Путеводитель по сайту Отличия ЛитСалона от других сайтов

Меняла (часть первая, с сокращениями по цензурным сообажениям)

Меняла
«Меланхоликом становишься, когда размышляешь о жизни, а циником, когда видишь, что делает из нее большинство людей…»
(Э. М. Ремарк)
 
«Жизнь тасует нас, как карты. И лишь случайно, и то ненадолго, мы оказываемся на своем месте…»
(А. М. Горький)
 
 
 
*   1   *
   -Ого! Какие люди! – Алик втянул гостя за руку в прихожую и обнял. – Какими судьбами?
Игорь внимательно смотрел на давнего приятеля и не узнавал – тусклые глаза, тусклые волосы, тусклый голос… Что это с ним?
   -Проходи!
Они прошли в зал. Игорь в кресло, а Алик устроился на полу.
   -Откуда ты?
   -Из Москвы…
   -А говорили, что ты служишь в Чечне…
   -Служил… Потом ранение… Подлечился и решил вернуться домой.
   -Ну, и как там?
Игорь промолчал. Иначе говорить пришлось бы сразу многое и о многом. А говорить много не хотелось, - отвык. Поэтому и промолчал. Но Алик и не ждал ответа.
   -А я вот сижу! – с неожиданной злостью сообщил он. – Ни взад, ни вперед! Демобилизовался в июне, теперь сижу без работы…
   -Родители где?
   -Уехали в отпуск. Тетка из Израиля прислала приглашение на месяц…
   -А ты что не поехал?
   -Да так… - Алик помялся, потом с показной удалью, сквозь которую были видны и тревога, и растерянность, и неуверенность, заявил: - С Ленкой поругался!
   -С Ленкой? – Игорь недоверчиво улыбнулся.
   -С ней… Чего скалишься? Она сама… Ах да, ты же не знаешь! В армии я в госпиталь попал – давление, головокружение… пару раз сознание терял. А тут она приезжает. Забрала меня и привезла к себе…
   -Так она же, вроде бы как замужем…
   -Ушла она от мужа! И приехала ко мне… Сама! А теперь мы поругались…
   -И что не поделили?
Алик долго не отвечал, изучая рисунок на ковре, потом промямлил:
   -Просто мы устали друг от друга. Я устал от ее чудовищного прагматизма! Каждый день пилит: какой ты мужик, если на меня заработать не можешь… Уже три дня в разводе! Я, правда, не выдержал, - позвонил, но мать сказала, что ее нет… Слушай, пойдем на балкон, покурим?
   -Пошли! – кивнул Игорь. – Только сначала забери пакет из прихожки, - там пиво… Поставь в холодильник…
   -Здорово! – Алик на минуту исчез и появился снова. И видно было, что ссора с Ленкой сильно на него повлияла – даже движения его стали какими-то мелкими, суетливыми!
Они вышли на балкон и закурили.
   -Не знаю, что с ней происходит! – Жаловался Алик. – Ведь в институте она такой не была! Она такие стихи писала… Знаешь, мне кажется, что она состоит из двух половинок. И то одна, то другая берут верх… То ее тянет к духовности, то ей хочется физического комфорта…
   -А в тебе разве такого нет? – Спросил Игорь.
   -Да, - неохотно признал Альберт, - наверное, в каждом человеке есть… Но я никогда не ставлю материальное выше духовного…
   -Так что же ты злишься, что нет работы и заработка?
   -Слушай! – Возмутился Алик. – Что у тебя за манера – постоянно находить противоречия?
   -Это не противоречие! – Усмехнулся Игорь, гася окурок. – Это только доказательство к твоей теореме…
   -Ты берешь примеры на примитивном уровне! – кипятился Алик. – Любой человек не сможет прожить… вернее, выжить, без денег и работы…
   -Это ты слишком примитивно сравниваешь духовность и материальность! Они, все-таки, неразделимы… А мне трудно соревноваться с тобой в эрудиции – я институтов не кончал…
   -Да иди ты со своими приколами! – Алик перегнулся через решетку балкона и крикнул: - Привет, Сонь! Ты куда?
   -К Виталику…
Игорь тоже взглянул вниз. Под балконом на тротуаре стояла девушка лет двадцати в черной куртке и джинсах.
   -Виталик на работе! – ответил Алик. – Придет после шести… Хочешь – заходи, подождешь у меня…
Девушка постояла в нерешительности и нырнула в подъезд.
Игорь снова закурил. Слышно было, как Альберт с грохотом открыл входную дверь.
   -Проходи! Откуда ты?
   -С Челекена. Отработка закончилась, приехала за дипломом…
   -Отработка закончилась? Уже?
   -Да…
   -Проходи… Пива хочешь?
   -Хочу…
Алик появился на балконе:
   -Однокурсница Виталика! Ты не против, если я угощу ее пивом?
   -Не против…

