Путеводитель по сайту Отличия ЛитСалона от других сайтов

Стрелочник

Стрелочник

 Афанасьев заплутал. Материл себя на чём свет стоит за то, что согласился на этот рейс. Пенсионер ведь, сиди себе дома да огурчики выращивай, так нет – подзаработать захотелось!            Новиков, бывший завгар, когда на пенсию ушёл, старенький грузовик себе купил. Навар невесть какой, но подмога к пенсии есть. Нанимал иногда своих бывших подчинённых поездку-другую сделать. А ветеранам что, лишь бы колёса шелестели! Скучали по баранке, по гаражному запаху, даже по Новикову, которому едва завидев, издали радостно махали рукой.
 Вот и Афанасьев не устоял.
 - Савельич, помоги, брат! – теребил за рукав Новиков, - рейс уж больно наваристый, а сам не могу. У меня сын, понимаешь, приезжает, встретить надо. Внучат сто лет не видел, а если уеду, то дней десять пройдёт. Как, согласен? Половину фрахта отдам, выручай!
 А что, подумал Афанасьев, половину – это сколько ж тысяч будет! И согласился. В депо загрузился колёсными парами для железнодорожных вагонов. Ворчал на рабочих, которые крепили груз, долго колдовал над картой, выбирая маршрут. Это у молодых сейчас навигаторы, а он по старинке, потому что не доверял этим современным оборудованиям. Ещё неизвестно куда заведут!
 Всё ведь хорошо было, без запинки почти весь маршрут прошёл, а тут сбился. Шла дорога, шла, но потом друг упёрлась прямо в заросли какие-то и всё, приехали! Афанасьев вышел из машины, обошёл вокруг и со злости пнул колесо. Залез в кабину и ещё раз сверился с картой: всё верно, вот она дорога, как шла, так и идёт. Завёл машину, сдал назад, а потом вдруг строение какое-то заметил в сторонке, чуть левее от зарослей. Е-моё, там же железная дорога чернеет, и переезд виден.
 С надеждой пошёл к будке. Будочка новая, свежевыкрашенная, гравий вокруг насыпан. Эко ты, удивился Савельич!
 Из дверей вышел мужик в оранжевой жилетке.
- Я тебя издалека заметил, – протянул он руку, - Кто это, думаю, в наши края пожаловал!
- Да вот заплутал немного, хотя не должен был! – Афанасьев кивнул на кусты, - Вон же дорога проходит, в тут целый лес на пути!
- Здесь мало кто ездит, всё больше по Аникеевской трассе, - мужик показал рукой на дверь, - Заходи!
- Ты здесь стрелочником что ли? – спросил Савельич, когда вошли внутрь, - Надо же, на карте «железки» этой нет, прямая дорога до Рогова.
- Неверная твоя карта! – усмехнулся мужик, ставя чайник на плитку, - Я здесь столько лет живу, что и сам уже не упомню. Как тебя по имени-отчеству?
- Зови просто Савельичем.
- А я Глыба. Это фамилия моя такая, так что не удивляйся!
- Да я что, фамилия как фамилия.
- Ну, да! Ты как по части земляничного варенья?
- Пойдёт, давно не пробовал!
 Они пили чай, и Афанасьев рассказывал Глыбе о своём житье-бытье, о маленькой пенсии, о том, что давно закончил свою кочевую шоферскую жизнь, да вот заработок подвернулся, и он не устоял.
 Глыба, оперевшись локтями на стол, прихлёбывал кипяток из кружки и сочувственно качал головой.
- А я вот, - прервал он монолог Савельича, - никогда никуда не уезжал. Как определили меня на это место, так здесь и живу.
- И семьи что ли нет? – спросил Афанасьев.
Глыба промолчал, и Савельич пожалел, что задал этот бестактный вопрос.
- Что-то поездов не слышно! – спохватился он, стараясь увести разговор в сторону.
- Ходят. До Рогова ходят. Сейчас объездную построили, всё больше по ней. Да, - Глыба поднялся из-за стола, - тебе назад до трассы надо, там дорога лучше.
- А я сократить решил, километров пятьдесят выигрываю, - Афанасьев тоже встал, непроизвольно поправив сбившуюся скатерть, - Так здесь, говоришь, не проеду?
- Проедешь, но лучше там! – посмотрел на Савельича железнодорожник.
 Они вышли на улицу, и Афанасьев пошёл к машине. Оглянувшись, помахал рукой: Глыба стоял, прислонясь к будке, и смотрел ему вслед.
 Вроде, переезд как переезд, вон и фонари на шлагбауме моргают, а дорога кустами проросла! Чудно!
 В Рогове Савельич разгрузился и порожним рейсом отправился домой. Ещё перед выездом, обедая в одной из многочисленных придорожных кафешек, поинтересовался у местной шоферской братии о той дороге, что вела через глыбовский переезд.
- Да та дорога лет тридцать, как закрыта! – заверил Афанасьева худой водитель тяжёлой фуры, - Как новую трассу построили, так её и закрыли. Заодно и переезд тот за ненадобностью, тем более стрелочник тогда погиб. Ночью составом сбило.
- А говорят, сам бросился! – подключился к разговору другой водитель, - Жена его, что ли, бросила. А что спрашиваешь-то?
- Да так! Спасибо за информацию, мужики!
 Савельич не выдержал и всё-таки завернул на злосчастную дорогу. Подъезжая, ему показалось, что было что-то не так. Те же заросли, да только выше. Оставив машину, он шёл и чувствовал, что увидит совсем другую картину. Так и было: старый покосившийся переезд, с валяющимся рядом поломанным шлагбаумом, осевшую под тяжестью лет будку с облупившейся краской. Она мрачно смотрела на ржавые рельсы пустыми глазницами окон, отчего Афанасьеву стало не по себе, и он поспешил вернуться назад.
 Чёрт знает что! Глыба, чай, земляничное варенье…. Ведь было же! Савельич ехал домой  и знал точно, что это был его последний рейс. Хватит, всех денег не заработать, а с ума сойти вдали от дома вполне реально. Докажи потом, что с покойником чаи распивали! 

Нравится
16:40
81
© Константин Еланцев
Загрузка...
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку своих персональных данных.
Нет комментариев. Ваш будет первым!

Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил ЛитСалона и Российского законодательства.


Пользовательское соглашение