Путеводитель по сайту Отличия ЛитСалона от других сайтов

Пустое место

Пустое место

 

 

Думы о том, кого и за что критиковать-российскую власть или американскую, ко мне самостоятельно приходить не хотели, до тех пор, пока я не услышал голоса, раздавшиеся рядом с моим ухом.

-Это такой кайф, давать по шее местным царькам.

-Нееет. Американских болванов макать мордой в грязь гораздо интереснее.

-Давай мужик, определяйся, с кем будешь воевать. Нечего водить всех за нос и прикидываться растяпой.

 Я осторожно осмотрелся вокруг и увидел двух социально и политически озадаченных граждан. Их умные, вдохновенные лица оставляли хорошее впечатление.

-Это вы мне говорите?-тихо спросил я, втайне надеясь, что мои уши рядом с их словами оказались случайно.

-А то...Тебе конечно,-объяснил один.

-Ну не микробам же под ногтями. Им говорить бесполезно. Они уже давно определились. Ты последний остался,-добавил второй.

-Тебе нужна активная жизненная позиция. Она у тебя хромает.

-Да-да. Нужна. Давай определяйся.

-Может потом...Что-то не хочу я сейчас определяться.

-Хочешь. По глазам вижу, что хочешь, но боишься признаться. Мы тебе поможем.

 Я действительно, был трусоват и с детства боялся критиковать кого-либо. Поэтому я прислушался. Неужели мне повезло? Неужели эти хорошие парни смогут сделать из меня человека?

-Нам нужны смелые принципиальные люди,-твёрдо заявил один из них.

-Тогда вы не по адресу.

-Не беспокойся. Поначалу все так говорят. Мы любого человека можем сделать смелым и принципиальным, а из некоторых впоследствие, неплохие ораторы получаются.

 Второй оценивающе посмотрел на меня и сказал:

-Не переживай. Немного времени, немного терпения и ты станешь настоящим человеком. Будешь возмущаться от любого чиха. И не таких лохов обламывали.

-Чего, чего?- переспросил я не расслышав.- Обманывали?

-Уши прочисти. Я сказал: лохов обламывали. Не имей привычки-перевирать,-пояснил первый, вкрадчивым голосом.

   Вдруг, я обнаружил, что один из них держит меня за правую руку, а другой-за левую руку. Они тянули меня, каждый в свою сторону и я чувствовал, как мои руки становятся длиннее.

-Отпустите. Я только погулять вышел,-хныкал я, пытаясь освободиться.

-Как мы тебя отпустим? Вдруг убежишь...Глупые люди всегда убегают от нас. А потом, когда поумнеют, возвращаются. Так зачем терять драгоценное время на беготню?

  Я почувствовал, что мне хочется от них убежать.

"Что сделать чтобы они отвязались?.. Надо сделать вид, что я сдался"-решил я.

-Хорошо! Согласен. Один месяц я буду критиковать одних, а другой месяц-других,- сказал я.

-Не пойдёт,-нахально заявили критики хором.

-По-мойму он хочет соскочить,-добавил один из них.

-Ишь чего выдумал,-сказал второй.

-С чего вы взяли,-сказал я и подумал: "Как они догадались?"

-Не надо...Не сопротивляйся...Только хуже будет.

  Они стали наперебой расписывать все прелести от ощущения недовольства какой-нибудь властью. Особенный кайф они испытывали от ощущений, возбуждающих нетерпимость и явно хотели доставить мне такое же истинное удовольствие, какое доставляли и себе.

-Человек, отстранившийся от общественных проблем, не может получить истинного удовольствия. Такой человек подобен космической пустоте. Он никого не видит и его никто не видит. Пустое место....Чем сильнее ощущения, тем сильнее удовольствие,-говорил один.

-Да. Сильные ощущения порождают сильные удовольствия,-подтверждал другой.

-Так вам самое место в тюрьме. Там много ощущений, одно сильнее другого,- не подумав, брякнул я.

-Что?..-хором возмутились они и обидевшись куда-то исчезли.

 Я вздохнул с облегчением.

"Здорово я их отшил,"-успел подумать я и тут же, вместо прощальной мелодии, заиграл траурный марш. Я увидел, что они возвращаются.

-Ты за кого голосовал на выборах? За наших или за чужих?-зачем-то спросили они.-Учти, чужие могут объегорить. Свои-никогда не объегорят.

-Конечно за своих,-лепетал я, пытаясь вспомнить, когда в последний раз ходил на голосование.

