Путеводитель по сайту Отличия ЛитСалона от других сайтов

Потерянный рай. Глава из повести. Кабанья охота

Кабанья охота
Утром, пока еще не начало жарить солнце, «Три Феди» и Андрей отправились в сад. Хлюпала под ногами вода. Хлюпал носом биолог, который, просидев весь вчерашний вечер  под кондиционером, здорово простудился. И вообще, вчера был не его день. Он умудрился проиграть Андрею пять партий подряд, и теперь собирался с помощью молодого друга разобраться в ошибках. Утешало Федорова одно — миндаль. Вчера они посеяли три килограмма отборных орехов, и теперь шли проверить — все ли в порядке.
 Андрей всю дорогу прямо-таки засыпал на ходу. Он лег спать в два часа ночи, а в пять неугомонный биолог уже разбудил его и потребовал отправиться с ним на разведку.
Шлепая по черной воде, Андрей не переставал думать о том, когда же, наконец, из города пришлют паек и командировочные. Работники соседней свинофермы опять приходили вчера. Им выдали зарплату свининой, и они, как добропорядочные туркмены, пришли менять каждый - свои двадцать килограммов на тушенку, сахар, сливочное масло и чай, которые выдавались работникам стационара. Обмен был выгоден обеим сторонам, поэтому машина с продуктами была бы как нельзя кстати...
Вдруг, прервав размышления начальника экспедиции, «Три Феди» хрипло и виртуозно выругался. Потом подпрыгнул и, бросив свою лопату в кусты, мелкой старческой рысью бросился к участку, где разместился миндальный сад.
Андрей ускорил шаги и, приблизившись, понял, что так взволновало почтенного ученого. Три ряда по сто метров, которые они вчера посеяли и старательно обработали граблями, теперь были изрыты и перепаханы бульдозером — кабаньим рылом. Не было сомнений, что кабаны, почуяв запах орехов, совершили налет на посадку, тщательно выбрав все орехи культурных сортов, побрезговав орехами сортов диких, которые невыносимо горьки от содержания цианидов.
Потрясая кулаками над головой, Федоров проклинал кабанов, заметив, что понимает отвращение мусульман к мясу этого «колхозного диссидента», и тут же, противореча самому себе, торжественно поклялся съесть все поголовье кабанов в округе «от холки до копыт». Биолог до того был потрясен случившимся, что даже не заметил, как в порыве негодования затоптал сапогами сеянец фисташки, который он с таким трудом вырастил и которым заслуженно гордился. Но Андрей решил не указывать на это, чтобы не доконать Федорова — второй потери тот просто бы не перенес.
Продолжая извергать проклятия, «Три Феди» собрался было броситься в погоню за негодяями и накрыть бандитское логово, но молодой помощник отговорил его, справедливо заметив, что блуждать по камышам в поисках кабаньей тропы нецелесообразно и опасно. Гораздо проще и надежнее высеять еще пару килограммов миндаля и устроить засаду. Идея пришлась по вкусу, и биолог помчался на базу за орехами, пылая жаждой мести и горя надеждой, что  расплата неумолимо осуществится в самые ближайшие часы.
Была суббота. Но из-за происшествия отъезд в город был отменен. И рабочие, рассерженные не меньше Федорова, деятельно принялись за подготовку к ночной охоте.
Перво-наперво, были выкопаны пять ям для охотников. Они окружали место посадки орехов и исключали для кабанов любую возможность безнаказанно совершить повторный налет. К тому же, ямы были необходимы и как укрытия, потому что зверь, обладая тонким чутьем и зрением, мог заметить охотников и в кромешной тьме, а это в планы кульбуканцев не входило. Охотник на кабанов, как утверждал Петр Васильевич — старший брат — пчеловод, занятие опасное. Ставший на эту стезю должен обладать исключительным хладнокровием, отличным глазомером и … замечательной стартовой скоростью. Потому что раненый кабан, как правило, бросается на стрелка, и тут уж спасти тебя могут только быстрые ноги.
После этого пообедали и принялись готовиться к предстоящей охоте. Чистили оружие, смазывали сапоги, натирались порошком из трав, чтобы кабан не почувствовал посторонних запахов. Тем же порошком посыпали и всю одежду. Федоров переходил от группы к группе, подбадривал, вдохновлял, взывал к патриотическим чувствам и мешал сразу всем.
Но за день страсти поулеглись и теперь вина кабана  не казалась такой уж неоспоримой. Но это только так казалось. Потому что, как  только стемнело и охотники вышли из дома, как только их прохватило свежим ветерком, как только за спиной сомкнулись камыши, скрывая от взора гостеприимные огоньки дома, а под ногами захлюпала ледяная жижа, - сердца ожесточились вновь. И горе тому кабану, который посмел бы оказаться у них на пути, - его секунды были бы сочтены.
Андрей шел предпоследним, видя перед собой высокую спину Мурада, с ружьем на плече, и слыша позади себя сопение Мухи. Таинственная тьма окружала их, грозя опасностями и неожиданностями. И неожиданности не заставили себя ждать. «Кульбуканский волк», зазевавшись, свалился в канаву доверху наполненную водой. Послышался тяжелый всплеск и многоэтажная ругань. Самое обидное состояло в том, что именно «Волк» заполнил эту канаву, чтобы позже пустить воду на бахчу.