  -Тогда пошли в комнату…

Девушка сидела в кресле и равнодушно рассматривала книжную коллекцию, по крупицам собранную родителями Альберта.
   -Знакомьтесь, - предложил Алик, подавая девушке узкий, высокий бокал, запотевший от холода.
   -Это Соня – однокурсница Виталика… А это Игорь, мой друг, только что приехал из России…
«Дурак! – подумал Игорь. – Этого мог и не говорить! »
Девушка слегка кивнула, задержав взгляд на шраме, пересекавшем лоб Игоря.
   -Как там у вас, в России?
   -Там все так же, как у нас… - Игорь сел за стол, взял бокал с пивом.
   -Так он же наш, местный! – расхохотался Алик. – В России он только служил! В Чечне!
«Дважды дурак! » - вынес приговор Игорь – ему совсем не хотелось удовлетворять любопытство этой девицы.
   -В Чечне? – ее темные глаза удивленно расширились. – А зачем же ты туда поехал?
   -Я теперь и сам постоянно спрашиваю себя об этом! – усмехнулся Игорь.
   -А это… - она провела пальцем по лбу. – Это тебя там так задело?
   -Нет, в Москве, в метро… Какой-то старикан с удочкой полез в электричку, а двери захлопнулись и удочку прищемило… Когда поезд тронулся, меня и чиркнуло по лбу…
Алик и Соня от неожиданности рассмеялись. Потом Алик спохватился:
   -Сейчас позвоню Витальке в офис! – и выскочил в прихожую.
   -А ты чем занимаешься? – спросил Игорь у Сони, делая глоток.
   -Работаю в школе! – с неохотой призналась она. – Отрабатывала диплом два года. Приехала как раз за ним…
   -И как школа?
   -Стоит…
   -Уходить из нее не собираешься?
   -А куда я пойду? Здесь-то на работу не устроишься, а у нас на Челекене – тем более. Скукотища! Дом – школа – дом. Никаких развлечений, кроме «ящика»… Родители достают!
   -Жила бы отдельно…
   -Одна я не потяну…
   -Замуж выходи…
Влетел Алик.
   -Виталик сказал, что подъедет к шести… Черт! У меня же там соус варится… Пошли на кухню, там поболтаем…
На плите, на синем цветке газа урчал казан, из которого рвался пар. Алик убавил газ и плюхнулся на стул.
   -С Рыжим давно виделась? – осторожно спросил он. – Так, звоним друг другу. Но теперь, сейчас… в эти дни все должно решиться…
   -Что?
Она опустила голову и долго молчала. Только пальцы играли зажигалкой. Потом подняла глаза:
   -Врачи сказали, если не рожу в ближайшее время – детей у меня больше не будет…
  -Ему же в армию идти, у него отсрочка кончается! – заметил Алик.
   -Ну и что?
   -Как что? Не один нормальный парень не пойдет на это…
   -А мне что делать? Пусть решает, он мужчина…
   -Оставить тебя в положении и пойти служить?
  -А что делать? – повторила Соня, ее смуглое лицо покрылось красными пятнами. – Какая разница? У нас и так все – врозь. Он здесь, я – там… Пусть выбирает! Думаешь, мне легко? Это все его мать! Она все знает. Ведь я с ней ходила к врачу два года тому назад… Теперь диагноз подтвердился. Вот она и старается защитить сыночка от меня…
   -Рыжий – не маменькин сынок! – возразил Алик.
   -Зато никак не повзрослеет! – отрезала Соня. – Я спрошу у мамы… А мама сказала… А мама не согласилась…
   -Тогда поставь ультиматум, - предложил Алик. – Или вы женитесь, или ты заводишь ребенка от другого… Слушай, это же выход! Почему бы тебе не родить от кого-нибудь другого?
   -Я люблю его! – просто и сильно ответила Соня.
   -Но раз у вас такие дела…
   -Вот и будем думать вместе!
Игорь, до сих пор молча наблюдавший за этой битвой «глухих со слепыми», заметил, что у девушки загорелись глаза,  а вот лицо внезапно постарело.
   -Не торопись! – произнес он. – Главное, чтобы ты потом ни в чем не раскаивалась…
   -Я ничего не понимаю! – возмутился Алик. – То ты его любишь, то хочешь поставить перед выбором…
   -А ты никогда не сидел один и не задумывался, что жизнь проходит, что любимый человек далеко, и неизвестно еще: любит ли он тебя? А ребенок… Любая женщина хочет ребенка… Он всегда будет при мне!
   -Не будешь иметь своего, усыновишь! – беспечно махнул Алик.
   -Ничего ты не понимаешь! – горько усмехнулась Соня и повела глазами на Игоря. – А вот он понимает…
Альберт хотел что-то возразить, но раздался звонок в дверь, и он, вскочив, объявил:
   -Это Виталик! – и пошел открывать.
 