-По глазам вижу, что врёшь. Почему не ходишь на выборы? Тебя ждут-не дождутся, а ты обижаешь этих людей, как будто презираешь их за что-то. Нехорошо. 

 Я стал оправдываться и замямлил:

-Я ещё сильнее их обижу, если приду и проголосую за кого-нибудь из них. Все кандидаты-люди уважаемые. Все они достойны стать депутатами, а проголосовать придётся за кого-то одного. Нехорошо может получиться. Меня с детства учили, без серьёзных причин никого не обижать.

-Вот дурак. Уж если ты такой щепетильный и не можешь никого выбрать, то приди и проголосуй против всех,- поучал один из критиков.

-Разве можно голосовать против уважаемых людей? Буду потом упрекать себя в непорядочности...Вот если бы можно было проголосовать за всех, или хотя бы за тех, кто мне ничего плохого не сделал....

-Идиот!- воскликнул второй.

-Ты, наверно, и на митинги не ходишь? Наши противники по свистку собирают митинги, а мы не можем своих сторонников собрать. Шляетесь, где попало. Уткнулись в свои смартфоны, как свиньи в персональные корыта,-сказал первый.

-Вы не можете их собрать, коллега, потому что народ вас не поддерживает. Вы не популярны,-нравоучительно заметил второй.

-Вот видишь, что говорят про таких как ты, наши злопыхатели. Ты можешь ответить на мой вопрос?

-Какой?-задал я встречный вопрос.

-Почему ты не ходишь на митинги?

Отвечать на такой вопрос, мне не хотелось. Каждый из них считал меня по-своему своим и всегда находил аргументы в пользу своего мнения по данному вопросу. Объяснять, почему я не хожу на митинги, я мог только после дозы алкоголя. Тогда я становился смелее и мог критиковать по очереди, всех без разбору, с перегибами в любую сторону, в зависимости от обсуждаемой темы. Я мог нести ахинею про одних, мог нести ахинею про других, а мог случайно шлёпнуть какую-нибудь неказистую правду на чью-нибудь сплоховавшую, садовую голову. Но сейчас, я находился в затруднении...Почему ты не ходишь на митинги? Ха-ха. На митинги ходят либо озабоченные, либо обобранные, чем-нибудь разозлённые люди. Меня ещё не довели до такой кондиции. Попробуй собрать таких как я-вместе. Я в трезвом виде не могу даже сформулировать, чем я недоволен. Подсознательно чувствую, что чем-то недоволен, но чем понять не могу. То ли мне денег не хватает, то ли женщины меня не любят, то ли окружающие меня не понимают, то ли съел, нафаршировавшийся химикалиями в процессе роста, помидор. Чёрт его знает.

-Ну что? Даже ответить не можешь. Патриот должен ходить на митинги. Своя страна важнее космополитизма.

-Ну это не всегда,-подхватил второй.- Когда человечество по-настоящему окажется в космосе, все станут космополитами. И чем дальше от Земли мы окажемся, тем космополитичнее мы будем.

-Получается по вашему, что мнение человека зависит от его географического положения?- спросил я.

-Несомненно зависит. Если ты окажешься один на северном полюсе, то все люди станут для тебя братьями.

  К разговору подключился первый:

-По вашему мнению, патриотизм совсем не имеет никакого значения? Вы всегда преувеличиваете правдивость своего мнения, коллега. Сидеть на северном полюсе в одиночестве без еды и без одежды неестественно, дорогой вы мой. А в неестественном положении, у любого человека возникает неестественное понимание мира, вплоть до неадекватного. Если такого человека вернуть в нормальные условия, он сразу станет нормальным патриотом своей страны. Грош цена вашему космополитизму. Если, конечно, такие разрушители как вы не обработали его мозги.

 И тут, я впервые изменил своей привычной пассивности и ляпнул о митингах всё, на что у меня хватило смелости.

-Нормального человека не должно тянуть на митинги. Зачем мне куда-то ходить, если я не хочу ничего менять или мне всё безразлично. Власть должна радоваться, что людей не тянет на митинги. Вот,- выдохнул я с испуганным видом.

 Они переглянулись и сурово уставились на меня. Мне казалось, что они хотят проникнуть ко мне в череп и сделать пересадку мозга от какого-нибудь послушного животного.

  В целях самообороны, я невольно сделал два шага назад и произнёс:

-Я что...Я ничего...Продолжайте, пожалуйста.

-Чего тут продолжать. Это всё баранья философия. Северный полюс далеко, а мы здесь.

