, профессор? – два её изумруда выражали сожаление.

Опять «профессор»! У меня где-то глубоко внутри зашевелилось раздражение. Я бы предпочёл, чтобы она называла меня «дорогой», как того пилота с «грузовика».

-  Послушайте, доктор Стенли, - сказал я ей, - а просто «Тони» вы можете выговорить? В последнее время ко мне только так и обращаются «профессор», а это уже начинает вызывать у меня изжогу. Хотя бы для разнообразия вы могли бы называть меня «Тони»?

-  Я же врач, - она улыбнулась, и в её глазах заплясали лукавые искорки, - и мой долг избавить вас от этой изжоги, Тони.

-  Буду вам премного благодарен за это, - улыбнулся я в ответ и, остановившись, пропустил её первой в кают-компанию.

Там сидели Берронз и Бетчелл и доедали свои пайки. Делали они это, молча, и потому в комнате висела неприятная гнетущая тишина. Чтобы хоть как-то разрядить такую обстановку я спросил про остальных. Видар охотно ответил, что остальные уже поели и занимаются своими делами. Колот несёт вахту, Нокт запёрся с бумагами у себя в кабинете, а Пача, наверное, уже в сотый раз проверяет и перепроверяет двигатели и, особенно, главный реактор.

Доктор Стенли принесла две порции какой-то приятно пахнущей смеси, одну протянула мне, а с другой уселась напротив меня рядом с Видаром.

-  Знаете, мальчики, а мне до сих пор не верится, что мы скоро полетим на Плутон, - созналась она. – Это настолько немыслимо, что я даже не могу испугаться. Потому что не могу себе представить такое огромное расстояние. Неужели в «Спейсе» смогли создать корабль, перемещающийся на миллиарды километров?

-  На нашей малышке, доктор, можно запросто улететь в другую галактику, - пошутил Видар.

Джолтон недовольно покосился на него.

-  Ну и шутки у вас, господин Берронз, - сказал он.

-  Да брось, Джол, зови меня просто Видар. И вы тоже, - штурман посмотрел на нас. – Так нам проще будет работать.

-  Доктор, а что это за непонятная, но приятная на вкус штука? – поспешил я задать вопрос, чтобы опередить Джолтона.

-  Это диетическая смесь, - пояснила она с готовностью, - состоящая из кучи витаминов, белков, жиров и углеводов, протеинов и так далее. С такой штукой в желудке вам будет легче перенести анабиоз.

-  Перенести что? – сразу насторожился красавчик. – Вы меня пугаете, доктор Стенли. Нельзя ли объяснить, что вы имели в виду под этим словом?

-  Давайте договоримся сразу, мальчики, - она улыбнулась, и в кают-компании стало намного светлее, - вы все будете звать меня по имени. А его… - она посмотрела на меня.

-  Да, - подхватил я, не дав ей закончить, - зовите меня «профессор». Помнится, я уже говорил об этом. Я ведь учёный и к такому обращению привык больше.

Мне не хотелось, чтобы кроме неё кто-то ещё называл меня по имени. Эту привилегию я решил предоставить только ей, чтобы она поняла, как мне не безразлично её отношение ко мне. Но Тетси не поняла моего намерения. Когда она стала объяснять Джолтону что такое анабиоз, голос её зазвенел металлом. А это могло означать только одно – она обиделась. Такая неожиданная реакция на моё желание понравиться ей расстроила меня. Поглощая паёк и не слушая, о чём говорят за столом, я стал разрабатывать план реабилитации в её глазах.

-  Как дела, Статтерт? – раздался вдруг над головой голос руководителя полетом: это Колот, принимая связь с Земли, подключил к ней кают-компанию. – Как тарелочка?

-  Всё в порядке, господин Торн, - доложил тот. – Двигатели и аппаратура работают нормально, без отклонений.

-  Коленки не дрожат, а, парень?

-  Мне не за это платят, – сухо ответил бортинженер.

-  Молодчина! – похвалил его Торн. – Ты всё правильно усвоил, сынок. А теперь дай мне Джаксона.

Статтерт подключил кабинет командира.

-  Эй, Джаксон! Ты что, спишь, что ли?

-  Уснёшь тут, - угрюмо буркнул тот в ответ; чувствовалось, что он был не в духе.

-  Тебе не нравится перспектива?

-  Мне не нравится, когда меня водят за нос.

-  Вот как! Не будь маменькиным сынком, Джаксон. Чёрт возьми, ты же не  в детском саду! Ты подписал контракт, и, следовательно, знал, на что идёшь. Так что давай перейдём к делу, командир.

-  У нас всё готово к полёту, сэр, - как положено по уставу, стал докладывать тот. – Основной и вспомогательные двигатели проверены, аппаратура тоже, траектория рассчитана, корректировка произведена. Через полчаса включаем автопилот и ложимся спать.

-  Отлично! – воскликнул руководитель полётом. –  Я просто рад это слышать! Продолжайте готовиться к полёту, а я пока переброшусь парой слов с профессором. Господин Гарросс!

-  Я слушаю вас, сэр, - с готовностью отозвался я.

-  С вами хочет поговорить пресса. Вы не против?

-  Я готов, сэр.

-  Пять минут, Господин Гарросс. Увы, у вас только пять минут. Ведь скоро старт. Надеюсь, этого вам будет вполне достаточно?

-  Вполне, сэр, - я был доволен, что эти ребята пока выполняют все пункты нашего договора. – Если можно, сначала я хотел бы поговорить с Гиком Дерриком из «Гедары».

-  Время у нас ограничено, поэтому вы сразу будете разговаривать и с Дерриком, и с Липински, и с Свадони. Как вы хотели. Итак, я уступаю место прессе, господин Гарросс. И помните, пять минут.

Торн исчез, и на экране появились мои друзья. Я был несказанно рад их видеть, но времени было слишком мало для общения. И мне кажется, за эти пять минут я успел только поздороваться с ними. Но это было не главное. Главное, они теперь знают, что я полетел в космос, и теперь будут ждать моего возвращения.

Через пять минут на экране вновь возник Ниввар Торн. Физиономия его сияла, словно он только что получил огромное наследство.

-  Мы выполнили ваши условия, господин Гарросс, и ждём от вас того же. А теперь, - торжественно обратился он ко всем нам,-  я хотел бы попрощаться с вами. Ведь скоро вы будете не досягаемы для нас. Только не забудьте, Джаксон, перед сном сообщить нам время старта. И не расслабляйтесь, ребятки, основное задание вы получите на Плутоне.

 

 

Нравится
09:10
20
© Александр БЕЛКА
Загрузка...
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку своих персональных данных.
Нет комментариев. Ваш будет первым!

Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил ЛитСалона и Российского законодательства.

Пользовательское соглашение