*   2   *
-С Наташкой говорила? – спросил Виталик – жгучий брюнет с бачками, когда обмен приветствиями закончился.
   -Нет! – невысокой Соне, чтобы разговаривать с Виталиком, приходилось задирать голову. Виталик возвышался над ней как фонарный столб над дорожным знаком.
   -Хочешь, позвоню, чтобы пришла?
   -Чего ты спрашиваешь, конечно, хочу!
Игорь и Алик снова вышла на балкон, а Соня с Виталиком остались возле телефона.
   -Кто такая Наташа? – спросил Игорь.
   -Подруга Соньки! Они все вместе учились – Виталик, Рыжий, Наташка и Соня. Виталик бегает за Наташкой, а она сразу поставила условие – мы – друзья, и только…
Заглянул Виталик.
   -Наташка сейчас приедет, я иду ее встречать…
   -Давай! – кивнул Алик. – И в магазин загляни…
   -Это само собой! – Виталик смылся.
Появилась Соня. Алик протянул ей сигарету. Она нервно закурила.
   -Как у Виталика с Наташей?
   -Глухо как в танке! – усмехнулся Алик. – Он за ней бегал, бегал, а потом рукой махнул. Теперь она сама приходит к нему за утешением и поддержкой после каждого разочарования. А когда полегчает – он ей снова не нужен! То с одним, то с другим… Даже, кажется замуж собиралась… Да, - вспомнил он вдруг. – Если хочешь, можно и Рыжего пригласить?
   -Не надо! – попросила Соня. – Дай мне подготовиться. А то только хуже будет…
   -Эй, вы там! – внизу стоял Виталик с какой-то девушкой.
   -Это вы – там, а мы здесь! – отозвался Алик. – Поднимайтесь…
Через минуту в прихожей начался поцелуйный обряд. Соня и Наташа – вызывающе яркая блондинка, –  прилипли друг к другу и стояли, обнявшись, наспех сообщая (конечно же, шепотом, на ушко,) какие-то свои, девичьи секреты.
   -Что, так и будете здесь торчать? – возмутился Алик. – А ну, марш на кухню! Давайте, давайте, девчонки, сообразите что-нибудь поскорее!
Он повел девушек на кухню, но раздался телефонный звонок, и Альберт снял трубку:
   -Алло!
Видимо, ему сразу сказали что-то очень важное, потому что он тут же перенес телефон в соседнюю комнату и плотно прикрыл дверь.
Виталик с Игорем остались вдвоем.
   -Тихо, как в могиле! – усмехнулся Игорь. – Включи хоть музыку…
Виталик включил магнитофон и почти тут же появился Алик с напряженным и возбужденным лицом
   -Что стряслось? – поинтересовался Игорь.
   -Ленка звонила… Плачет! Говорит, что ей очень плохо… Просит приехать…
   -Так в чем же дело? Поезжай! – воскликнул Виталик. – Забирай ее и привози сюда… А мы подождем!
Алик быстро переоделся и выскочил, хлопнув дверью.
   -И чего он за ней бегает? – пожал плечами Виталик. – Стерва она! Плохо ей! А когда ему плохо?
   -Это их дело! – ответил Игорь, перебирая диски, сваленные на полке.
   -Игорь! – донеслось с кухни. – Можно тебя на минуточку?
А едва он переступил порог, девушки затормошили его:
   -А куда уехал Алик?
   -А кто такая Лена?
   -Что между ними произошло?
   -Ну, откуда я знаю? – уклонился он. – Я в Ашхабаде только день…
Девчонки, донельзя расстроенные, уселись за стол и принялись кашеварить, переключив все свое внимание на приготовление пищи.
Игорь, посчитав себя лишним, улизнул из кухни.
Виталик сидел с гитарой и, от нечего делать, тихо что-то бренчал.
   -Чего они? – спросил он, не поднимая головы.
   -А черт его знает! Расспрашивали об Алике и Ленке!
   -Дуры! Со своими бы делами разобрались, - пробурчал Виталик.
Игорь сел в кресло, закрыл глаза и словно провалился в пропасть…
 
*   3   *
…Они бежали со всех ног, ослепляемые одним-единственным желанием – жить! А пули летели вслед, били в низко нагнутые спины, били в затылки, разрывая задыхающуюся плоть, с треском раскалывая кости… И по улице прибавилось мертвецов.
Но вот уже стена; вот спасение. И слышно только удары собственного сердца, толчками отдающиеся в ушах и шумное дыхание товарищей справа и слева. Их осталось не так уж много. Остальные лежат за стеной – по улице…
Зашевелился и подал голос лейтенант:
   -Не спать! Приготовиться к бою…
Боже, сколько еще?! Пули с противным визгом бились в кирпичную стену, вгрызаясь в кладку…
Страшно! Страшно и нелепо умирать в восемнадцать лет. И мысли в голову лезут какие-то нелепые, дурацкие…
Вон, рядом съежился Санька – первый бабник во взводе. Он все свободное время готов говорить о женщинах, разве что с перерывами на завтрак, обед и ужин. Но не сейчас. Никто не станет слушать его выдуманные истории под таким обстрелом! Да и сам он, кажется, сейчас меньше всего думает о женщинах и всем, что с ними связано. Сейчас бы сжаться в комочек, в пылинку и забиться поглубже…
А вон Колька… Разве стоило лезть из кожи, чтобы окончить школу с золотой медалью? Денег на институт все равно не хватило. А золотая медаль, полученная в старенькой школе в присутствии педагогического коллектива и представителей районо, становится просто воспоминанием, издевательским. Война признает иные металлы. И иных людей. Настоящих. От нее ничего не укроется, она срывает все покровы. Обнаженное мясо… Обнаженный мозг. Голая жизнь и голая смерть – чистая физиология. И где они – плоды тысячелетней цивилизации?
Обстрел стихал. И уже можно поднять голову и расслабить мышцы. Потому что светает, и «духи» в контратаку не полезут…
 