-А мне понравилась его речь,- добавил второй.- У парня появились проблески активности.

  Я стушевался и виновато поглядывая на учителей, вернулся в своё обычное состояние.

  Заметив мою неуверенность, критики взбодрились и продолжили обработку моих мозгов.

-Ты ничего не достигнешь, если будешь сомневаться во всём. Смелее надо быть.

-Конечно надо,-отвечал я.

   Я пытался быть смелее, но у меня ничего не получалось. Всякий раз, когда я набирался духу стать смелым, у меня подкашивались ноги и тряслись колени. И чем смелее я становился, тем сильнее тряслись колени и я от собственной смелости падал лицом в грязь. В такие моменты учителя критики плевались и, махнув на меня рукой, уходили прочь. Через какое-то время, они бегом возвращались и продолжали агитировать меня с того момента, на котором они остановились ранее. Аргументы у них были весомые, весомее моих. Один махал кулаками и топал ногами, другой наоборот, топал ногами и махал кулаками. Куда уж весомее...Я противопоставлял их усилиям, свои скромные попытки избавиться от них. Я объяснял, что куда-то очень тороплюсь. Но это их не волновало.

-Куда такой недотёпа может торопиться?-говорил один.

-Где таких лохов ждут?-удивлялся другой.-Может и я захочу стать таким лохом, которого где-то ждут.

-Кого будешь критиковать?-спрашивали они.

-Кого надо, того и буду,-разводил я руками.

-Америкосов критиковать важнее. Они весь мир превратили в свою финансовую колонию. Нужно ставить их на место. Ты должен это сделать. Ты можешь стать бесстрашным героем, помогающим прогрессивному человечеству и всему угнетённому миру избавиться от колониального гнёта американских империалистов. Ты встанешь в один ряд с самыми выдающимися патриотами планеты. Ты будешь...

   Я уже его не слышал. Голова кружилась от предчувствия славы освободителя народов. Его слова расплывались, а в голове возникали видения шагающих стройными рядами революционеров-интернационалистов. Они уходили в свой последний и решительный бой, а я шагал впереди них.

-Брось, не слушай его. Какое тебе дело до каких-то далёких любителей мирового господства, до наших милых, очаровательных американцев? Ты живёшь здесь в России и твой уровень жизни зависит от местных коррупционеров и самодуров. Они снижают его. Если ты не будешь с ними бороться, то по уровню жизни станешь полной противоположностью этим господам. Ты этого хочешь? Ты можешь стать бесстрашным героем, помогающим стране избавиться от гнёта этих плохих парней. Ты встанешь в один ряд с самыми выдающимися демократами планеты. Ты будешь...

  Его слова расплывались, а голова кружилась от будущей славы великого освободителя России от всяких нехороших, местных угнетателей. Я видел себя, шагающим во главе колонны революционных либералов. Они уходили в свой последний и решительный бой с местной зажравшейся знатью, отбившейся от заокеанских рук.

  Я очухался от того, что кто-то меня трепал по щекам.

-Ну...ты чего? Слушал, слушал и отключился.

-Это я от удовольствия,-сладострастно промямлил я, приходя в себя.

-Это хорошо. Это очень хорошо.

-Что хорошо?

-Хорошо, что тебя привлекают героические личности. С твоей головой можно поработать. Что-нибудь обязательно получится.

-Боюсь, что вам придётся долго мучиться со мной.

-Ничего. Москва не сразу строилась,-подхватил эстафету второй.-Раздолбайство-не самая страшная болезнь. Если болезнь не запущена, то пациента можно вылечить.

-Нас всех когда-нибудь вылечат. И тебя вылечат. И тебя вылечат,-философствовал я глядя на критиков.

-Сначала мы тебя вылечим, весёлый ты наш,-грубо обломал мои фантазии один из учителей.

-Кто не с нами, тот против нас,- равнодушно добавил второй, рассматривая ногти на своих руках.

-Говорят если враг не сдаётся, его таки уничтожают,-произнёс первый, глядя мне прямо в глаза.

 Мне захотелось рвануть на себе тельняшку и крикнуть: "Стреляй сволочь. Смотри как умирает русский растяпа." Но, к счастью, я не носил тельняшек, да и руки не слушались. Страх- всё-таки великая сила. Поэтому я искренне сказал:

-Вы мне надоели со своими циничными афоризмами. Почему бы вам друг друга не повоспитывать?

 Услышав моё предложение, воспитатели засмеялись.