Выбравшись на тропинку с помощью Андрея и Мухи, Мурад долго и сипло ругал кабанов и Федорова, который отправив их на охоту, остался дома, в тепле.
-Тихо! -приказал Али. Подсвечивая фонариком, он тщательно осмотрел Мурада с головы до ног и посоветовал ему возвращаться. Но «Волк» запротестовал. Ему никак не улыбалось переться полтора километра среди зарослей в одиночку.
-Не пойду, агам! - помотал он мокрой головой. - Сейчас все высохнет...
-Ну, смотри, - буркнул Али и вернулся во главу отряда.
До места оставалось совсем недалеко. И Али, как старший, каждому определил место и номер. Потянулось время. Пока шли, пока обустраивались в засаде — все было ничего, но теперь разгоряченные тела потихоньку остывали и начали зябнуть. И ведь, главное — ни пошевелиться, ни поговорить...
Андрей, которому надоело бессмысленное лежание в одной позе, перевернулся на спину и стал смотреть в небо. Металлические трубы, лежавшие в десятке шагов, отлично проводили звук, и предупредили бы его о любом движении за пару сотен метров. Поэтому лучше смотреть на звезды...
Здесь, вдалеке от городского смога и пыли, звезды были такие яркие и крупные, что казалось, кто-то намеренно рассыпал на черной скатерти горсть драгоценных камней. И кончик Млечного пути уже выползал из-за горизонта. Бесшумно неслось, меняя очертания, легкое облако...
-Вон он, вон, - заговорил неподалеку Мурад. И, прежде, чем Андрей, перевернувшись на живот, успел хоть что-то разглядеть, - огромная вспышка и грохот выстрела, многократным эхом отдался в трубах и зазвенел в ушах.
-Стойте, - закричал Али. Но его не слушали.
-Вон он! - завопил Беки, и тут же «заговорил» его карабин.
-Возле гранатового куста!!! - кричал Муха, всаживая в невидимую мишень сразу два заряда. Бабахнул и Андрей, для очистки совести. Но, стреляя, неплотно прижал приклад к плечу, и плечо заныло. - -Вы что, с ума посходили? - послышался сердитый голос Федорова.
-Да это же Федор Федорович! - завопил Беки.
И перед охотниками предстал биолог в своей неизменной плащ-палатке. Рядом с ним темнело что-то непонятное.
На строгий вопрос, какого... он тут делает, «Три Феди» сообщил: здраво поразмыслив над сложившейся ситуацией, он пришел к выводу, что без его помощи не обойтись. Как же охотники дотащат тушу убитого кабана до стационара? Поэтому он взял тележку, и в обход, через лесополосу, притащил транспортное средство, у которого предварительно были смазаны все колеса, чтобы ни один звук не потревожил ночной тиши.
Тут уж вспомнили о кабанах. И справедливо решили, что ни один зверь после такой канонады в сад не сунется. Миндаль был спасен. Поэтому все засобирались обратно. Но идти по колено в воде никому не улыбалось. Поэтому выбрали другой, кружной путь, по которому Федоров доставил тележку.
Охотники, донельзя усталые, но довольные происшествием,  топали по заросшей дороге вдоль лесополосы. Замыкал шествие Федоров,  тащивший за собой злополучную тележку. И вот когда уже до дома оставалось каких-то пятьсот метров, из кустов раздались выстрелы. Кульбуканцы попадали на землю, а «Три Феди» благоразумно укрылся за тележкой. Повторных выстрелов не было.
-Да попал я, мужики! Не мог не попасть!!! – камыши раздвинулись и на дорогу вывалились три человека с ружьями, сопровождаемые резким водочным перегаром. Потом вспыхнул фонарь, и его свет выхватил из тьмы великолепный оскал «кульбуканского волка». Да и остальные фигуры, с головы до ног перемазанные грязью, доверия не внушали.
-Ну что? – серьезно спросил Беки. – Теперь наша очередь стрелять или пойдем врукопашную?
Фонарь моментально потух. Камыши сами собой сдвинулись. И в тишине послышались торопливые шлепающие шаги трех пар ног. По ту сторону камышей послышались торжествующие вопли и крики. А потом, уж совсем не к месту, бабахнул выстрел. Заряд дроби, едва не задев голову Али, с треском врезался в сосну.
-Огонь! – непререкаемо скомандовал водитель. И громыхнул залп. Вернее, залп сначала громыхнул, а потом уж послышалась команда.
За камышами моментально смолкли все звуки. Потом раздалось завывание стартера машины. Потом машина завелась и, натужно ревя, поползла прочь.
Кульбуканцы огляделись. Обнаружилось, что не хватает Федорова. Но биолог тотчас появился, отклеившись от тележки, с которой принял столько мучений и за которую прятался во время перестрелки. Он продемонстрировал свою плащ-палатку, в трех местах пробитую картечью…
После таких приключений всем хотелось поскорее попасть домой, в тепло, где дожидался охотников дядя Вася. И огоньки в окнах уже приветливо забрезжили вдалеке...
А позади завистливо и злобно выли шакалы, разъяренные тем, что на их долю так ничего и не перепало.
Так закончилась самая громкая ночь в истории Кульбукана( дословно: прятался раб)…
 
Нравится
16:20
30
© Шохрат Романов
Загрузка...
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку своих персональных данных.
Нет комментариев. Ваш будет первым!

Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил ЛитСалона и Российского законодательства.


Пользовательское соглашение