*   4   *
Когда кончилась водка, Виталик вытащил из заначки флягу со спиртом. Но пить уже никому не хотелось.
Алик и Ленка, обнявшись, о чем-то чирикали. Виталик, отложив флягу, взял в руки гитару. Наташа поощрительно смотрела на него. А против Игоря сидели Соня и Рыжий – Генка. Сидели рядом, очень близко, почти касаясь друг друга, но были невообразимо далеки в этот миг. Только принужденно улыбались и молчали. Игорь хмуро следил за ними и размышлял: за каким чертом Алику и Витальке понадобился этот фарс?
Ничего не сказав Соне, они самовольно вызвали Генку под каким-то сногсшибательным предлогом. И едва он переступил порог под дружное: - О! – Соня словно одеревенела, и ее смуглое лицо покрылось меловой бледностью.
Потом были пошлые намеки, шутки, тосты вроде вульгарного:
   -Ну, за любовь, что ли? Мать ее…
Приятели пытались рассеять гнетущую неловкость и отделаться от собственного смущения, но ничего не помогало.
Потом Виталик запел, и все, или почти все, подхватили. Не пел только Игорь. Не пела и Соня.
Игоря бесили эти песни – бравурно-надрывные, написанные о войне, которую авторы видели лишь по телевизору и на страницах газет…
«Мы туда колесили с потехами –
пели песни, снимали кино…
А когда мы обратно ехали –
Только молча смотрели в окно…»
Ведь все было не так. Совсем не так. И даже – наоборот.
Это когда их везли туда, они – зеленые пацаны, - молча сидели в вагоне и смотрели перед собой, страшась выдать свой страх перед неизвестностью. А двое ночью бредили, плакали и звали маму…
Это когда они возвращались оттуда, вагон сотрясался от песен, пьяных выкриков и похабщины. И никто не хотел вспоминать того, что было с ними. И все, что было страшного, они загоняли глубоко-глубоко в свои измочаленные души, заливая сверху водкой и разведенным спиртом. И какая-то безголосая девочка стонала о неразделенной любви из магнитофона. И визжали в купе две проститутки, снятые по случаю на станции, и контрабандой доставленные в вагон…
Соня встретилась с ним глазами и пальцем обвела вокруг губ, набросав контуры улыбки. Он ей улыбнулся. Она улыбнулась ему.
   -Вот что, - заявил Алик, вскакивая, - давайте выпьем за тех пацанов, которые погибли в Чечне, за то, как они били чурок черномазых…
Тост подхватили. Только Игорь промолчал и не притронулся к своему стакану.
   -Ты чего не пьешь? – возмутился Альберт. – Давай, за нашу победу!
Преодолев искушение бросить ему в морду тарелку, Игорь встал и вышел. В прихожей его догнала Соня.
   -Уже уходишь? – удивилась она.
   -Да, - неохотно ответил он. – Устал я… Приятно было познакомиться… Пока!
   -До свидания! – растерянно ответила она. Но с некоторым опозданием, потому что он уже вышел…
 
*   5   *
Ночной ветерок приятно освежал лицо. Неоновый свет фонарей, прожекторов и реклам резал глаза. Это был уже чужой город.
Уже не было тех уютных, узких улиц, накрытых шатрами зелени. Не было старых домов, отстроенных после землетрясения и памятных с детства. Город потерял свою душу, и бестелесные призраки погубленных зданий и улиц метались меж монументов однотипных многоэтажек, стандартных скверов, парков и фонтанов. Может, это и было красиво, но не более того. Все это было чужим и безликим…
А вот этой улицы раньше не было. Она обрывалась за три квартала отсюда. И был здесь пустырь, на котором резвилась детвора. Теперь же – газоны, асфальт, залитый неоном, и десяток уборщиц в оранжевых тужурках и с закрытыми лицами. Боятся быть узнанными, стесняются показать, что тоже работают.
Они готовят улицу к новому дню и посматривают на стоящую в шагах ста пятидесяти белую машину.
Игорь прошел еще шагов сорок и обратил внимание на какое-то движение возле машины. Он даже различил оранжевую безрукавку уборщицы, которая отбивалась от двух серых фигур. Потом от машины стали по-туркменски звать на помощь…
Он поравнялся с машиной, когда двое мордастых, запихнув на заднее сидение женщину, собирались сесть и уехать. 
Хлопнули дверцы. Игорь постучал по стеклу:
   -Что случилось?
   -Пошел ты! – ответили ему на ломаном русском.
Женщина заколотила руками по стеклу. Водитель завел мотор, а второй распахнул дверцу, намереваясь вылезти и отогнать нежелательного свидетеля. Но вылезти он не успел.
Игорь пнул ногой по дверце – пассажир взвыл и схватился за ушибленную ногу. Игорь открыл заднюю дверь и вытащил из машины задержанную:
   -Беги отсюда!                                                     
Женщина отбежала шагов на десять и, обернувшись, что-то крикнула… Но Игорь ее уже не слышал – яркий свет вспыхнул в мозгу и мгновенно погас…
Водитель, бросив дубинку, с помощью напарника запихнул бесчувственное тело в машину, оглядываясь на бегущих к машине уборщиц. Потом зажглись фары и машина помчалась прочь…
 