-Думай, что говоришь.Что мы-лохи что-ли, друг друга воспитывать? Мы уже пробовали. Ничего не получилось. Таких воспитанных как мы, перевоспитать можно только на небесах.

-Видишь ли, оказывается воспитывать можно только неуверенных в себе лохов. Упёртых и принципиальных воспитывать не получается. Их можно только бить...да и то, только в том случае, если ты сильнее. Иначе бить будут они. Кому это понравится?

-Да-да,-кивал головой второй.-Мы не враги своему здоровью.

-Не води нас за нос. Говори с кем будешь воевать?

-Ну...я ещё не полноценный критик. Я ещё только учусь, правильно критиковать...по делу,-мямлил я.

-Зачем критиковать по делу? Кто же критикует по делу? По делу критиковать любой дурак умеет. Критиковать надо эффективно, так, чтобы перья в разные стороны летели. А по делу или не по делу-какая разница. Не пудри нам мозги, теоретик.

-Вобще-то, любая теория критики проверяется на практике,-возражал я.

-Разумно,-удивлялся один.

-Давай лучше потренируемся. Начинай критиковать,-говорил другой.

 Не зная с чего начать, я задумался.

-Э...я недоволен политикой...э...-выдавливал я из себя.

-Давай, давай. Не стесняйся в выражениях. Позли их как следует. Должен же кто-то их злить,-подбадривал меня первый.

-Подёргай быка за рога. Кроме тебя некому. Мысленно, мы с тобой,-подстёгивал меня второй.

-Э...Всем уже давно надоели...э...сливочное масло и аналог красной икры на этом масле. Сколько можно это есть. Хватит. Объелись,-продолжал я.

-Стой! Тебя куда-то не туда несёт.

-Почему не туда? Я действительно объелся аналогом красной икры с маслом.

-Вот дурак. Даже объесться настоящей икрой не можешь. Связался с какой-то подделкой. Надо говорить о недостатках, а если их нету-придумывать что-то, делать из мухи слона. Ты никогда не делал из мухи слона?..Бедняга...Разве можно так жить?-говорил один.

-Масштабнее надо мыслить. Ищи какую-нибудь проблему погнилее и раскручивай её, раскручивай...так, чтобы кулаки у всех чесались после твоей критики,-добавлял второй.

 Я стоял и молчал, не понимая, как достичь такого гармоничного сочетания моей критики и чужих кулаков.

-Какая-то скованность чувствуется. Ты у себя дома на кухне тренируешься критиковать?

-А как же,-отвечал я неуверенно.

-Что-то непохоже. Не верю...Пока ничего у тебя не получается. Включай пятую скорость. Не будь тормозом. Жалуйся. Ходи на тусовки недовольных. Слушай подкованных,-говорил один.

-Ты что? С ума сошёл? Ты понимаешь в какое время мы живём? Страна в опасности. Скоро может начаться смертный бой, а он ни духом, ни слухом. Сидит пальцем в носу ковыряет. Как только таких раздолбаев страна носит,-продолжал второй.

 Я смотрел на учителей критики и тупо думал: "Интересно, о каком смертном бое идёт речь? Если страна в опасности, то, видимо, от кого-то придётся спасаться. От кого? Уж не от них ли? Пока они боятся друг друга, беспокоиться нечего. Страх-великая сила. Но если кто-то почувствует себя главнее и полезет в драку, тогда всё может измениться. Спасаться придётся по-настоящему... От этого? Или от этого? Или от обоих?"

 Столько вопросов я никогда не задавал себе. Вопросов было много, ответов было мало и я не знал как быть, меня это смущало.

-Господа пассионарии, когда вы мне дадите вздохнуть свободно?-спросил я.

-Потерпи мужик. Свободно ты вздохнёшь в гробу. Сейчас некогда свободно вздыхать. Надо работать над собой.

Пока я раздумывал с чего начать работу над собой, учителя снова заговорили.

-Думаешь твоя хата с краю? Собираешься отсидеться в своих хрущёвских апартаментах до светлого будущего? Ха-ха. Если тебе суждено вступить в бой, то лучше воевать с вдохновением и верой, чем из-под палки, с недовольством. Учись, пока мы добрые. Выбирай правильное направление мышления. Повышай энергетику сознания. Заряжайся. Становись человеком,- втолковывали мне пассионарии.

    И я заряжался. Кому не хочется быть человеком?

Нравится
23:25
41
© Константин Потэс
Загрузка...
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку своих персональных данных.
Нет комментариев. Ваш будет первым!

Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил ЛитСалона и Российского законодательства.


Пользовательское соглашение