*   6   *
Он очнулся оттого, что чья-то рука осторожно встряхнула его. А сипловатый, прокуренный голос произнес:
   -Молодой человек, вам не кажется, что это неподходящее место для отдыха?
Высоко чернело небо, брызгая искрами звезд. Кроны деревьев молчаливо склонились, словно в почетном карауле. А на фоне звездного неба проступило резко очерченное лицо. Оно смотрело на Игоря в упор, выискивая признаки жизни.
Однако, что это с ним? Не так уж и много он выпил, чтобы валяться ну улице. Хотя… Ему показалось, что запах водочного перегара заполнил все вокруг. Неужели это он так набрался? Впрочем, кажется, нет. Это неизвестный доброжелатель источал крепчайший аромат алкоголя и дешевых сигарет. И, кажется, именно эта смесь и привела его в чувство, проникнув в помутненное сознание раньше прикосновения и голоса.
Тут Игорь почувствовал и приглушенную боль. Болел затылок. Слегка приподняв голову, заботливо подхваченную неизвестным, несколькими прикосновениями нащупал здоровенную шишку. И сразу все вспомнил.
   -Кто это вас?
   -Не знаю, - прокряхтел он, поднимаясь на ноги. – Какие-то гады…
   -Чем же вы не угодили нашим согражданам?
Игорь не ответил. Голова кружилась. Подташнивало.
   -Где вы живете? – спросил мужчина. – Может «скорую» вызвать?
   -Не надо, - просипел он, шаря по карманам. – Вот гады! – вырвалось у него.
   -Что случилось? – Встревожился незнакомец.
   -Деньги вытащили! – всплеск эмоций поубавил силы, и Игорь пошатнулся.
   -Держитесь! – незнакомец вцепился в него и стал оглядываться по сторонам. Но вокруг не было ни души – народ приучили не появляться на улицах после одиннадцати вечера. Только вдалеке белела полицейская будка. И вокруг нее, как пес на привязи, вышагивал постовой. Незнакомец уже собирался было окликнуть хоть его, но Игорь попросил:
   -Вот этого не надо… Все равно он с поста не уйдет, что бы не случилось. Правда потом доложит по команде…
   -Что же делать? – мужчина призадумался. Потом решительно тряхнул головой:
   -Мы идем ко мне… Это недалеко, идемте…
 
*   7   *
Наконец-то закончилась неделя бесконечных компрессов, примочек и припарок. Семейный врач, которую и видел-то впервые, и видеть больше не желал, посоветовала еще раз сдать все анализы и сделать флюорографию. Хорошо еще, что подвернулась бабушка и принялась рассказывать врачу про все свои хвори и недомогания, иначе он обязательно бы сорвался и нагрубил. Он чувствовал себя значительно лучше, хотя еще появлялась тошнота и темнело в глазах. Налицо были симптомы сотрясения мозга плюс осложнение, которое дала перенесенная еще там контузия. Об этом его предупреждали врачи из госпиталя…
Очень скучал по родителям и сестре. Видел их всего два дня перед отъездом в Москву. И теперь, с поздним раскаянием думал о том, что несправедливо и незаслуженно грубил и обижался на их заботы и внимание. Сколько они перенесли за эти два года! С ума сойти! А он, мерзавец, еще и писал раз в полгода. Хвастал, выеживался перед пацанами в роте – вот я какой! Не скучаю, не пишу! Все мне трын-трава…
Незаметно мысли приняли иное направление. Денег почти не осталось. Ночное происшествие –  из карманов вытащили все, - обошлось очень дорого. Нужно было искать работу, любую! Иначе придется дохнуть с голоду. Не жить же на шее у деда с бабкой – им и так пенсию урезали!
Неизвестно, до чего он додумался бы, если бы не появились Алик и Рыжий. Явились с серьезными мордами, будто случилось такое, о чем знают только ЦРУ, ФСБ и Русский базар…
Пожав ему руку, Рыжий сразу же (правда, чересчур таинственно), сообщил, что у них есть для него работа.
   -Что за работа? – живо отреагировал он.
Парни переглянулись, облегченно вздохнули и заулыбались.
   -Охрана! – шепнул Алик, оглядевшись по сторонам.
   -Охрана чего?
   -Есть один барыга. У него несколько фирм. Теперь в офис нужен охранник. Алика я ему уже представил. Он уже познакомился с его дочкой…
   -Здорово! Красивая?
   -Не то слово! – оживился Алик. – Классная девчонка! Закончила университет, а работает у отца секретаршей. Про нее и не скажешь, что дочка хозяина…
   -Сколько? – коротко спросил Игорь, глядя Рыжему в глаза.
   -Двести пятьдесят! – серьезно ответил тот, понимая, что шутки будут не к месту. Такими вещами не шутят. – Двести пятьдесят «баксов» за место… Через месяц вернешь… Оклад около двухсот долларов…
Надо было соглашаться, пока есть деньги. Да еще пацанов поблагодарить, что не забыли про него. Но все-таки решил подстраховаться.
   -А чем фирма занимается?
   -А кто их знает! – пожал плечами Рыжий. – Как все: что-то продает, что-то покупает… Я, собственно, не в курсах… Но деньги есть! Фирма не первый день стоит…
   -Тогда согласен! – твердо решил Игорь. Достал деньги и отдал Рыжему. – Когда выходить?
   -Послезавтра. Я за тобой заеду! – Уточнил Рыжий. – Захвати с собой паспорт и военный билет, - он взглянул на Алика. – Вроде бы все?
   -Все! – кивнул тот и начал прощаться. – Ты извини, нас девчонки ждут… Пока! Увидимся…
Они махнули ему и исчезли, даже не дождавшись слов благодарности…
 
*   8   *
Как только ушли Алик и Рыжий, и Игорь, включив телевизор и завалившись на диван, принялся переключать каналы, в надежде найти что-нибудь интересное, его позвала бабушка.
   -Чего тебе? – спросил он не совсем приветливо, высунувшись в окно.
   -Там какая-то туркменка пришла… Тебя спрашивает…
   -Что еще за туркменка?
   -Не знаю! Я не выходила и калитку не открывала…
Игорь, ругнувшись про себя, накинул куртку и вышел во двор.
Собака сидела у калитки и рычала. Тут же стояла бабушка.
   -А я слышу – стучат! – заговорила она, семеня за ним. – Потом собака залаяла… Я подошла, спрашиваю: кто?
Игорь, не слушая этого монолога, открыл калитку и столкнулся с женщиной лет сорока – сорока пяти. Ее смуглое, увядшее лицо было ему незнакомо. Рядом с женщиной стояла, потупив глаза, девушка красная от смущения.
   -Здрасту… - с трудом выговорила женщина и затараторила по-туркменски.
Речь ее была настолько эмоциональна и стремительна, что Игорь понял только одно: женщина – мать этой девушки, пришла поблагодарить русского джигита за то, что спас ее дочь от полицейских, задумавших черное дело. Далее шли длиннейшие ругательства с упоминанием всех родственников тех полицейских вплоть до десятого колена.
Потом женщина несколько сникла и ее интонации стали просительными. Она энергично жестикулировала, показывая то на дочь, то на небо, то в землю… И только по жестам и по некоторым словам Игорь уловил ее мысль…
Их семья переехала в город из аула и поселилась в мазанке рядом с заводом ЖБК. Но ожидаемого достатка семья не получила. Наоборот, муж женщины, еще в ауле баловавшийся терьяком, здесь пристрастился к героину, еще и старшего сына подсадил. Теперь рыщут на пару по округе в надежде спереть что-нибудь и приобрести дозу у соседа.
Сама женщина – Амангуль, - печет хлеб и возит продавать на оптовый рынок, а старшая дочь, вот она, стоит рядом, за взятку и через знакомых устроилась уборщицей – подметать улицы. Девушке даже пришлось бросить школу. У них в семье еще двое детей – девочка пятнадцати лет и мальчик – семи.
«Как все это интересно!» - с досадой подумал Игорь.
   -У меня нет денег, - продолжала женщина горячо, - чтобы отблагодарить тебя за добро, которое ты сделал для моей дочери… Я вижу, ты болен… Наверное, эти шакалы сильно избили тебя… И все из-за моей Айджемал… Поэтому мы и пришли к тебе… У меня нечем тебе заплатить за добро, и я хочу отдать тебе мою дочь…
   -Ты с ума сошла? – возмутился Игорь. – На кой черт мне нужна твоя девчонка?
Женщина ничего не поняла и продолжала в том же духе:
   -Моей дочери уже семнадцать. Она будет делать все, что нужно. Будет стирать, убирать, готовить… Будет ухаживать за тобой… Она будет выполнять все, что нужно… Только не гони ее… Мы люди бедные, но честные…
   -Дура! – произнес в отчаянии Игорь. – Зачем мне твоя дочь? Хочешь, чтобы меня посадили? – Он решил, что женщина навязывает ему дочь в любовницы, и пришел в полное замешательство. Не понимал, что материнское сердце вместе с благодарностью за спасение дочери, испытывает и тревогу – где и как обеспечить безопасность своей почти взрослой дочери в этом городе, живущем по чужим законам. Но женщина опять ничего не поняла, хотя и уловила нотки недовольства в его голосе. Критически оглядела свою дочь, одетую в лучшее платье, и извиняющимся тоном напомнила, что у нее есть еще одна дочь – очень красивая. Если джигиту понравится та, она пришлет ее… У него старая бабушка – ее дочери будут ей помогать по хозяйству…
   -Идиотка! – вскипел Игорь, у него от злости даже закружилась голова. – Зачем мне твои девчонки?!
   -Я хочу отблагодарить тебя! – дослушав его и опять ничего не поняв, ответила женщина. – И хочу защитить своих детей. Извини, но у меня больше ничего нет… Не сердись, возьми ее к себе… Ты хороший человек, и, может быть, сделаешь мою дочь счастливой… Я не хочу чтобы она возвращалась домой… - она умолчала о том, что муж и старший сын избивают их, а однажды даже попытались… Даже язык не поворачивается сказать неудобоговоримое…
Игорь уже ничего не слышал. Излияния женщины и собственная злость доконали его. Перед глазами поплыли круги, потом наступила тишина и кромешная тьма…
 
*   9   *
…Его случайно зацепило осколком. И распороло лоб. И немолодой врач, наложив шов, буркнул совсем еще юной санитарке: бинтуй! – И отошел.
Об этой девушке в белом халате в батальоне ходили легенды. Мол, спит с каждым – только предложи. Обслужит по полной программе! А что еще могут напридумываать зеленые пацаны, брошенные кем-то под свинцовый град, ничего не имеющие и ничего не умеющие?
Им бы домой, к маме. Ходить каждый вечер с девчонкой по дискотекам, демонстрируя свою незрелую мужественность в стычках с такими же юнцами. Дать кому-нибудь в морду – получить ответ… Проводить девушку домой, сорвав с нежных, зовущих губ поцелуй, и не спать остаток ночи, переполняясь ощущением чего-то неизведанного.
А здесь… Здесь все проще. В тысячу раз. И в миллион раз сложнее. И за сутки ты переживаешь десяток жизней. И помногу раз умираешь. И заново рождаешься. И радуешься каждому новому дню. И ненавидишь ночь. А потом – все наоборот. Потому что новый день приносит новые смерти. А ночь позволяет забыться коротким сном, в котором ты видел маму, отца, родной дом… И мальчишки-часовые ни разу не подняли тревогу. А значит, не надо вскакивать и, заняв свое место в траншее или у окна, палить в темноту…
И вот тут, рядом, это создание в белейшем халатике, обтягивающем тело, которое, если верить батальонным болтунам, принадлежало не одному десятку…
И нежные, чистые руки с накрашенными ногтями осторожно бинтуют его звенящую и гудящую голову. А он – размякший и расслабленный, - бережно берет ее руку в свою и подносит к губам… 
И чувствует в ответ такое же бережное и легкое касание губ к свое грязной щеке… 
И вся половина лица – как раз правая, - вспыхивает огнем… 
И запах духов опьяняет его…
И он в смущении встает и уходит, не поблагодарив – счастливый мальчик, всеми забытый и всем нужный…
Простой солдат.
 
*   10   *
Снова постельный режим. Лекарства. Оханье бабушки. Телевизор. И молчаливая тень, к присутствию которой привык, как привыкают к собственной тени.
Немногословная и хозяйственная девушка вошла в его жизнь, и даже смогла завоевать расположение бабушки, хотя та никак не могла понять: откуда и зачем появилась Айджемал, и что это за прихоть у внука – держать при себе что-то вроде прислуги?
А девушка безропотно готовила, стирала, убирала, работала на огороде, и придирчивая старуха не могла не нарадоваться на нежданную помощницу, хотя и ворчала, что неприлично, когда молодая девушка проводит столько времени в доме молодого человека. И неуклюже намекала Игорю, что вот она- невеста, лучше которой не сыщешь. А внук – растяпа и олух царя небесного, - только отмахивался, посмеивался и не замечал ничего. И каждый день Айджемал появлялась у них утром и исчезала вечером. А бабушка ворчала и совала девушке деньги, а непутевый внучок целыми днями просиживал у телевизора.
Вот и сегодня он с утра уселся у телевизора. А когда смотрел очередную серию «Бригады», к нему пришел гость. Странный. Очень странный. Тот самый, что подобрал его на улице и доставил к себе домой. И звали его, кажется, Георгий; Жора, так представился он при знакомстве.
Жора вошел в комнату, высоко неся продолговатую, огурцом поставленную голову. Пробормотал что-то стесненно и без приглашения плюхнулся в кресло.
Игорь намеренно не стал ни выключать телевизор, ни убавлять звук. Ему нравился этот сериал. Он просто балдел от смелости, решительности и удачливости простых дворовых пацанов, пробивающихся к вершинам жизни своими силами. И как все это круто: кожаные плащи, дорогие тачки, дорогие женщины, уважение и, самое главное, деньги, которые дают все это.
Неслышно вошла Айджемал – поставила на столик поднос с чайником и пиалами, конфетницу и вазочку с мелко наколотым сахаром.  А потом так же неслышно исчезла.
   -Угощайтесь! – небрежно предложил Игорь гостю, который, как зачарованный, смотрел на дверь, скрывшую девушку.
   -Это ваша жена? – спросил Георгий.
   -Служанка, - снова снебрежничал Игорь, не отрываясь от телевизора.
   -Вы так богаты? – удивился гость.
   -На жизнь хватает! – ответил Игорь, весьма удачно копируя интонации Саши Белого.
Георгий едва заметно улыбнулся и тоже стал смотреть в телевизор.
А герои, выскочив из черного «Мерседеса», распахивая полы кожаных плащей, расшвыривая случайных прохожих, мужественно шагали по какому-то коридору… И секретарша, побледневшая вместе с макияжем, металась возле телефонов… Потом началась реклама.
Игорь соизволил повернуться к гостю и заметил на его лице брезгливую улыбку. И сразу обиделся.
   -Вам что-то не нравится? – вызывающе спросил он.
   -А вам нравится? – спросил Георгий.
   -Мне нравится! Это настоящие люди. Не сброд, не стадо. Они всего добиваются и все имеют…
   -За счет других! – уточнил гость насмешливо.
   -За счет всякой мрази! – возразил Игорь. – Кто мешает другим добиться того же? А они отнимают деньги у тех, кто грабит…
   -Вор, крадущий у вора, вором и остается!  - пожал плечами Георгий. – Паразиты были всегда, менялось только отношение к их поступкам…
   -Будь таких людей побольше – не было бы никакого беззакония, не было бы произвола! – с воодушевлением заявил Игорь, краем глаза следя: не кончилась ли реклама.
   -И мир жил бы по блатным законам? – усмехнулся гость.  – Нет уж, хватит и того, что есть. Хорошо еще, что здесь не как в России, в начале девяностых расстреляли воров в законе – и все притихло… Так что всегда найдется большая сила, которая поставит на колени этих наивных пацанов, возомнивших себя центром Вселенной… Впрочем, вам сейчас не до меня! Я хотел пригласить вас к себе… Надо поговорить об одном важном деле…
   -О каком?
   -Всему свое время! Здесь адрес и телефон! – Георгий вырвал из блокнота листок и положил на столик. – До свидания! Спасибо за чай…
   
*   11   *
Помещение офиса Игорю в общем-то понравилось. Обстановка была подобрана со вкусом и известной тщательностью, без претензий на роскошь или модерновость. И Рыжий, встретивший его возле ворот, ведя по коридорам, не без удовольствия знакомил друга с окружающей средой, пропитанной атмосферой деловой сосредоточенности. К тому же никто и ничто не носил на себе фальшивой занятости и напускной важности, какими страдают обычно всякого рода служащие от швейцаров и вахтеров до третьеразрядных директоров и президентов.
В одном из кабинетов Игорь даже заметил Алика, который с самым значительным видом, даже, кажется, немного вспотев от старания, проверял сигнализацию. А вместо толстого и мрачного управляющего, подавляющего и подавляемого собственными значимостью и авторитетом, Рыжий привел его к молодому, веселому парню, который, сидя на столе, рассказывал элегантной секретарше анекдоты.
   -Марат, - обратился к нему Рыжий, - вот парень о котором я говорил… Демобилизовался недавно… Служил в России, в Чечне…
Управляющий оглядел Игоря и едва заметно кивнул. Потом протянул руку:
   -Марат…
   -Игорь…
   -Очень приятно! Слышал много и только хорошее… Значит так, Игорь! Нам нужен охранник. Работа – через двое суток на третьи. Может появиться и сверхурочная, но это только по распоряжению шефа. В таких случаях предусмотрена и двойная оплата. В курс обязанностей тебя введет Геннадий, он у нас исполняет… вернее, замещает начальника охраны… Будут проблемы – обращайся ко мне или вот, к Кристине… - Марат кивнул на секретаршу. – Вопросы есть?
   -Нет, - ответил Игорь. – Все ясно…
   -Ну, тогда все в ажуре! Пиши заявление… Ген, покажи ему все… - И, потеряв к Игорю, всякий интерес, Марат снова сел на стол.
   -Пошли, - Рыжий толкнул Игоря в бок. – Видел девчонку? Это и есть Кристина – дочь нашего хозяина…
Игорь невольно оглянулся – девушка весело смеялась, слушая Марата.
   -Надо же…
 
*   12   *
С Кристиной он столкнулся в обеденный перерыв на автопарковке рядом с офисом. Он как раз прогуливался с важным видом вдоль разноцветного ряда машин, с удовлетворением думая, что в скором времени и у него появится такой же шикарный автомобиль.
   -Помогите, пожалуйста! – раздался за спиной негромкий голос.
Игорь так резко обернулся, что стоявшая позади него Кристина опрянула назад. И две толстые папки выскользнули у нее из рук и упали на асфальт. Растерянно улыбнувшись, девушка наклонилась, но Игорь уже поднял и подал ей папки.
   -Спасибо! – поблагодарила она, с любопытством разглядывая его. – Это вы наш новый сотрудник?
   -Охранник! – поправил он.
   -Это правда, что вы служили в Чечне?
   -Служил…
   -Страшно, наверное?
   -По-всякому было…
   -Подержите, пожалуйста! – Она вернула ему папки и, сняв с плеча сумочку, стала выкладывать на капот машины разные безделушки, вроде зеркальца, косметички, расчески и еще чего-то. А Игорь стоял, обняв папки, и откровенно любовался ее грациозными движениями.
   -Наконец-то нашла, - она показала ему ключи на сверкающем брелоке. Открыла дверцу и, взяв папки у Игоря, бросила их на сидение. Села в машину и завела двигатель. Не закрывая дверцы, улыбнулась Игорю:
   -Завтра нерабочий день! У нас на даче собираются гости… Я приглашаю вас. Гена знает, где это… До свидания… - она хлопнула дверцей, и машина тронулась с места…
(Продолжение следует)
Нравится
10:55
54
© Шохрат Романов
Загрузка...
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку своих персональных данных.
Нет комментариев. Ваш будет первым!

Все авторские права на произведения принадлежат их авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил ЛитСалона и Российского законодательства.


Пользовательское соглашение